По докладам Сашки я понял: не стесняясь, Динар таскает любовницу домой. Туда, блядь, где дочка его малолетняя живёт и жена, для которой он опекун. Очень хотелось мне в глаза Таира заглянуть, чтобы спросить, где ты был все эти годы, пока твою сестру сначала выставили дурой, а теперь и вовсе пытаются избавиться?
Зай и вправду лежала в дорогой забугорной больничке, послеродовая депрессия. Проконсультировался — бывает, если вовремя заняться, совсем не страшно. Если не доводить человека дальше.
А он доводил.
И я в принципе понимал уже, что ему нужны деньги Зай. Начала проверять его счета, копал долго, чуял, что всплывет что-то интересное. И всплыло же, мать его. Да такое, что Динар теперь вовсе никогда не отмоется.
Я из зала вышел, глаза потёр. Бутылку с водой осушил за пару глотков — сюда прямо с аэропорта приехал, аж трясло.
Пять лет назад я от Таира ушел.
Это, наверное, самый непростой шаг в моей жизни был. Шакировы для меня практически второй семьей стали: сначала Ильдар, отец Зай, потом ее старший брат.
С характером. С мозгами. Сколько людей его пытались с места сбить, а он держался, цепко держался, и только один-единственный раз оплошал, и я с ним.
Когда в жизни Таира появилась Ася Соловьева. Я по первой прощупал ее, вроде вопросов нет, и не стал копать дальше. Искал того человека, что палки в колеса "ТатОйлу" вставлял, а это было ой как непросто. Бензовозы горят, люди гибнут, на заправка творится черти что, не до заезжей бабы мне было, тем более, бывшей любви Таира.
А она, оказалось, работала на Рогозина — его имя нет-нет мелькало в списке тех, на кого мы думали, совсем бесследно такие дела не делаются. Но, но, но… я рыл не там, а когда стало поздно, мчался со всех ног из Москвы.
Думал, успею, блядь, и Таир не вляпается в дерьмо, это моя работа, а его — деньги делать и не мараться.
Только опоздал. Таир со своим врагом разобрался радикально, а выкрутиться ему помог мэр. Отец Динара, и свадьба лощеного пиздюка и Зай на крови скрепила бизнес ещё и семейными узами.
Мы искали крысу, которая могла бы знать о Таире так много. Перетряхнули, кажется, все ближнее окружение, этот человек не мог быть далеко.
И для того, чтобы не привлекать к себе внимание, Таир дал мне карт-бланш, а перед этим я ушел с должности начальника охраны. Время шло, несколько месяцев тишины, холостой работы. Я начал подозревать, что крысы никакой могло и не быть, а потом, когда перед самой своей свадьбой появилась Зай, понял: не выдержу больше рядом находиться. Психанул. Оставил своих людей, мэр взял на себя обязательства по защите "ТатОйла" — родственники, в конце концов, а я уехал сюда.
И кто бы мог подумать, что имя Рогозина спустя столько лет всплывёт заново. Всплывёт напротив фамилии Бикбаев. Спустя два года после смерти часть его активов перешли в управление Динара.
Я и сам не знал всех этих мутных схем: не дурак, но тот, кто это затеял, обладал недюжим умом. И вот, когда на счету Динара осели несколько ярдов зелени, он с удовольствием просрал их вникуда.
И для того, чтобы выяснить, откуда у него бабки, я летал в Москву: тот человек, который помог мне разобраться, всего год как вернулся на Родину, не боюсь, что его здесь посадят.
Помог… здесь я хмыкнул. Один только Аллах в курсе, какая цена за эти сведения.
Теперь схема вырисовывалась четкая: Динар каким-то боком зацепился за Рогозина, с мэром ли, без, но бизнес Таира они хотели прибрать в свои руки. А когда Рогозин отдал богу душу, если она у него была, Таир уже подставился. И мэр, одной рукой спасая, второй топил Шакирова. Зато пиздюк оказался в масле: часть бизнеса и так досталась ему.
Другой вопрос, что раз вкусивши хорошей жизни, слезть с этой иглы ой как непросто. Папка даёт денег, Таир даёт денег, а сам он как содержанка при двух богатых папиках, вечно должен сдерживать свой лимит. А не станет Зай… не станет Зай, можно и лесом всех послать, как единственному наследнику.
Когда схема в башке сложилась, меня как прибило. Я грушу костяшками колотил, думая только одно: убью суку, убью, падлу!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ради наркоты довести Зай до того, во что она превратилась: даже семья верит заботливому мужу, а девчонка все так же боится подставить брата.
О, как я бы зол. Вспоминал тонкие кисти рук, лицо прозрачное от того, что не ест, глаза бездонные. Смуглая кожа ее, как я ее в спальне касался, как хотелось мне оттрахать Зайнаб Шакирову, до головокружения просто.
Нужно было в душ. Выкрутил кран, сверху кипяток льется, все в пару, а сам от стояка избавиться не могу. Член сводит до боли, стоит только вспомнить, как она пахнет, губы ее мягкие, податливые. Сколько времени прошло, а то, как я девственности ее лишал, на подкорку записано.
Капаю гель для душа на руку, глаза закрываю и обхватываю член у основания. Представляю перед собой Зай — всю открытую для меня, ноги в стороны разведены, и стон сдержать не могу. Провожу рукой вверх-вниз, сжимая. Каков ее рот на моем члене? Как она будет касаться его головки своим мокрым языком? Дурею только от этой картины.
Ускоряюсь, понимая, что развязка близка. Имя ее тяну пересохшим ртом, со стоном и вслух, если сейчас не кончу, то взорвусь.
Оргазм как вспышка. Сильный, он сносит башню, и кажется, что я ослеп, оглох. Прижимаюсь спиной к кафелю стены и несколько долгих секунд меня ещё колбасит угасающими вспышками.
Становится лучше. Не так, как если бы я трахнул Зай, но гораздо лучше, чем полчаса назад.
Когда в зал приезжают мои бойцы, я уже собран и готов обсуждать с ними дальнейший план.
Сашка говорит, а я хмурюсь.
Динар начал что-то подозревать, охрана возле Ясмин усилилась, да и за Зай глядят куда внимательнее.
— Похоже, шмотки он у нее чужие нашел тогда и завертелось, — говорит Сашка, смотрит на меня многозначительно, а я матерюсь. Ну Заяц, неосторожная принцесса, мать ее, — я всего не знаю, охрана чужая, но слышал часть бесед. Девочку хотят увезти.
Если Динар увезет Ясмин… Снова хочется ударить в стену, слишком долго мы все выясняли. Нужно перехватить девчонку по дороге, забрать Зай.
А потом диктовать условия Динару с позиции силы. Бумаги у меня — их недостаточно для того, чтобы доказать виновность недоноска в суде, но вполне хватит, чтобы Таир узнал правду.
А он и узнает. Мне бы только девчонок забрать, я потом от этой гниды не оставлю пустого места.
Сашка подошёл, встал рядом. Выбил из пачки одну сигарету, вторую мне протянул. Курим, молчим.
— Я завтра заступаю.
— Тянуть не будем, — выдохнул вместе с дымом, — если малую в ближайшие дни вывезут за пределы города, мы его не достанем. Твоя задача Зай подготовить.
— Вот и порешали, — кивнул Санёк. — Спасём твою принцессу, рыцарь на старом коне, не парься.
Глава 12. Зай
Иногда ночью мне казалось, что я слышу шум его шагов. С надеждой выглядывала в коридор — пусто. Вставала у окна и подолгу смотрела в тёмный сад. Ждала. Знала, что не придёт, слишком рискованно и все равно ждала. В дни, когда дежурил Саша, обходя ночами участок, он останавливался и в шутку мне салютовал.
Порой я выходила и шла к помятым Русланом розам. Садилась на лавочку, сидела, до отупения разглядывая равнодушные идеальные цветы. Динар был доволен, ему казалось, что я тупею от лекарств. А я была вся заточена на ожидание, что казалось и не чувствовала ничего больше, тем более к Ясмин меня не пускали. Разок обхватила шипастый стебель, сжала крепко. Иголки впились в кожу, она окрасилась алыми каплями. Больно — значит, чувствую.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Девочка, ты опять за своё, — пожурил меня не к месту появившийся Динар. — Ты же понимаешь, что мне придётся рассказать врачу о том, что ты делаешь себе больно?
Я кивнула — плевать. Я сбегу отсюда до следующего визита врача с паучьими пальцами. От всех сбегу. Заберу только свою девочку, а может ещё чужую собаку, которая так умело притворялась моей Шанель.
