располагать к себе людей, вот так легко меня отпускаешь одну гулять!
Я специально его провоцирую, потому что скучаю без общения с ним. А курсы повышения квалификации закончатся еще очень нескоро. Муж не обращает внимания на мои слова, сидит учится. Я продолжаю подзуживать:
– Это ж я и любовника могу завести минут за 10 максимум! Еще несколько дней твоей интенсивной учебы, и все, я не выдержу!
Муж повернулся, посмотрел на меня укоризненно, но дал понять, что эту тему мы развивать не будем. Я пошла готовить обед, подавляя в себе ненависть ко всяким обучающим курсам, из-за которых мужу даже поговорить со мной некогда. Обычно такие шутки про любовников заканчивались тем, что муж делал вид, что сейчас меня сильно накажет, я убегала, он ловил меня по квартире, обнимал, щекотал, требовал признаний, что никто мне не нужен, кроме него. Потом мы шли гулять или развлекаться куда-нибудь. А сейчас – ноль эмоций.
Через пару часов я тоже села за свой компьютер поработать, и увидела в почте письмо от мужа. Открыла. Там была просто ссылка. Перешла на статью. Прочитала. Это оказалось какое-то научное исследование. Вывод из статьи такой: любовников заводят только женщины с низкой самооценкой. Женщина, уверенная в себе, может согласиться исключительно на серьезные отношения.
Думаю, ну, капец! Новый уровень общения! Теперь упреки у нас скрытые и приходят в письменной форме. Как бы ему отомстить? Ничего дельного и безвредного (любимый же все-таки муж) на ум не приходит. Подумала-подумала… Переименовала его в телефонной книге с «Любимого мужа» на «Противного ботана». Пару месяцев буду так называть, пока курсы повышения квалификации не закончатся!
Галя и дворник
Это не рассказ – это именины сердца!
С.Е./Яндекс.Дзен
Несколько лет назад я жила в маленьком городе на юге Алтайского края. И приспичило мне посещать баню или сауну в целях оздоровления организма. Своей сауны у меня не было, так как жила я в обычной панельной хрущевке. Стала рассматривать возможность ходить в общественные бани. Но в моем городе у подобных мест была не очень хорошая репутация, да и выбор бань и саун был единичный. В такие места точно ходили не за тем, чтобы укрепить здоровье, а для того, чтобы этим здоровьем рискнуть в сомнительной компании. Поход в общественную сауну по степени риска можно было сравнить с добровольным проживанием в кожвендиспансере, в заразной зоне. В этих банях обычно не мыли свои тела, а обмывали какие-нибудь события.
Я поискала, поискала, наслушалась отзывов про всякие разные сауны-вертепы, и хотела было уже расстаться с идеей оздоровления. Как вдруг случайно узнала, что на стадионе рядом с домом есть одноэтажное строение с раздевалками для спортсменов, а в нем находится небольшая сауна и вполне приличный по размерам бассейн. Но это место не для всех. Только «для своих». В будние дни сауна работает для спортсменов, а в выходные туда пускают ветеранов-педагогов, спортсменов-пенсионеров и заслуженных работников культуры. Все эти люди давно сбились в компании, между ними распределено время посещения.
Я никакого отношения к педагогической, спортивной и культурной тусовке города не имела, но я очень хотела ходить в сауну. Узнав окольными путями, в какое время сауну посещают разные группы, я нагло явилась в часы посещения ветеранов педагогического труда. Строгая женщина, работающая ранее директором какой-то школы, была в этой группе главной. Я наплела ей, что я родственница важного человека в администрации города. Утверждала, что пришла по рекомендации этого человека и, если что, можно позвонить ему и уточнить. Он якобы заверил, что мне в этой компании будут рады.
Пенсионерки-педагоги мне поверили и приняли в свою компанию, хотя и с некоторым удивлением поглядывали в мою сторону. Я была моложе их всех лет на 25-30. Никуда звонить они не стали, не осмелились проверять человека, пришедшего по рекомендации руководителя высокого ранга. А уже через несколько посещений они полюбили меня и привязались всей душой. Звонили, напоминали, чтобы я не забыла прийти. Я для них оказалась ценным источником информации и интересным собеседником. Я же работала журналистом и знала все, что происходит в городе и в стране. Делилась с ними в сауне разной интересной информацией и аналитическими выводами. А они себя вели как Василий с Раисой Захаровной в фильме «Любовь и голуби». Хвалили меня, говорили:
– Ой, Светочка, мы столько от тебя узнали! Мы бы за всю жизнь столько не узнали.
Я посещала эту сауну с бассейном несколько лет, каждую субботу, пока не переехала в другой город. И никто из женщин так и не заподозрил, что я обманом затесалась в их ряды. Кроме меня в этой компании была еще одна «посторонняя» женщина, не имеющая отношения к педагогической сфере. Галя. Она всю жизнь проработала в торговле. В сауну ее привела руководитель нашей группы, та самая женщина, бывшая директор школы. Галя приходилась ей какой-то дальней родственницей, и она взяла ее в компанию, чтобы помочь с оздоровлением.
Галя во время первого посещения сообщила всем, что жить ей осталось недолго, потому что у нее уровень холестерина в крови 9 ммоль/л. Я не разбираюсь в медицинских показателях, но, видя, как реагируют на эти цифры другие женщины, поняла, что Галины дела плохи.
Ей было около 60 лет. Дородная фигура, бюст какого-то запредельного размера – кажется, что в дверной проем проходит сначала он, а только потом, через некоторое время, появляется все остальное тело. Неухоженная, замученная, с землистым цветом лица, на котором очень отдаленно видны следы былой привлекательности. Большие черные глаза в сеточке морщин и неровно прокрашенные, давно не стриженные волосы с отросшими корнями. Постоянно плохо себя чувствовала, и все делала как-то машинально. Ну, сказала родственница идти в сауну, значит, пойду. Сказала, что надо плавать в бассейне – ладно, поплаваю!
Гале было плевать на то, что жить ей осталось недолго. Она из тех замученных жизнью женщин, у которых уже даже сил нет что-то осмысливать, анализировать, сравнивать свою судьбу с другими и искать виноватых. Больше 30 лет была замужем за алкоголиком. Пил, бил, гулял, изменял. Галя держалась, работала днем в магазине, вечером и ночью в киоске возле дома. Поднимала детей.
Потом, когда дети выросли, а муж ушел в мир иной, Галина жизнь проще не стала. Она разменяла квартиру, чтобы помочь детям. Ютилась в малосемейке на окраине, получала пенсию и продолжала работать, чтобы помогать детям и внукам. Работала она в центре города, в киоске «Куры-гриль и окорочка». Небольшой киоск,
