Первая культивируемая колыбель неизбежно будет огромна, потому что не существует способа производства синтетических органов, столь же компактных и аккуратных, как настоящие. В природе большинство органов обладает более чем одной функцией: вы можете использовать свой рот для еды, дыхания или разговора, а свои пальцы — чтобы ощущать или работать. Синтетические органы, которые были созданы, могут единовременно выполнять только одно действие. В конце концов, у эволюции на образование естественных органов ушло 3500 миллионов лет, а люди балуются этим процессом лишь несколько веков.
ФИФФ ФЛОРИЯ
Homo sapiens sapiens
В изолированных общинах по всей Земле группы людей сознательно вернулись к старым, идущим от земли, способам жизни — сельскому хозяйству, рыболовству и собирательству. Потомки тех, кто пережил века бедности и дикости, будучи новопоселенцем в городских руинах, и теперь покинутые теми, кто может использовать свои технологии, чтобы спастись, фермеры оказались особенно здоровыми и способными приспосабливаться. Теперь, когда численность населения Земли упала до низкого и реального уровня, выжившие могут разумно использовать ограниченные пищевые ресурсы планеты на устойчивом уровне.
Сельское хозяйство как источник пропитания может быть трудным делом и требовать многих усилий, но в сочетании с простым собирательством и рыболовством оно позволяет маленьким автономным группам жить в шатком равновесии с природой.
ФИФФ ФЛОРИЯ И ХАЙТЕК
Фифф Флория презрительно провожает взглядом уродливые неестественные очертания летающего корабля, когда он тихо летит прямо над головой и скрывается за высокими деревьями на востоке. Она не может считать хайтеков, существ внутри него, людьми. Как вы можете быть человеком, если ваша жизнь поддерживается механическими приспособлениями, и вы должны есть пищу, которая сделана машиной?
С едкой усмешкой выбросив это из головы, она опускает сетчатую завесу на своё лицо и подворачивает её под плетёный пояс туники. Затем она снимает крышку со своего улья и ждёт, пока рой успокоится от дыма её дымаря, перед тем, как осмотреть соты. Хорошо. Они прекрасно заполняются, и скоро наступит время снять урожай. Кажется, в улье не происходит ничего плохого: ни воровства мёда осами, ни погрызов, сделанных мышами или крысами, никаких признаков того, что матка готовится к роению и забирает с собой половину рабочих — но сезон для этого в действительности уже прошёл. Да, в этом году обещается хороший урожай.
Фифф снова закрывает улей, и возвращается вниз по склону в сторону поселения. В этом сезоне им сопутствует удача. Участок растущих огородных растений здоров и выглядит прекрасно, а коптильня полна рыбы, пойманной в ручье ещё раньше летом. Далее вниз по склону находятся переросшие громадины больших зданий. Когда-то они были полностью затоплены океаном, но теперь год за годом море продолжает отступать, и открывает взору новые и новые дома. Вероятно, что-то происходит с климатом, который становится более ровным и прохладным. Столетия назад, когда мир был полон людей, это использовалось как большой город. Это, должно быть, было ужасное время, когда каждый жил на голове у кого-нибудь другого, и не был места, чтобы развернуться и вздохнуть.
Похожим образом всё ещё может происходить в городах хайтеков. Люди в старых городах страдали от недостатка пищи и земли, которая там была отравлена. Затем воздух стал слишком тёплым, море поднялось и города утонули. Отвергните природу, и вот, что случится, и это тоже произойдёт с хайтеками.
Её мужчина, Хамстром, играет с маленькой Харлой на вытоптанной земле около их хижины, и прекрасный запах готовящейся рыбой доносится из занавешенного дверного проема. Харла — их четвёртый ребёнок, и единственный, оставшийся в живых. Они знают, что она выживет и расцветёт. Поселение насчитывает приблизительно 100 человек, и этого как раз достаточно, чтобы обслуживать их возделанную землю и ручей, где ловят рыбу. Если бы они использовали древнюю систему мер, они сказали бы, что они заняли 50 квадратных километров, или область немногим меньше, чем квадрат со стороной в 5 миль. За холмом на севере есть похожее поселение, а на юге другое.
Считается, что хайтек считает их низшими только потому, что они не стали настолько вырожденными и не пришли в упадок, что нуждаются в механических устройствах, чтобы поддерживать их живыми. Вы не сможете жить в естественном мире, повернувшись спиной к природе, считая её помехой, которую надо преодолеть, опасностью, которой нужно избежать, предметом раздражения, от которого нужно отгородиться. Если это то, чего они хотели, они должны были все уйти к звёздам на кораблях-колониях столетия назад. Наступит время, когда они увидят, что будущее принадлежит не им с их рукотворными системами, а тем, кто может жить в равновесии с природой.
КАРАХУДРУ И ЛЕСОВИК
Это то, что собирается причинять проблемы, и Карахудру это видит. У него немного адаптаций, но он выглядит немного похожим на своих предков из числа андлов. Он покрыт тонкой пушистой шерстью, поэтому ему не нужно никакой искусственно сделанной одежды. Руки длиннее, пальцы тоньше, а зубы сильнее. И сверх того ноги хватательные, с подвижным большим пальцем, похожим на большой палец руки, чтобы помочь существу карабкаться по деревьям. Лишенный опоры в виде большого пальца ноги, он больше не может стоять вертикально, и его положение в покое — согнутое, на четвереньках. Он похож на животное, и нет ничего, что разрушило бы это впечатление. Традиционная форма человека совершенно непригодна ни для чего, кроме культурной цивилизации, поэтому, если человечество должно жить плодами природы, не обращаясь к культуре и цивилизации, оно оказывается перед необходимостью отказаться от любого традиционного представления о красоте и элегантности. Оно оказывается перед необходимостью возвратиться к зверю.
ЛЕСОВИК
Homo virgultis fabricatus
Существо, созданное на основе человека, для жизни и процветания в лесу умеренного климата без поддержки цивилизации, должно быть всеядным. Леса умеренного климата не столь изобильны, как джунгли. Чтобы использовать весь спектр доступных видов пищи, homo virgultis fabricatus должен быть чрезвычайно ловким и быть способным жить и на уровне земли в подлеске, и высоко на вершинах деревьев. Руки и ноги имеют схожую длину, а длинные, но гибкие пальцы, приспособленные для лазания, увеличивают их размах. Покров из тонких волос сохраняет тепло тела лесовика в условиях умеренного климата.
Рацион всеядного существа нашёл отражение в строении зубов, с тяжёлыми давящими задними зубами для орехов, и тонкими передними зубами для ловли насекомых. Его рацион близок к рациону раннего человека; это также его эволюционный потенциал.
Длинные цепкие пальцы ног и рук могут хватать грубую кору. Отсутствие опорного большого пальца на ногах означает, что лесовик ходит, согнувшись, но легко лазает. Это наименее специализированный, и потому наиболее легко приспосабливающийся среди генно-инженерных видов.
Но это, однако, происходит внутри головы, в мозгу, где лежит наиболее фундаментальное отличие этого существа.
Что же составляет суть человека? Это сухой остаток, к которому приводит спор. Являемся ли мы людьми в большей степени, нежели андлы, из-за того, что мы больше используем технологии, а они лишь живут в дикости и выращивают свою собственную еду? Являются ли андлы в большей степени людьми, потому что они здоровее и больше похожи на наших предков? Если последнее верно, то мы могли бы утверждать, что, чем примитивнее существо, тем в большей степени оно является человеком.
В таком случае образец перед ним должен быть в большей степени человеком, чем прочие. Длинные руки и хватательные ступни позволяют ему жить и на деревьях лиственного леса, и на земле. В его формах специализация отсутствует лишь из-за того, что в лиственном лесу есть настолько много разных источников пищи, что было бы непрактично приспосабливать это существо к использованию лишь одного конкретного. Однако, вся эта пища не обязательно вкусна. Множество производимых растениями веществ ядовито для человеческого метаболизма, и могут быстро возникать болезни, которых не ожидали. Генные инженеры преуспели в решении этого вопроса и создали системы, которые могли справляться с большинством известных ядов естественного происхождения, поэтому, если что-то было упущено из вида, оно должно считаться частью естественного отбора. В результате, они создали обобщённого хищно-траво-листо-насекомоядного падальщика.
