Любишь ты вот это всё: я — плохой, ты — хорошая. Я — провокатор, ты — нет. Я — охотник, ты — жертва. Я — ведущий, ты — ведомая. Я тебя мучаю, а ты героически терпишь… Мы как черное и белое. Инь и ян, все дела.
— Это вы про что? — свесился с перил Илья. — Мучаешь, терпишь… Ведущий, ведомый… Это БДСМ? Вы зачем моё весло взяли? Я не разрешал его в ваших игрищах его юзать. Даже не думайте.
— Илюха, харэ тут жалом водить, — усмехнулся Ванька. — И подслушивать нехорошо. Можно слишком много ненужного услышать и напрасно разволноваться. Мы в подвал, знаешь ли, не просто так спустились.
— Да я уже услышал. БДСМ, значит…
— Илья, это не то, — заскулила я. — Вообще не то…
— Ну учитывая, что это твоя любимая поговорка с недавних пор, это именно «то», — неожиданно грустно сказал Илья.
* * * * *
— Ну так что там у вас произошло? — с интересом поинтересовался Алексей.
— Ничего, — отрезала я.
— Хорош заливать. БДСМщики они, — подлил масла в огонь Илья.
— Чего-о-о…
— Того самого. Я видел.
— Ничего ты не видел! — вспылила я.
— И слышал! И вот еще что… Куся, руки покажи, — печально произнес Илья.
— Зачем? — моментально запаниковала я.
— Ну вообще Илья прав, — произнес Николай. — Если вы реально практикуете садо-мазо, где-нибудь должны быть следы. А ты всё время в туниках ходишь с длинными рукавами. Или в водолазках с закрытым горлом. Это «ж-ж-ж-ж» неспроста.
— А, то есть ты настолько уверен, что именно я саб? — вспылила я. — В водолазках и свитерах я хожу, потому что так горло не продувает, кретин!
— А кто ещё саб? Ванька? Да ну, брось, — скривился Илья.
Костик, всё это время молчавший, спокойно подошел ко мне и, ни слова не говоря, задрал рукава моей туники. В воздухе послышались многозначительные присвистывания всего мужского населения дома. Девушки пораженно ахнули.
Ну спасибо, дорогой Ванюшка. Благодаря твоим веревкам, а вернее, следам от них, теперь мне еще одна монетка в копилку всеобщего «ух, как эта шизанутая парочка развлекается превесело».
В одном Ваня был прав: кожа у меня была очень нежная. Даже элементарное неловкое касание оставляло следы, что уж говорить о захватах, щипках и веревках.
— Это не то, — рявкнула я. — Это… случайно вышло. Этого вообще не должно было быть…
— Конечно, конечно, — сально заулыбался Егор. — Чуваки, мы ж вас не осуждаем. На вкус и цвет все фломастеры разные. Мне вот интересно, это чья идея была? Хотя что я спрашиваю… Ваньки наверняка.
— Да блин, Егор!!! Это не БДСМ!!! — начала визжать я. — Всё не так! Это просто один конкретный дебил решил шибари попрактиковать, связал меня, как колбасу на рынке, и я…
Поняв, что нагородила, я завыла. Так самоподставиться — это надо умудриться.
— О, еще и шибари? — восхитился Егор. — О-о-о… интересно, интересно…
— Конечно, — заоблизывался Ванька. — Красная веревочка на кицике смотрится ПОТРЯСАЮЩЕ. Вы просто не понимаете, как ей это всё идёт… а если в ошейнике… ох… я ща сдохну от восторга… И вообще, закрыли тему… кицик у меня очень стеснительная, вы ее пугаете…
— А со мной никто ничего такого не делает, — с осуждением произнесла Ира. — Хоть бы ремнём один раз выпороли, что ли…
— Дорогая! — покраснел Алексей. — Прекращай… не здесь же… не при них.
— Тебе «игрушек» подогнать? — многозначительно поиграл бровями Ванька. — Или западло чужими пользоваться? Фаллоимитатор не дам, но могу дать стек. Неплохой такой… но вообще котэ предпочитает прямой контакт. Рукой со всего маху ей, бывает, ка-а-ак вдаришь по заднице, и она…
Я жалобно заскулила. Ну всё. Позор. Крах. От этого дерьма мне вовек не отмыться. Красная, смущённая, с горящими от стыда ушами я рванула из зала в свою комнату.
* * * * *
— Сорян, — тихой мышкой прошмыгнул за дверь Ванька. — Меня повело. Я не думал, что так выйдет…
— Ты вообще никогда ни о чем не думаешь… Так подставил меня… — ровно произнесла я. — И все же поверили. Все! Как так можно? Бездоказательно… Сначала все решили, что мы пара. Теперь — что БДСМщики. Скажи, вот тебе за кайф так меня унижать перед лицом друзей? Что тебе это дает? Чувство глубокого удовлетворения? Ощущаешь себя самцом? Как здорово, что именно за мой счёт ты самоутверждаешься, сортирный король всея Москвы!
— Ну… виноват. Прости, дурака.
Глава 6. Уж-ж-ж
Конечно, мы помирились. Даже не сомневайтесь. Долго держать зло на этого кретина я не могла. Но расслабилась я напрасно. Уже этим же вечером Ванька затеял очередной упоротый диалог:
— Так любви охота, — признался Ванька. — Аж за…бался ждать. Я реально скоро взорвусь от сперматоксикоза.
— Так веди себя по-человечески, — предложила я. — Разве твои пранки идиотские нормальная девушка вынесет? То про сортиры, то про дерьмо, то вот шибари подъехало… Тебя ж рано или поздно либо в «дурку» увезут, либо в ментовку сдадут, как маньяка.
— Я не маньяк, — возразил Ванька. — Но шутки у меня да… на любителя. Но тебе ж нравится?
— Далеко не всё, — вздохнула я, с содроганием вспомнив ножик в руках друга.
Ванька, посопев, признал:
— Ладно, еще раз сорян, я правда перегнул сегодня. Но ты… блин… как объяснить… так естественно себя вела, оно само как-то так легко потекло…
— Увлёкся, я поняла.
— Угу. Но я б не…
— Окей.
— Да правда, я ж не маньяк… — заволновался Ванька. — Веришь?
Я перекатилась на бок в кровати и внимательно посмотрела в расстроенное лицо друга.
— Верю. Как ни странно. Сама в шоке, но верю.
— Ну слава Богу, — с облегчением произнёс Ванька. — Послушай, киц… а вот теперь серьезно… Как ты считаешь… может, раз у меня такая склонность к доминированию, оказывается… Может быть, есть смысл, мне попробовать…
— Поискать саба?
— Ты искренне считаешь, что надо попробовать БДСМ?
— А тебе нравится эта тема? — с интересом спросила я. — Она тебя привлекает?
— Сложно сказать, — тихо ответил Ванька. — Но мало ли…
— Тогда зачем? — не поняла я.
— Ну а вдруг моё, а я просто не знаю. Потому что ни разу не пробовал.
Я тихонько рассмеялась. Забавная логика.
— Слушай, ну вот мне не нравятся змеи, — принялась объяснять я. — Вообще. И поэтому вряд ли я когда-нибудь заведу в качестве питомца змею. Даже если это вдруг станет модно. Аналогию понял?
— Ну а вдруг понравятся? — цокнул Ванька. — Есть довольно милые змейки, знаешь ли. Например, белые.
— Не понравятся.
— Уверена?
— Однозначно.
— А может, проверим?
— А и проверять нечего. Я их боюсь. Они скользкие и неприятные.
— А чужую «розовую змею», небось, не боишься. Душила
