Только он понимал, кому сегодня нужен его диплом? Нужна связь. Если ее не будет, расстрелять, возможно, и не расстреляют, но штрафбат обеспечен. Да, заманчивая перспектива.
Потом, с годами, уже после войны, он будет анализировать эту во многом парадоксальную, и в то же время весьма не простую ситуацию, которая могла закончиться для него трагедией.
Он был всего лишь младшим сержантом, и в его обязанности не входила реконструкция передающей аппаратуры. Такой аппаратуры, которая создавалась конструкторами и производителями. И тем не менее за отсутствие связи на ней спрашивали ни зампотеха дивизиона, ни старшего техника, а его. Даже грозились расстрелять.
Ответ тут только один. И командир дивизиона, и даже скорый на расправу начштаба понимали, что именно Мажоров сможет решить эту сложную техническую задачу и вытянуть РСБ на нужный уровень.
Так, собственно, и случилось.
Вот как об этом вспоминает сам Юрий Мажоров, ставший после войны ученым, генерал-майором, лауреатом Ленинской и двух Государственных премий.
«Хранилище располагалась в здании, где до войны был институт. Оно размещалось на втором этаже. Какой-то сотрудник повел меня туда. Снял печати, открыл дверь и включил свет.
Передо мной оказались сотни приемников самых различных марок. Они стояли в шкафах, на столах, штабелями на полу.
В довоенные годы наиболее распространенными были приемники СИ-235, ЭЧС-2, ЦРЛ-10. Перед войной Минский радиозавод выпустил приемник «Пионер» и приемник более высокого класса «Маршал».
Я с собой прихватил плоскогубцы, кусачки и отвертку. Отобрал восемь приемников 6Н-1 и начал свою разрушительную работу.
Был уже вечер, а дело шло не быстро. Наблюдавший за мной соглядатай утомился и решил пойти попить чаю и отдохнуть.
Когда я закончил, мне дали подписать акт, в котором излагалось, что изъято из приемников, – а все они имели внутри копии квитанций об изъятии приемника на хранение на весь период войны.
В часть мы вернулись поздно. На другое утро я приступил к практической реализации замысла по переделке РСБ.
... Уже на следующий день с пеленгаторных пунктов сообщили об отличной слышимости на протяжении всей ночи».
Так работали радиоразведчики 490-го отдельного радиодивизиона Главною командования.
Однако в битве под Москвой разведку немецко-фашистских войск вели также воины 474-го и 480-го дивизионов, 151-й отдельной радиостанции ОСНАЗ Западного фронта, 347-й дивизион Брянского фронта.
В январе 1942 года к ним присоединился 339-й дивизион Калининского фронта.
Радиоразведчики старались добывать информацию о противнике, его группировках войск и направлении главных ударов.
В сентябре 1941 года на основании донесений радиоразведки командованию был сделан доклад о развертывании трех группировок немецко-фашистских войск, готовых к наступлению на Москву.
Части и подразделения одной из группировок располагались в районе Бобруйска, Мглина, Унечи, танковые войска – в районе Шостки.
Во вторую группировку входила 9-я армия, со штабом в г. Велиже, что в Смоленской области, и 3-я танковая группа, сосредоточенная в районе Духовщины и Андреаполя.
В районе Смоленска, Рославля, Починка, Монастырщины были вскрыты войска третьей группировки.
Начальник разведки Западного фронта генерал Т. Корнеев потом напишет в своих мемуарах: «23 сентября 1941 года разведка фронта точно установила, что противник готовится к наступлению и создал для этого крупную группировку войск перед Западным и Резервным фронтами.
На основании этих данных командование Западного фронта 25 сентября 1941 года отправило в Ставку первое донесение, а 26 сентября – второе донесение с указанием конкретных районов сосредоточения врага... Главную роль в обнаружении наступательных группировок выполнила радиоразведка Западного фронта...
К этому времени значительно лучше стали работать авиационная и другие виды разведки, но первенство во вскрытии оперативных и тактических резервов противника принадлежало радиоразведке».
Важно, что радиоразведке удалось установить и первые признаки непосредственной подготовки немецко-фашистских войск к наступлению. 28 сентября была вскрыта дислокация гитлеровских аэродромов в Духовщине, Смоленске, Климовичах, Унече.
В последний день сентября «слухачи» Западного фронта зафиксировали возрастающую активность разведывательной и бомбардировочной авиации противника. 1 октября удалось установить наращивание сил ВВС Германии на аэродромах Могилева, Смоленска и Жлобина.
... Наступление немецко-фашистских войск по плану «Тайфун» началось 30 сентября на брянском и 2 октября на вяземском направлениях. В тот же день 2 октября радиоразведчикам удалось установить, что группировка, действующая из района Шостки, наступает в направлении Орла, а подвижные части гитлеровцев уже достигли железнодорожной линии Навля – Льгов.
Через два дня удалось вскрыть направления наступления частей рославльской группировки. Немцы шли на Юхнов и Медынь.
Оставалось установить направления главных ударов 9-й армии и 3-й танковой группы. 5 сентября радиоразведка доложила: войска движутся в сторону Гжатска и Ржева.
В ходе этой работы разведчики отслеживали также рубежи, достигнутые фашистскими войсками.
Следует отметить и еще одну важную особенность. Как сказал мне однажды генерал-майор Юрий Мажоров, «немцы с видимым пренебрежением относились к нашей радиоразведке. Сплошь и рядом первый и второй год войны шли передачи их разговоров прямым текстом, без зашифровки. И только в 1943 году они ввели жесткое ограничение на работу с открытым текстом».
Что ж, такое «пренебрежение» было нам на руку. Уже в октябре 1941 года части ОСНАЗ Западного фронта начали вести регулярный радиоперехват открытых переговоров пехотных и танковых частей 3-й и 4-й танковых групп, 4-й и 9-й полевых армий «Центр», участвовавших в операции «Тайфун».
В последующем все фронтовые части радиоразведки добывали ценные разведсведения, полученные именно таким путем.
Активное освоение сетей радиосвязи противника позволило выработать стройную систему перехвата открытых переговоров в тактическом звене гитлеровских войск.
Поистине неоценимый вклад в дело изучения организации и тактики радиосвязи фашистской армии внесли документы, добытые нашими солдатами и офицерами на фронтах и представляющие огромную оперативно-стратегическую ценность. Речь идет о трофейных материалах по радиосвязи, которые определяли порядок назначения и смены позывных, частот и указывали их принадлежность к определенным воинским частям.
В достаточно толстом книжном томе, который представляла собой таблица «Д», были сведены воедино тысячи позывных, расположенных по строкам и вертикальным колонкам. Строки выделялись штабам дивизий, корпусов, армий, групп армий, Ставке Главного командования.
Свои отличия имели позывные танковых войск. Вертикальная колонка отводилась на каждый день месяца.
Вскоре серьезное изучение этого документа дало свой результат – удалось «привязать» позывные радиостанций к штабам дивизий, корпусов, армий. 10 октября радиоразведчики вскрыли дислокацию штаба 2-й армии, на следующий день – штаба 4-й армии.
А вскоре радисты дивизионов ОСНАЗ пошли еще дальше. 14 октября в составе 4-й немецкой армии было обнаружено соединение, которое прежде действовало против войск Ленинградского фронта и входило в состав 18-й армии вермахта. Стало понятно, что фашисты перебросили под Москву дивизию, сняв ее с Ленинградского направления. 23 октября подобное повторилось на калининском направлении. Радиоразведкой была обнаружена часть из состава 41-го механизированного корпуса. Ее также передислоцировали из-под Ленинграда.
На следующий день удалось опознать 40-й механизированный корпус, который действовал в районе Можайска.
С 24 октября отчеты радиоразведчиков изменились: появились первые признаки того, что противник выдыхается, истощаются его силы и он начинает переброску резервов.
На калининском направлении вышли в эфир радиостанции, принадлежащие резервной группировке войск, ранее дислоцированной в Смоленске. 25 октября «слухачи» частей ОСНАЗ засекли радиосеть 19-й танковой дивизии. Ее перебросили с осташковского направления под Малоярославец. Начиналась большая перегруппировка войск. Шла замена свежими частями 4-й танковой группы. Далее войска этой группы следовали с малоярославецкого направления на можайское. 27 октября удалось вскрыть переброску частей противника через Фатеж на Орел и дальше к фронту.
Интересен тот факт, что радиоразведке Красной армии в этот сложный период удавалось не только раскрывать направления переброски сил и средств, их концентрацию, но и состояние войск. В частности, удалось узнать, что немецкие войска, наступающие на калужском и тульском направлениях в условиях распутицы и бездорожья, при недостатке автотранспорта вынуждены переходить на конную тягу. А это означало, что их поступательное движение нарушено.
