Сонька проснулась сразу, без всяких там «ещё немножечко». Потянулась, взяла свою снайперку и отошла к ближайшему дереву. Вот так вот просто, нисколько не удивившись царящей вокруг белой ночи.
— Ты уже видела такое? — Удивлённо спросил я.
— Какое? — Удивилась в ответ Сонька.
— Ну, эти белые ночи. — Я повёл рукой вокруг.
— Конечно, видела. — Ещё больше удивилась Сонька. — Я же в Питере родилась, насмотрелась. А что ты вдруг вспомнил о белых ночах?
— Да при чём здесь Питер? — Опешил я — Здесь, в Зоне, ты их видела?
— Нет. Что-то я не пойму, Максим, к чему ты клонишь?
— Ну а что это, по-твоему, если не белая ночь? — Кажется, я уже начал терять логическую нить. Вроде и говорим об одном и том же, а вроде как и о разном.
— Какое отношение эта темень осенней Зоны имеет к белым ночам? — Удивлению Соньки не было предела. — Максим, ты в свои сигареты ничего не добавляешь? Не пугай меня.
Я где стоял, там и сел. Натурально. Просто ноги подкосились и я сел на свою пятую точку.
— Ты хочешь сказать, — начал я медленно, чтобы самому осмыслить происходящее — что ничего не изменилось и вокруг нас самая обычная ночь?
— А у тебя как-то иначе? — Сонька встала и, подойдя ко мне, присела напротив. — Ты хочешь сказать, что видишь всё вокруг как днём? Но это невозможно.
— Ну почему? — Кажется, начал понимать я, в чём дело и многозначительно добавил. — Зона.
Снял из-за спины свой рюкзак, развязал и, достав «огурец» протянул его Соньке:
— Возьми.
Она осторожно взяла артефакт, повертела в руках и недоумённо посмотрела на меня
— И что? Если ты думаешь, что я стала видеть всё как днём, то ты ошибаешься.
Я недоумённо моргнул и понял, что «огурец»-то я отдал, но видеть всё в свете приглушенных сумерек не перестал.
— Ничего не понимаю. — Пробормотал я. — Я же всё вижу, и кроме как действием артефакта не могу это объяснить.
— Значит, на меня не действует. — Заявила Кулачёк и протянула его обратно.
— Нет, оставь себе. — Я отодвинул протянутую руку с «огурцом». — Может он действует долго, но зато навсегда, я же продолжаю видеть.
— Да с чего ты взял, что это вообще он? — Заспорила Сонька — Мало ли где ты и чего нахватался. Тем более что-то я не припомню артефакты с постоянным воздействием.
— Всё равно оставь. — Продолжал настаивать я. — Пусть побудет у тебя, а завтра посмотрим.
— Ну, хорошо, — сдалась Сонька и засунула артефакт в карман куртки. — Иди спать.
Я улёгся и вдруг вспомнил:
— Там с востока группа из четырёх сталкеров шла в нашем направлении, но наткнувшись на аномалию ушли в сторону, будь настороже.
— Хорошо.
Сонька вернулась к дереву, а я, улёгшись у костра, быстро провалился в сон. И снилось мне, что я большой рыжий кот, и что я охочусь в ночи на местную фауну и вижу всё вокруг в свете приглушенных сумерек. Потом, наевшись мелких тварей, я вышел на поляну, где у костра спал человек. Я подошёл к нему и зачем-то начал своим шершавым языком вылизывать ему щёку.
Я проснулся и открыл глаза. Было явно раннее утро, потому, что оттенок серого стал более светлым, а край неба над деревьями порозовел. Передо мной сидел рыжий котяра, а моя щека была мокрой. Я нашёл глазами Соньку, всё нормально, всё так же сидит у дерева. Я улыбнулся: «надёжный сталкер»
Вставать не хотелось, но я пересилил себя, поднялся, несколько раз присел, повертелся, разгоняя затёкшие мышцы, подкинул несколько сухих веток в догорающий костёр и протянул озябшие руки к жадно накинувшемуся на ветки пламени. Скоро ночи совсем холодными станут. Надо бы до этого времени вернуться. Зимой Зона замирает, отдыхает от сталкеров и некоторых аномалий.
— Давно он пришёл? — Я ткнул пальцем в кота.
— С полчаса. — Сонька оторвалась от дерева и подошла ко мне. — Не действует твой артефакт на меня.
— Я с ним дольше ходил, поноси ещё. — Возразил я и повернулся к ней.
Она как-то испуганно отшатнулась и отступила на шаг, вцепившись в свою винтовку так, что побелели пальцы.
— Ты чего? — Ошарашено спросил я и на всякий случай отодвинулся от неё подальше.
— Что у тебя с глазами?
— А что с ними? — Удивился я и потёр их. — Ничего вроде.
— Ничего? — Почти крикнула Сонька, дрожащими пальцами вытащила из нагрудного кармашка куртки небольшое зеркальце и кинула мне. — Лови.
Ну, я и посмотрел. Зеркальце было маленьким, и видно было только часть лица с одним глазом, но и этого было достаточно, чтобы понять причину Сонькиного удивленья и страха. Из зеркала на меня смотрел глаз с вертикальным зрачком. Мой глаз с вертикальным зрачком.
Мутация! Этого мне только не хватало. Нет, я понимаю конечно, что эта мутация полезна, но кто даст гарантию, что она не пойдёт дальше. А если даже на этом всё закончится, как я буду с людьми-то общаться? Да меня на пушечный выстрел никто не подпустит. Хотя нет, подпустят как раз для того, чтобы пристрелить. И что мне теперь делать? Надо хотя бы очки тёмные для начала раздобыть, а там видно будет.
Я осторожно сел, отложил зеркальце и задумался. Сонька, кажется, успокоилась, забрала зеркало и присела рядом.
— И как ты теперь? — Спросила она, немного помолчав.
— Не знаю. — Честно ответил я. — Сижу вот думаю. Ты для начала верни артефакт, чтобы с тобой ничего не случилось.
— Да, конечно. — Она вытащила «огурец» и передала мне.
В рюкзак я его убирать не стал, сидел и крутил задумчиво в руках, не зная, что делать. Вроде и вещь необычная, а значит дорогая, а с другой стороны неизвестно к каким мутациям она приведёт. Опять же оставался вариант, что этот артефакт меняет только зрение. Или если даже я его выкину, мутации продолжатся. Тьфу, я запутался окончательно.
— Ты-то как, не боишься теперь со мной идти? — Я грустно улыбнулся и вдруг подумал, что мне очень хочется, чтобы она сказала «Не боюсь».
Она так и сказала. Я воспрял духом, поднялся и начал укладывать вещи в рюкзак. Артефакт засовывать туда не стал, была у меня идейка на его счёт.
— Ну что, кот, снова за нами пойдёшь? — Склонился я над животным и погладил рыжую голову. — Я теперь как ты.
Кот сказал «Мрр» и потёрся об ногу.
— Постой, а завтракать? — Возмутилась Сонька.
— Днём поедим. — Беря с земли свою верную винтовку сказал я. — Еды мало осталось, я же собирался на два дня, да и то из расчёта на одного. А нас теперь двое. — Я покосился на кота. — Даже трое, а идти нам ещё наверное недели полторы. Пошли.
— Пошли. — Вздохнула Сонька явно не обрадованная путешествием на голодный желудок. — Эй, ты куда, нам же севернее?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
