исходят потоки вашей жизни. Когда с великим терпением и святостью вы стремитесь очистить свои внутренние и внешние проводники, результирующие вибрации ваших мыслей ударяют все более и более высокие центры, освобождая их напряжение, освобождая сдерживаемую жизненную силу в самом низшем центре, чтобы искать выходы вверх. Тогда вся летаргия, первичные побуждения и самскары почитателя постепенно исчезают, как туман перед солнечными лучами; вместе с освобождением блока наша привязанность к объектам чувств начинает ослабевать, и внутренняя жизнь начинает обретать форму.
«Когда восходящее движение жизненной силы достигает витального центра в точке разделения бровей, внутренний поток жизненного флюида течет с легкостью и чистотой совершенно равномерно по всей человеческой системе, в результате чего почитатель приходит к осознанию чего-то из природы эго, мира и творения. Если человек долго пребывает на этой стадии, все его пренатальные, унаследованные склонности и побуждения постепенно становятся все слабее и слабее; его ум достигает все более высоких уровней созерцания, все более глубоких центров жизненной силы.
«Когда почитатель выходит за пределы высшего витального центра, расположенного между бровями[23], его ментальные силы сливаются в супраментале, его эго растворяется в Махабхаве [состоянии глубокой любви к Божественному], и он находит свое вечное прибежище в Сварупе (Высшей Реальности Атмы), а затем он погружается в самадхи – состояние вечного блаженства.
По мере того как различные жизненные центры начинают открываться, различные звуки воспринимаются внутри, и почитатель начинает ощущать звуки раковин, колокольчиков, флейт и т. д. причём все сливается в космическом ритме одного великого голоса бесконечной тишины. На этой стадии никакая мысль или объект внешнего мира не может отвлечь его внимание. По мере того как он продвигается вперед, его существо растворяется в бездонной глубине той блаженной музыки, которая пронизывает всю вселенную, и он обретает вечный покой».
Через два-три года после этого заявления Матери я показал Ей рисунки шести жизненных центров, опубликованные в книге судьи Вудроффа «Змеиная сила». Мать даже не взглянула на них и сказала, смеясь от души: «Послушай, что говорит тебе это тело». Затем Она описала каждый центр, природу лотосов, их цвет и количество лепестков с соответствующими янтрами и мантрами. Я обнаружил, что картинки в книге точно отражают то, что описывала Мать.
Она добавила: «Я не читала об этих центрах ни в одной книге и никогда ни от кого о них не слышала. Описание, которое я дала, взято из моего реального опыта». На дальнейшие расспросы Она ответила: «Цвета тех жизненных центров, которые ты находишь на рисунках, – это всего лишь их внешний оттенок. То же самое вещество, из которого состоит наш мозг, также образует эти сплетения, но их формы, структуры и функции различны; каждое из них имеет свои особые характеристики и отличительные качества, такие как глаз, или ухо пупка, или даже линии на ладонях твоих рук. В них присутствует постоянно меняющаяся игра различных цветов и звуков, а также их символы, называемые мантрами (бидж или семенная мантра), все они являются естественными результатами движения жизненной силы и потока жизненного флюида. На более ранних стадиях, когда различные мантры исходили из этих уст, сопровождаемые трансформациями дыхания, иногда у меня в уме мелькали вопросы типа: «Что это такое?» Ответ приходил изнутри, и внутренняя структура всех этих солнечных сплетений стала отчетливо видна мне, как на рисунках, которые ты передо мной поставил. Когда человек регулярно молится, выполняет пуджи и йогические практики, медитирует и размышляет о высших истинах существования с достаточной концентрацией и устойчивостью, субстанция ума очищается, мысли очищаются и центры раскрываются сами; иначе ни одно человеческое существо не может найти спасения от бури и напряжения физических побуждений, таких как похоть, жадность и гнев».
Однажды Мать отправилась в Сиддхешвари ашрам вместе со всеми присутствующими. Это место было тогда в очень запущенном состоянии. Там был алтарь площадью примерно в 1¼ локтя и высотой в 1½ локтя. Мать села на него. Все почитатели молча сидели вокруг и были поглощены своими мыслями. Ее тело постепенно уменьшалось настолько, что всем казалось, будто на алтаре осталось только Её сари. Никто не мог Её видеть. Все гадали, что же будет дальше. Постепенно под тканью что-то зашевелилось, и очень медленно и мягко появилось тело, и Она появилась, сидя прямо. Почти полчаса Она пристально смотрела в небо и сказала: «Вы низвели это тело ради дела вашей жизни».
Мать говорит: «Подобно тому, как бумажный змей взлетает высоко в небо, полагаясь на тонкую нить, йогин, полагаясь на свое жизненное дыхание и тонкую нить самскары, может парить в воздухе; он может сжать свое физическое тело в пылинку или принять огромный размер или даже исчезнуть из виду».
Мы слышали, что многие люди получали посвящение от Матери в состоянии сна, в то время как другие получали цветы вместе с мантрами и действительно находили эти цветы, когда пробуждались ото сна. Но никто из нас никогда не видел, чтобы Мать непосредственно посвящала почитателя.
Мы также слышали от многих людей, что в их собственных домах, далеко от Матери, они были поражены, обнаружив фигуру Матери на самом деле присутствующей перед их глазами в течение очень короткого периода времени.
В то время как я был в Дакке серьезно болен острым приступом туберкулёза, Мать была в Северо-Западной Индии. Вернувшись в Дакку, Она сказала мне: «В полночь в два определенных числа это тело вошло в твою комнату через определенную дверь твоего дома и вышло через другую. Твоё состояние в те два дня было очень критическим».
При обращении к бухгалтерской книге, где были записаны ежедневные расходы, включая оплату услуг врачей и медицинские сборы, выяснилось, что в эти два дня врачи действительно были вызваны ночью.
Бывали также случаи, когда Мать проходила мимо группы людей, но только один или двое из них могли Её видеть. Она говорит: «Я всегда присутствую со всеми вами, но вы не испытываете особого желания видеть меня. Что я могу поделать? Знайте же наверняка, что мои глаза прикованы к тому, что вы делаете или не делаете».
Однажды Мать должна была сесть в поезд в Гоаландо. Порог вагона находился очень высоко от платформы. Тогда у Нее была ревматическая неподвижность в правой руке. Когда по Её повелению Гуруприя Деви схватила Её за левую руку и потащила в купе, тело Матери казалось таким же легким, как у младенца. Но иногда оно оказывалось ужасно тяжелым.
Мать говорит нам, что когда Она двигается или
