Москва опять строится. Выяснилось, что, если надо, строить можно круглые сутки — например, храм Христа Спасителя или новый МакДональдс. Манежную площадь раскопали — обещан мол (магазинно-развлекательный комплекс в одном здании) американского типа, но с русским национальным оформлением. В Историческом проезде (между музеем Ленина, который снова музей Ленина, и Историческим музеем) построили (восстановили) ворота и часовню. Немножко напоминает декорации, как на Арбате, но многие коренные москвичи очень довольны. Я к этому отношусь спокойно, мне только жалко, что на эти или хотя бы на часть этих денег мэр не начал решать проблемы бездомных и нищенствующих детей и инвалидов, которых очень много везде, а особенно — в метро. Сильное впечатление на меня производит стоящие рядом женщина с маленьким ребенком, держащая картонку с кривой надписью: "Сыну срочно нужна операция" и молодой парень с овчаркой и плакатиком: "Подайте на корм собак в питомнике". Уровень жизни, особенно у пенсионеров, таков, что очень немолодые люди стоят обычно у метро и торгуют сигаретами и газетами, а которые и этого не могут — просят милостыню. Льготники (ветераны войны и труда, герои, жертвы репрессий) покупают без очереди билеты в театр по 25 тысяч и тут же у входа продают их по 100 тысяч. Школьники торгуют на Горбушке (ДК Горбунова) и в Митино пиратскими копиями музыкальных и компьютерных лазерных дисков. (Интересная подробность — наши советские диски дороже, потому что их мало подделывают, основной товар из Китая.) Пацаны подбегают на перекрестках протирать окна у машин.
Призрак бродит по Москве, призрак капитализма. Только пока еще дикого. Много частных или акционерных (приватизированных) магазинов, парикмахерских, кафе. Много — относительно существующих ранее государственных. Парадоксально, что факт собственности слабо сказывается на уровне обслуживания. С одной стороны, это — привычное хамство и наплевательство, с другой стороны — значит, они и так хорошо живут, им за клиентом гоняться не надо, то есть — все равно этих магазинов и кафе мало. Правда, рекорд по хамству и наплевательству до сих пор уверенно держит государство. Ввести массовую улыбку продавщиц можно, наверное, только за приличную зарплату, через какое-то количество лет воспитания и если вообще ощущение необходимости этого для начала придет в голову их хозяевам. А вот сделать так, чтобы не воровали, в обозримом будущем не представляется возможным, но, опять же, они не самые крупные воры в этой стране. Немножко лучше ситуация с обслуживанием в ресторанах, которых стало существенно больше, чем раньше, и которые весьма дороги. Обычно пойти в ресторан стоит не меньше 50 долларов. Сделали первую российскую "фаст-фудную" систему — "Русское бистро", где кормят пирогами и пирожками с разными начинками и поят квасом, медовухой и, что существенно, водкой. Общий стиль МакДональдса, но с русскими узорами, чуть-чуть более лениво, менее аккуратно, и слегка дешевле.
В обществе происходит слом идеологии. Процветает коммерция, производство стоит — слишком долгосрочные инвестиции при инфляции и общей нестабильности, а кроме этого — налоги на производство непомерно высоки (на торговлю меньше). Между детьми и родителями легла не просто смена поколений, но и смена экономической формации. Ситуация в чем-то похожа на эмиграцию — дети быстрее адаптируются в новых условиях и начинают снисходительно относится к родителям-неудачникам. Ценность образования сомнительна, хотя в прошлом году несколько увеличился конкурс в институты, при том, что стандартная студенческая стипендия — 100 тысяч (20 долларов — и никакого права на "калькулофобию"). Люди уходят от своих профессий, которые их не кормят, "в бизнес". На вопрос о работе отвечают: "Кручусь". Как всегда в таких случаях, особенно тяжело "неприкладным" ученым, учителям, врачам. Но даже в этих категориях, а, может быть, и в основном в этих категориях, люди часто продолжают заниматься своим делом так, как они его понимают, то есть — как образ жизни, вне зависимости от тех копеек, которые за это получают.
В целом люди постепенно привыкают к этой жизни. Возможно, огорчены и усталы, но не растеряны. Произошло и идет дальше сильное расслоение населения, но уже появляется некоторый средний класс, особенно в Москве, где возможно быть "белым воротничком" на инофирме или в банке и получать приличную зарплату. Для этого класса постепенно возникает рынок услуг. В связи с отпадением бывших союзных республик и неспокойным положением на окраинах, очень принято ездить отдыхать на Кипр, в Турцию и Грецию (подешевле) или в Израиль, Италию и Францию (подороже). Приняты также "шоп-туры" — в Турцию за кожей, в Польшу, в Китай и т. д. Основное содержание таково — тебя везут в город, где есть большой выбор нужного тебе товара, и разрешают провезти большой вес багажа (обычно для этого организуют чартерные рейсы). В городе ночные клубы, дискотеки, казино. Помимо старых заслуженных театров открываются студии, театры конкретных режиссеров, где труппа собирается под спектакль, помимо музеев — галереи, преимущественно современного искусства, где устраивают всевозможные хеппенинги и инсталляции. Идут премьеры, приезжают выставки. В связи с распространением видаков стали невыгодными кинотеатры — во многих из них сейчас мебельные салоны. Вообще за время моего отсутствия сильно вырос уровень "технического вооружения" граждан. Помимо видаков все обзавелись CD-проигрывателями, молодежь увешана плеерами, а компьютер и Интернет перестали быть диковиной и превратились в предмет неуважительной беседы пацанов. И сюда дошла "японско-американская болезнь" — фотоаппараты-мыльницы и видеокамеры, так что почти в каждом доме родители покажут тебе альбомчик с фотографиями отпрыска или кассету с их последней поездкой в Европу.
Печать демократизируется на глазах. Появляются новые издательства, строят свои магазины, переводят уже не только фантастику и детективы. Появились шикарно изданные детские книги и энциклопедии, много разных словарей и справочников. Издают поэзию, философию, историю, в том числе авторов, которых никогда раньше не издавали, делают репринты дореволюционных изданий. Появились исторические и политические мемуары, вообще сильно изменилось отношение к истории — основной плюс в том, что ее перестали трактовать однозначно, "связь времен" постепенно восстанавливается. Люди по-прежнему читают, хотя из всех "перестроечных" толстых журналов выжил, кажется, только "Знамя". Выходит много газет и журналов самой разной направленности. Очень популярен "Московский комсомолец". Издаются русские версии "Плэйбоя", "Космополитэна". Недавно появился журнал "Итоги" — совместное предприятие с Newsweek. Большинство изданий, конечно, общедемократического направления, не считая "Правды" и "Завтра". Первенство в качестве "деловой" газеты держит "Коммерсантъ", которые производит заодно целую серию журналов: "Деньги", "Домовой", "Автопилот". Качество печати стало очень приличное — печатают за границей, тем более, что ввоз бумаги облагается налогом более высоким, чем ввоз печатной продукции.
