Читаем без скачивания Захватывающее время - Тим Тарп

А вот кто удивлен, так это Гич. Он не ожидал столь мощной поддержки с ее стороны.

– Хм, да, – говорит он. – Ясно. Военная академия. Она тебя исправит. В понедельник утром первым делом узнаю цены.

Ну вот и все. Из «военной угрозы» ничего не выйдет. Как только Гич заговаривает о ценах на что-то, значит, всему конец. Несмотря на все его сантехнические деньги, он самый настоящий мистер Жмот.

И все же я лишен ключей от машины и посажен под домашний арест на неопределенный срок. Плюс я должен ежемесячно выплачивать Кевину по полтиннику, пока не рассчитаюсь за костюм. То есть, я на целых два года попадаю в долговую кабалу. Ладно, с костюмом все ясно, но по поводу ключей я пытаюсь спорить, аргументируя тем, что именно я плачу за машину.

Их это волнует? Нет. Они платят страховку, говорят они. Мне предлагается найти кого-нибудь, кто будет подвозить меня до школы – альтернативой является позорный школьный автобус. Хорошо, что они все же признают, что мне нужно каким-то образом добираться до работы после школы, а потом возвращаться домой. А так как они оба работают днем, им все-таки приходится отдать мне ключи.

– Знаешь, Саттер, – говорит мама, – тебе придется долго трудиться, чтобы восстановить наше доверие.

– Простите, – говорю я. – Я постараюсь исправиться.

Я сожалею, что вынудил ее обзванивать моих друзей и больницы, но я знаю свою маму. Доверие ко мне стоит в конце списка ее приоритетов. Один поход в салон красоты на будущей неделе – и она забудет обо всем.

Глава 19

Итак, у меня был плохой день. Но я не допущу, чтобы он надолго испортил мне настроение. Я даже не собираюсь думать о нем. Ездить в школу с Рикки – не самое жесткое наказание в мире. И что может помешать моей свободе днем, когда мамы и Гича нет дома? Понятно, они пугают, что будут звонить и контролировать меня, но я поверю в это, только когда это произойдет.

– Здорово, поджигатель, – говорит Рикки, когда я утром в понедельник сажусь в его машину. – Сколько еще костюмов за штуку баксов спалил?

– Очень смешно, мистер Травокур. Между прочим, ничего не произошло бы, если бы ты не снабдил меня тем косяком.

Он смеется.

– Точно. Это был мой план, и ты отлично его выполнил.

Как я уже говорил, о прошлой ночи я не желаю даже думать, поэтому перевожу разговор на их свидание с Бетани. Естественно, мы уже обсудили его по телефону, но мне кажется, что он не прочь углубиться в эту тему снова.

– Точно тебе говорю, чувак, – заявляет он, – она – та самая девушка. Все было идеально. За исключением того, что мне пришлось одолжить у нее пару баксов, но она отнеслась к этому спокойно. Кто мог подумать, что обед и кино будут стоить так дорого?

– Да практически каждый, кто хоть раз ходил на настоящее свидание.

Он отмахивается от меня.

– Самое лучшее было то, что мы разговаривали почти обо всем. Причем это была не тупая болтовня. Мы даже серьезно поговорили на тему религии.

– Хорошо целуется?

– Великолепно.

– С языком?

– О, со своим языком она могла бы выиграть соревнования штата.

Это так заманчиво – поставить себе в заслугу то, что я свел его с Чудо-женщиной, только я сделал это не для того, чтобы почивать на лаврах. Поэтому я перехожу к следующему вопросу: где мы сегодня обедаем.

Он молчит.

– В чем дело?

– Понимаешь, чувак, я не могу пойти с тобой сегодня. Мы с Бетани договорились пообедать вместе.

– И вы не можете взять меня с собой?

– Для наших отношений еще слишком рано брать с собой друзей.

– Наверное, – ограничиваюсь я, но при этом вспоминаю, как он все время навязывался третьим лишним к нам с Кэссиди.

– Кроме того, – продолжает он, – ты сам говорил, что обедаешь с этой… как ее там… с девушкой с «газетного» маршрута.

– Ах, да. Эйми. Совсем забыл о ней. Спасибо, что напомнил, чувак. Не хотелось бы подставлять ее. Она такая… ну, не знаю… наивная, что ли, милая, в общем, не знаю.

Рикки отводит взгляд от дороги и целую секунду изучает меня.

– Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, да?

– Что?

– Завязываешь новые отношения. Судя по тому, что ты мне рассказывал, у вас с этой Эйми нет ничего общего. Ты бросаешься от Кэссиди на первую встречную. Честно, не могу представить, чтобы ты встречался с этой девушкой. Она же полная противоположность Кэссиди.

– Чувак, – говорю я, – ты дико ошибаешься. Во-первых, она не полная противоположность Кэссиди. Полная противоположность была бы кареглазой брюнеткой. А во-вторых, у меня нет никакого желания встречаться с Эйми. Никакого.

– Тогда зачем ты собираешься с ней обедать?

– Для моральной поддержки. Эйми нуждается в ней. Ее семейство полностью ее затюкало. По глазам вижу. Кажется, она не считает себя хоть сколько-то значимой личностью, чтобы как-то побороться за себя.

– И что, ты собираешься переделывать ее, как в том фильме, где из скучной ботанки делают сексапильную телочку?

– Нет. Речь вообще не о том, чтобы превратить ее в сексапильную телочку. Она никогда такой не станет. У нее образ мышления другой – нет внутреннего положительного заряда. Это видно по ее походке – неуклюжей, косолапой. А настоящая сексапильная телочка и стоит, и ходит по-другому: плечи расправлены, сиськи вперед, попка виляет. Чтобы быть сексапильной, девочка должна осознавать, что сексапильна. Это, скажем так, результат долгих тренировок. Сначала девчонки из ее окружения лезут из кожи вон, чтобы с ней дружить. Потом из-за нее начинают драться мальчишки и бегают за ней, как щенки. А затем, лет в двенадцать, она осознает, что даже у взрослых мужиков глаза вылезают на лоб, когда она проходит мимо. Поверь мне, с Эйми можно снять очки, сделать ей пышную прическу, нарядить в микроскопическую красную юбочку, но она все равно будет ходить скукожившись. А взгляд у нее будет таким, словно весь мир готовится ударить ее по лицу.

– Так что ты собираешься делать, спасать ее душу?

– Может быть. Кто знает?

Глава 20

Многие согласятся, что алгебра с мистером Астером – ака.[21] мистер Жопастер, – это скучнейший урок на свете, но моя теория состоит в том, что скука – удел скучных людей, не наделенных воображением. Конечно, если бы я вслушивался в монотонный бубнеж мистера Жопастера, мне бы тоже стало скучно, но я на такое не способен.

Одно из моих занятий – мотоджет. Мотоджет – это что-то вроде откормленного серебристого горного велосипеда, только он умеет летать, у него есть крутые пулеметы и пусковые ракетные установки. Когда тебе нужно прибавить скорости, достаточно дать тяги на сопла, и вррруууумм! Тебя уже нет.

Вся видеоигра у меня в голове, и вместо того чтобы сидеть на алгебре, я спасаю вселенную или, на крайняк, свою школу. Не знаю, сколько раз я спасал Кэссиди от террористов, гангстеров и злобных военных диктаторов. Естественно, время от времени я терплю крушение, причем каждый раз очень зрелищное: мотоджет пикирует на фоне вечернего неба, задевает водонапорную башню, сносит прожекторы на футбольном стадионе и кубарем катится по полю на глазах у всех учеников.

Он замирает возле ворот, и рыдающие девчонки со всех ног бегут туда, где я лежу искалеченной, тлеющей кучкой. С ними бежит даже мама. «Не беспокойтесь, – говорю я им, когда оседает пыль вокруг моего переломанного тела. – Со мной все в порядке. Все замечательно!»

Сегодня миссия моего мотоджета постоянно прерывается мыслями об Эйми. Я не могу поверить в то, что почти забыл о нашей встрече за обедом. И сейчас, вместо мотоджета, я в голове прокручиваю фильм о том, как Эйми в одиночестве стоит у дверей кафетерия, смотрит на часы, вглядывается в лица прохожих, а меня все нет.

Саттер, говорю я себе, ты не можешь подвести эту девушку.

Наконец алгебра заканчивается. Я запихиваю все в рюкзак и направляюсь к двери, рассчитывая сразу же двигать к кафетерию, чтобы Эйми не пришлось ждать ни секунды. Но сделать это не так-то просто, потому что меня окликает мистер Жопастер и требует, чтобы я подошел к его столу. Сбежать я не успеваю.

– Присаживайтесь, – говорит он, указывая на парту, которая стоит перед учительским столом. – Мистер Кили, вы, кажется, в очередной раз не сдали домашнее задание на понедельник?

– У меня были ужасные выходные, – говорю я ему, а он мне:

– У вас, кажется, всегда ужасные выходные. – Мистеру Жопастеру постоянно все кажется. Он никогда ничего не утверждает.

К сожалению, вместо того чтобы орать на меня, он решает, что сейчас самое подходящее время проверить, как я усвоил сегодняшний материал. Наверное, не стоит упоминать, что я не очень хорошо отвечаю на его вопросы. Ему кажется, что я плохо слушал его объяснения. Я смотрю на часы, все еще надеясь, что успею к кафетерию одновременно с Эйми.

Однако мистер Жопастер не останавливается. Теперь он распространяется на тему о том, как он заинтересован в моем образовании и что моя неудача на выпускных экзаменах станет и его неудачей. Ему кажется, что я должен иметь хотя бы базовое представление о том, чему он учит меня на своих уроках, если я рассчитываю поступить в колледж.