Он смотрел в мои зареванные глаза, его строгий взгляд не говорил ни о чем. Никаких эмоций. А для меня было важно понять, что же он думает обо мне. Что же? Вытерев рукой предательские слезы я ждала ответа.
Тунок лишь улыбнулся мне и сказал:
— Что ты такое говоришь, ты хорошая воровка и я тебя уважаю…
Тут-то меня передернуло, как будто иголкой кто кольнул.
— А если бы… если бы я не была воровкой, — в голосе послышались нотки истерики. — Тогда бы что, ты… ты меня ненавидел, да?
Я немного продрогла, из-за этого съежилась, но крепыш заметив это, нацепил на мои хрупкие плечи свой плащ. Я практически утонула в нем, только лишь глаза выглядывали.
— Вот, держи! Так тебе будет теплее, — сказал он, а после замолчал, видимо обдумывая услышанное. — Знаешь, ты мне нравишься и поэтому несмотря на то, какое у тебя сословие, в обиду не дам!
— Спасибо, Туночек — снова зарыдала я и уткнулась носиком в его такое необходимое плечо. Я плакала, а он продолжать сидеть и ждать.
— Еще в слове трущобы у вас ошибка! — Выплакавшись, сказала я вытирая глаза.
— О, так ты грамоте обучена. — Удивился Тунок.
— Ну так… три класса образования можно считать, что обучена? — Съязвила я. Моими учителями были лучшие педагоги королевства, а я тут говорю — три класса образования, хорошо меня Кикимора не слышит.
— Вполне! — Засмеялся воришка. — Тебе нужно переодеться, Малюк принесет вещи. Оденешь привычный спортивный костюм, а платье спрячь куда подальше, а то украдут.
— Хорошо, я так и сделаю, — хотелось бы мне отдать им все эти жемчужины, но боюсь, доброго душевного порыва эти люди не поймут. Украл — значит твое. Это их нерушимый кодекс и раздаривать куш — это непростительная роскошь… дожились, я уже законы воришек цитирую… Скоро я и вправду за свою сойду.
Как только стемнело, мы впятером, ну еще и Ральф, выдвинулись на мое первое в жизни дело. Но виду не подала, а наоборот, с умным видом выслушивала разговоры и одобрительно качала головой. Даже время от времени цокала языком и многозначительно пучила глаза. Ребята бросали встревоженные взгляды, но ничего не говорили. Идти пришлось долго. Трущобы оказались тем еще лабиринтом, а выбравшись мы начали двигаться к центру города. МЫ прошли довольно большой путь и у меня уже начинали болеть ноги.
— Стоп, мы на месте! — Скомандовал Тунок.
Я облегченно вздохнула, размяла отекшие ноги и посмотрела на особняк, который маячил впереди. Кованные ворота, высокий забор. Но караульных не было. Видимо, хозяин был уверен в том, что к нему не нагрянут гости. А зря… гости уже находились в непосредственной близости. Бойтесь хозяева особняка! Я Венди и ее подручные пришли за вашим богатством! — я представила себя в пиратской треуголке и с саблей в руках.
— Как всегда, берем только еду, уяснили? — Давал последние наставления Крепыш.
Я расстроилась. Значит богатства останутся не тронутыми.
— Уяснили! — Отозвались все хором, даже пес раз пролаял, как бы давая понять, что и он все понял.
— Тогда вперед!
Выработанная тактика, которой воришки, к слову, пользовались и во дворце, помогла ребятам перелезть через забор. И вот уже, когда все оказались по ту сторону, мы перебежками направились к особняку. Я, как ни старалась, но прятаться выходило не слишком хорошо; то на ветку наступлю, то ногу подверну… а что? Здесь темно, а я не кошка, чтобы в темноте видеть! Ой…
— Ушиблась? — Отозвался Толстяк, когда я в очередной раз налетела лбом об ветку. — Держись позади меня.
Я так и сделала и вскоре мои мучения закончились. Толстый, как ледокол, шел впереди, убирая всевозможные преграды с моего пути.
И вот мы оказались у цели.
— Венди, лезь в окно! — Приказал мне Тунок.
— Одна? — Испугалась я.
— Моя компания тебе подойдет? — Хихикнул Мелкий, он взялся двумя руками за виноградную лозу и начал карабкаться вверх. Добравшись до открытого окна, паренек в один прыжок преодолел расстояние и нырнул в оконный проем.
— Венди, теперь твоя очередь, — тихо скомандовал крепыш.
— Ну, хорошо, — мысленно подбодрила себя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Поплевав на ладони, как это делал Мелкий… фу, теперь у меня руки мокрые, фу… СТОП! Не время расклеиваться, нужно лезть наверх! Взявшись за виноградную лозу, которая вилась прямо вдоль стены вверх, я немного ее подергала. А то вдруг лоза не выдержит моего веса и я шлепнусь. Вот позор будет, если окажется, что я вешу больше чем Мелкий. Потом все будут обзывать меня коровой!
— Давай быстрее! — Подгонял меня крепыш, а сам, то и дело, поглядывал в ту сторону, откуда доносились странные звуки. — Кто-то идет!
Испугавшись, я начала взбираться по винограду вверх. Упершись ногами о стену и перебирая руками, я сделала несколько шагов, но тут я с ужасом поняла, что сильно устала. А лезть-то нужно. Вон уже и Мелкий выглядывает ждет меня наверху, нет бы помочь девушке! Негодник! Ну, это я так… нервное. Я и сама знаю, что на такой высоте он вряд ли мне сможет мне помочь. От напряжения руки и ноги начали дрожать. Я сделала еще пару шагов и посмотрела вниз, как раз в этот момент Тунок и Толстяк прятались за кустом, а в мою сторону шли трое караульных, причем каждый держал в руках фонарик.
— Вот зараза, — выругалась я и начала двигаться быстрее.
— Ты видел?! — Один из троицы вдруг остановился и поднял голову. — Там что-то зашевелилось!
Он насветил на стену, но кроме окна и виноградной лозы, так ничего и не увидел.
— Может, сова? — Предположил второй.
— Возможно, — убирая фонарь, проговорил первый. Караульные прошли мимо нашего шабаша, так и не заметив посторонних.
— Еще бы немного. — Хватая воздух ртом, проговорила я, сидя около окна, прижавшись спиной к стене.
— Напугала ты меня, красотка, — вытирая пот со лба, признался Мелкий. — Ну, главное, ты успела вовремя вскочить, а теперь пошли открывать двери остальным.
Подойдя к двери черного хода, я поняла, зачем нужно было два человека. Ведь кнопок, отпирающих двери было две и они находились далеко друг от друга. Мы приложили пальцы и одновременно нажали.
Клац! После этого дверь отворилась.
— Добро пожаловать! — Склонился в шутливом поклоне Мелкий. — Извиняйте, что без хлеба и соли.
— Если все выгорит, то у нас будет и хлеб, и соль, и мясо.
Кухню найти было не сложно. В подобных особняках везде одинаковое расположение и я с легкостью отыскала ее. Дальше, мы начали набивать мешки, еды оказалось много и это радовало, значит жителям трущеб еще не скоро придется идти на новое дело, Хотя бы день-два отдохнут и не будут подвергать риску свои жизни.
Набив мешки едой, мы начали выбираться из дома барона. Шли мы по тому же пути. Но внезапный шум спугнул нас и нам пришлось идти в обход. То есть через главный зал. Чем ближе к залу, тем роскошней выглядел интерьер и это естественно! Ведь шли мы из черного хода, туда и прислуга не часто ходит, поэтому и заморачиваться не стоит. Я отметила про себя, что барон очень любит позерство и на мой взгляд, хозяин дома переборщил со всем ЭТИМ.
— Во, смотри картина! — Хихикнул Малюк. — Это ж хозяин. Фу, урод.
Я посмотрела и ахнула, на картине красовался Агнас собственной персоной. Так вот кого они называли бароном. И тут все накипевшее за эти дни, вырвалось наружу. Я схватила факел со стены и бросила прямо в портрет — гобелены, занавески, в тот час вспыхнули и вскоре вся стена была объята огнем.
— Что ты делаешь?! — Кричал Малюк. — Огонь нас выдаст!
Но я, никого не слушая, крушила все подряд и не особо беспокоилась о безопасности.
— Получай! — Била доской дорогие на вид вазы. — Это за меня! Это за маму! Это за папу!
Скрежет бьющейся посуды стоял на весь особняк. Громыхало так знатно, будто началась гроза! Ну уж нет! Я нечто похуже, чем там гром и молнии — я принцесса!
Полыхало уже знатно и такой костер вряд ли бы остался незамеченным. Отовсюду, со двора слышались крики, вперемешку с бряцаньем ведер. Меня же эти крики мало волновали, я пыталась как можно больше нанести ущерб этому неуклюжему советнику с повязкой на глазу.
