На улице солнечный свет ослепил, ноздри защекотали знакомые ароматы Москвы: запахи бензина, духов спешащих мимо прохожих, готовящихся неподалеку хот-догов. И мое настроение немедленно поднялось! Мир показался мне иным! Он виделся теперь в ярких красках и свежих формах.
В такси я залезала с опаской – вдруг меня снова караулят. Но разговорчивый армянин оказался добродушным собеседником и всю дорогу развлекал меня шутками. Дома встретила мама. Все комнаты были прибраны, на кухне приготовлено много блюд.
– Чем бы поживиться? – с любопытством спросила я, когда мама, наконец, прекратила прижимать меня к груди.
– Есть цветная капуста, шпинат, немного рыбы и овощи. Побоялась делать что-то мясное и тяжелое, – ответила она.
Я скривилась. После нескольких дней голодания и диетического питания в больнице меня меньше всего привлекала подобная пища. Даже не попробовав эту гадость, я сказала маме, что хочу отдохнуть в гостиной за просмотром телевизора. Она, решив не трогать меня, отправилась в комнату для гостей, чтобы полежать.
Я спустилась вниз, включила телевизор и подошла к окну. Меня невероятно тянуло в соседний дом, и я мысленно позвала его обитателя. «Приди, пожалуйста! Зайди ко мне!» И тут же Алексей Пешехонов собственной персоной вышел на крыльцо, придерживая рукой большой белый пакет. Я встрепенулась и хотела уже побежать к нему, но вовремя остановилась. Кажется, это уже было слишком. Радости моей не было предела, когда спустя пять минут он сам постучал в мою дверь. Я, не в силах больше ждать, мгновенно распахнула ее перед ним.
– До неприличия быстро открыла, – заявил посетитель.
Глаза его сияли, а губы растянулись в широкой улыбке. Переносица все еще была заклеена пластырем. Одет как обычно: любимые джинсы, футболка и клетчатая рубаха. Я не удержалась и обняла его. Он скупо прижал меня к себе одной рукой и уткнулся носом в шею, бормоча про то, что увидел в окно мое такси. Потом мы оба смутились и отпрянули друг от друга.
– Вадим против наших встреч, – сказал он.
– А мне плевать, – возразила я и потянула его за собой.
Мы присели на пол у дивана. Алексей вытащил из своего пакета коробочку для завтраков, а вслед за ней и шампанское. Коробку отдал мне, а сам поспешил открыть бутылку.
– О-о-о! – прошептала я. – Бутерброды! Боже мой, это же бутерброды!
Я готова была плакать от счастья. Алексей сходил на кухню за бокалами и разлил напитки. Он улыбнулся.
– Не знаю, удалось ли тебе разжиться ими в больнице, но я решил их сделать – вдруг ты будешь рада.
– Ох, Лёшка! Да я просто на седьмом небе от блаженства! Спасибо!
Я уплетала бутерброд так, будто никогда не ела ничего вкуснее. Алексей сидел рядом и посмеивался надо мной. Мы пили и болтали о том о сём. Когда заговорили про Кению, Пешехонов тоже удивился моей решимости. Он смотрел на меня как-то по-другому. И мне показалось, что новый человек, живущий теперь во мне, нравился ему гораздо больше, чем предыдущий. Я рассказала ему про старуху, которая являлась ко мне во снах, про то, что она звала нас – меня и принца. Шампанское давало о себе знать, чувствовалось приятное легкое головокружение и тепло внутри.
– Есть принц, которого я должна найти и привести в Долину, – объясняла я. – В этом, судя по всему, и есть мое предназначение. Старуха шептала, что в Долине неразбериха. И пока главные того мира не поубивали друг друга, я должна доставить к ним истинного правителя.
– Я слышал эту историю, – подтвердил мои видения Алексей. – Дед рассказывал о ребенке: наши предки вынесли его из Долины, чтобы однажды он вернулся и занял свой законный трон. Значит, у этого малыша или малышки тоже есть потомок. Но кто он, мне не известно. И ты должна найти его.
Я в раздумьях закусила губу. Постаралась припомнить все свои сны. И тут меня осенило!
– Мне кажется, истинный наследник найден, – уверенно сказала я.
– Найден?
– Лёш, это ты!
– Я?! – Алексей с недоумением посмотрел на меня и вскочил на ноги. – С чего ты взяла? Этого просто не может быть!
– Но почему?
Я тоже встала.
– Все сходится! Ведь ты знал о Долине с детства, нашел меня, стремился туда. К тому же во снах при слове «принц» я видела именно тебя. Это ли не намек?
Алексей явно не был готов к такому повороту. Одно дело думать, что ты потомок необычного народа, живущего в Долине, не нанесенной на карту. Фантастика, приключения – интересно! Другое дело понимать, что тебя могут заставить править целым народом.
– Ладно, какой смысл сейчас спорить об этом, – хмурясь, сказал Алексей, – еще не факт, что эта Долина вообще существует. Попробуем решать проблемы по мере их поступления.
Я согласно кивнула и замолчала, потому что в гостиную спустилась мать. Она услышала наши громкие голоса и решила посмотреть, с кем я беседую. Окинув пасмурным взглядом коробку из-под бутербродов и шампанское, она как гарпия уставилась на Алексея.
– Это моя мама, Нина Ивановна, – представила я ее, ведь Лёша и не подозревал, что в доме есть кто-то еще.
– Здравствуйте! – спохватился он и протянул ей руку.
К моему удивлению, мама не ответила на рукопожатие и спросила:
– А вы, стало быть, и есть тот самый Алексей?
Его имя она словно выплюнула.
– Да, Алексей Пешехонов. Мы работаем вместе с Эмилией.
– Мне казалось, дорогая, – обратилась мать ко мне, – что Вадим запретил этому человеку появляться в вашем доме.
– Мама! О чем ты говоришь? Алексей мой… друг.
– Друг, благодаря которому ты оказалась на грани смерти?
– Да причем тут он? – не понимала я.
– Причем? – повысила мама голос. – А ничего, что этот твой друг приготовил пикник для почти замужней девушки, увел в безлюдное место? И потом еще дал выкрасть тебя какому-то маньяку!
– Приготовил пикник? – переспросила я и смутилась: вдруг Алексей думает, что я опять слышу только то, что хочу услышать.
Не знаю, какие мысли крутились у него в тот момент в голове, но вслух он произнес:
– Нина Ивановна, я от всего сердца прошу у вас прощения. Это не повторится. Я больше никогда не буду готовить пикники для вашей дочери.
Последняя его фраза, как мне показалось, прозвучала весьма двусмысленно. К сожалению, мама тоже услышала легкую насмешку.
– Вы еще и смеетесь над нами! – вскричала она, подошла к Алексею и пальцем ткнула ему в грудь. – Да из-за вас моя дочь чуть не умерла! И из-за вас она могла лишиться возможности стать женой одного из самых приятных и перспективных молодых людей в этой стране! Я запрещаю вам видеться!
– Мама! – вскрикнула я, ошарашенная таким ее поведением. – Какое право ты имеешь решать за меня, с кем мне общаться?!
Она от возмущения выпучила глаза, а я схватила Пешехонова за руку и увела из дома. Мы прошлись по проселочной дороге до реки. Алексей выглядел чернее тучи.
– Эмилия, прости, я и вправду виноват.
– Прекрати! Откуда тебе было знать? Просто теперь и я осознала, что за мной охотятся. И буду осторожнее. Хочу научиться защищать себя в подобных ситуациях без чьей-либо помощи. Ты сможешь преподать мне несколько уроков?
– Возможно. Не сказал бы, что я их хорошо усвоил в свое время…
– Неважно! Если мы будем встречаться каждый день и тренироваться, у нас все получится. Желательно, правда, чтобы об этом никто не знал. Мы найдем Долину, если она существует, а потом решим, как помочь тем людям.
– Ты права, мы обязательно что-нибудь придумаем, – согласился Алексей. – И поверь, я больше никому не позволю тебя обидеть.
И я с легкостью поверила. Он обнял меня одной рукой, и мы оба уставились на быстрое течение реки. Солнце садилось за горизонт, последними лучами освещая наш поселок.
А где-то далеко-далеко в неизвестной заветной Долине, куда не было хода простым людям, в ветхой хижине у холодной печи сидела старуха, тихо улыбаясь своим мыслям. Одному Богу было известно, спала она или находилась в трансе. Но точно одно: душой в этот момент она была в другом, совершенно неизвестном для жителей Долины мире – у тихой, теплой речки, в которой отражалось вечернее алое небо.
Эпизод восьмой. Новый сорт орхидей
Москва, август 2015 годаКажется, со своим намерением научиться защищать себя я погорячилась. Мы с Лёшей много времени проводили в тире, практикуясь в стрельбе. Но либо это я была крива на руку, либо только в фильмах киногерои стреляют с разных ракурсов и попадают точно в цель. Заканчивалась уже третья неделя нашей подготовки, а дела шли из рук вон плохо.
– Ну… – философски промолвил Пешехонов, почесывая затылок. – Бывает же и хуже…
Я в отчаянье опустила уставшие от напряжения руки и случайно нажала на курок. Пуля вошла в пол рядом с моей ногой, и мы оба подпрыгнули. Алексей выхватил у меня пистолет, пригрозив при этом пальцем.
