К этому времени у дверей магазина успела собраться толпа любопытных горожан, но полицейский Брэгер держал их на расстоянии, не позволяя подходить слишком близко.
— Привет, Брэгер, — сказал Кейкер.
Полицейский вошел в магазин и тщательно закрыл за собой дверь.
— Доброе утро, лейтенант, — сказал Брэгер.
— Вам что-нибудь известно насчет этого… убийства? То есть кто обнаружил, когда и все прочее?
— Я и обнаружил, почти час назад. Я совершал обход и вдруг услышал выстрел.
Кейкер очумело посмотрел на полицейского.
— Выстрел? — переспросил он.
— Угу. Я бросился внутрь. Дим лежит мертвый. Вокруг — никого. Я видел, что передо мной в магазин никто не входил, поэтому я сразу же кинулся к задней двери. Но и там было пусто. Тогда я вернулся в магазин и стал звонить.
— Кому, Брэгер? Почему не мне первому?
— Прошу прощения, лейтенант, но я сильно разволновался, ткнул не ту кнопку и попал на инспектора. Я сообщил ему об убийстве Дима. Он велел мне оставаться здесь и вызвать главного врача, утилизаторов и вас.
В таком вот порядке? — подумал Кейкер. Скорее всего, да, ибо он оказался в этом списке последним.
Впрочем, сейчас у лейтенанта были вопросы поважнее. Значит, Брэгер утверждает, что слышал выстрел. Все это показалось ему какой-то бессмыслицей, полным абсурдом. Если Виллема Дима застрелили, тогда с какой стати главный врач делал вскрытие и располосовал ему череп?
— Как понимать это ваше слово — «выстрел»? — спросил Кейкер. — Вы утверждаете, что Дима убили из старомодного огнестрельного оружия?
— Вот-вот, — подтвердил Брэгер. — Разве вы не успели осмотреть тело? Успели? Значит, видели у него над самым сердцем дырку? След от пули. Мне так показалось, поскольку я никогда не видел дырок от пуль. Я даже не знал, что на Каллисто у кого-то есть огнестрельное оружие. Ведь его объявили вне закона еще раньше, чем бластеры.
Кейкер медленно кивнул.
— А других ран на его теле вы не заметили? — допытывался он у Брэгера.
— Клянусь Землей, нет. Да их и не могло быть. Если человеку продырявить сердце, это же верная смерть. Разве не так?
— Куда после магазина отправился доктор Скиддер? — спросил Кейкер. — Он что-нибудь говорил?
— Да. Сказал, что вам понадобится его заключение, поэтому он идет прямо к себе и будет дожидаться вашего звонка. А чем теперь заниматься мне, лейтенант?
Кейкер задумался.
— Видеофон Дима нужен мне самому, поэтому пойдите в соседний дом и оттуда позвоните в управление. Пусть пришлют вам в помощь еще троих человек. Вчетвером прочешете этот квартал и внимательно расспросите всех. Не пренебрегайте никакой мелочью.
— Я правильно понял, что нужно спросить у них, не видел ли кто выбегавшего из задней двери человека, не слышали ли они выстрелов и все такое?
— Да. И пусть расскажут все, что знают про Дима. Возможно, кто-то сильно его ненавидел, и это могло послужить причиной убийства.
Брэгер отсалютовал и ушел.
Кейкер немедленно связался с доктором Скиддером.
— Слушаю вас, доктор. Давайте ваше заключение.
— Что видел сам, о том и свидетельствую, Род. Разумеется, бластер. Стреляли с близкого расстояния.
Лейтенант Род Кейкер усилием воли заставил себя успокоиться.
— Я не ослышался, доктор?
— А в чем дело? — удивился Скиддер. — Вам что, не приходилось видеть убитых из бластера? Ах да, вы же слишком молоды, Род. Но лет пятьдесят назад, когда я сам был студентом, такие убийства время от времени совершались.
— Но как именно убили Дима?
С экрана на Кейкера смотрела недоумевающая физиономия главного врача.
— Понимаю, вам не удалось перехватить утилизаторов. Я-то думал, что вы видели труп. На левом плече все мясо сожжено до кости. Даже кость обуглилась. Но выстрел не повредил жизненно важных органов. Дим умер от шока. Сам по себе ожог не был фатальным. Вероятность крайне мала. Но шок все усугубил, и смерть наступила мгновенно.
Может, он задремал, и Скиддер только ему снится? — подумал Кейкер. Ведь сны часто бывают полны бессвязных и бессмысленных событий.
Однако он не спал. Он стоял перед видеофоном в магазине убитого Виллема Дима и вел разговор с доктором Скиддером.
— На теле были другие раны или какие-нибудь следы? — медленно спросил Кейкер.
— Нет. Мне думается, Род, вам стоит сосредоточиться на поисках этого злосчастного бластера. Если понадобится, перетряхните весь Третий сектор. Вы же знаете, как выглядит бластер? Или не знаете?
— По картинкам, — ответил Кейкер. — Скажите, док, они громко стреляют? Если честно, я не видел их в действии.
Доктор Скиддер недоверчиво покачал головой.
— Вспышка, негромкий шипящий звук и никакой отдачи, как от револьвера.
— Иными словами, с огнестрельным ранением не перепутаешь?
Скиддер догадался не сразу.
— Вы имеете в виду огнестрельное оружие? Разумеется, нет. Только тихое «с-с-с-с». Дальше десяти футов звук уже не слышен.
Окончив разговор с доктором, лейтенант Кейкер выключил видеофон, плюхнулся на стул, закрыл глаза и попытался сконцентрироваться. Хочешь не хочешь, а ему придется сводить воедино три совершенно противоречащих друг другу показания: его собственное, полицейского Брэгера и доктора Скиддера.
Брэгер был первым, кто увидел тело Дима. По его версии, торговца книгами и микрофильмами убили выстрелом в сердце. Одна-единственная дырочка, и больше никаких ран. Брэгер утверждал, что слышал звук выстрела.
Допустим, Брэгер солгал, — подумал Кейкер. Все равно получается какая-то чертовщина. Скиддер утверждает, что ранение на теле Дима было не огнестрельным, а бластерным. Доктор осматривал убитого уже после Брэгера.
Теоретически допустимо, что в промежутке некто успел выстрелить в мертвого Дима из бластера. Но… но это никак не объясняло ни жуткую рану на голове, ни то, почему главный врач не заметил дырки в груди.
Опять-таки теоретически, некто мог в другом промежутке — между уходом Скиддера и появлением Рода Кейкера — раскроить изуродованному бластером мертвецу еще и череп. Однако…
Однако почему же тогда он, Род Кейкер, не увидел обожженного плеча Дима, когда склонился над носилками и отвернул покрывало? Хорошо, он еще мог просмотреть небольшое отверстие от пули. Но не увидеть сожженное до кости плечо, о котором только что говорил доктор Скиддер?..
Лейтенант полиции гонял эту загадку у себя в мозгу до тех пор, пока перед ним не замаячило единственно возможное объяснение. Солгал не Брэгер, а главный врач. Причины — сейчас не главный вопрос. Причины могут быть любыми — вплоть до внезапного помешательства. Тогда получается, что он, Род Кейкер, проглядел след от пулевого ранения, замеченный Брэгером. Такое вполне возможно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
