Для Нартова, который всегда был техником, «художество» означало прежде всего технику, «художник»— техник. Но, как человек широкого кругозора, он включал в понятие «художества» прикладное и изобразительное искусство, архитектуру, неразрывную для него со строительной техникой.
«Академия разных художеств» в том виде, как ее понимал Нартов, — это прежде всего и больше всего Академия технических знаний. Такой академии в то время нигде не было и в помине, никто и не помышлял о ее основании.
Величие замысла блестяще проявилось не только в том, что предлагал Нартов, но и в том, как он хотел создать Академию технических знаний и для каких целей.
Нартов просто и точно указал, что он предлагает основать невиданную академию как самостоятельное учреждение для высокой государственной цели, для развития технических знаний в стране.
В проекте Нартова приведены убедительные доказательства необходимости для государства Академии технических знаний. Он указал, что создание такого учреждения является жизненной потребностью, так как:
1. Из-за отсутствия этой академии техники лишены центра, где они могли бы иметь «подлинное в своих художествах основание», то есть научную базу для развития техники.
2. Без такой академии не только не могут должным образом развиваться технические знания, но и уже достигнутое теряется — «художества, не токмо чтоб для ползы государственной прибавлятися, но и старые погасать могут».
3. Создание Академии технических знаний позволит развивать технику, поднять ее на высокий уровень — «имеют многие разные и светопохвальные художества размножатися и приитти в свое надлежащее достоинство».
На исходе далекой первой четверти XVIII века Нартов выдвинул для создания небывалой академии как основное условие коллективное начало.
Величие Нартова проявилось и в том, что он выступил не просто от своего личного имени, а от имени русских техников. Он обоснованно считал себя представителем русской технической мысли и раньше, чем выступать с проектом, советовался, обдумывал и обсуждал его вместе с отечественными специалистами. Таков уж был стиль Нартова. Он всегда действовал как представитель коллектива, возглавляя и петровскую токарню, и академические, и другие учреждения в дальнейшем. Вот почему Нартов особо подчеркнул, что он и другие русские специалисты коллективно ходатайствуют об основании Академии технических знаний — «купно, с ревностным желанием своим просят» создать «Академию разных художеств».
Свой проект Андрей Константинович из скромности рассматривал лишь как предварительный. Он справедливо полагал: академия должна охватить столь различные специальности, что в них «одному человеку фундаментально сведущу быть невозможно». Первоначальный проект он считал необходимым развить, усовершенствовать на основе дальнейшего творчества коллективного разума всех членов будущей академии.
Исходя из своего понимания наиболее настоятельных нужд страны, Нартов конкретно наметил области техники и искусства, которые предстояло развивать в предложенном им научном центре. Характерно, что Нартов ни в малой степени не выдвигал вперед свое любимое дело — токарное искусство. Как государственный деятель, он объективно решал задачи в соответствии с нуждами страны.
В те годы, когда строился Петербург, возводились новые сооружения в Москве и других городах, во многих местах шло промышленное строительство, сооружались дороги, каналы, особенно важным было развитие строительной техники. Нартов правильно указал первой отраслью, которой должна заниматься академия, именно строительную технику. Справедливо понимая органическое единство ее и архитектуры, он первым назвал отдел («класс») гражданского строительства, во главе которого должен стоять «архитект архитектуры цивилис» [9].
На заводах и других промышленных предприятиях того времени основным, ведущим двигателем было водяное колесо. Заводы часто так и называли — вододействующими. Таким было положение и в России и в зарубежных странах. Применение огнедействующих водоподъемников в эти годы только начиналось.
Время паровых машин еще не пришло, их еще вовсе не было нигде во всем мире.
Заводские водяные колеса были в общем такими же, как на обычных мукомольных мельницах, и отличались только размерами, более основательным выполнением да еще тем, что в промышленности особенное распространение получили колеса, на которые вода действовала сверху, то есть колеса наливные, или, как говорят, верхнего боя. Самое название мельниц часто переносили на вододействующие заводы. В Англии после появления паровых машин во второй половине XVIII века очень долго заводы называли мельницами. Даже в тех случаях, когда паровой двигатель работал на заводе, последний еще длительное время называли паровой мельницей.
Определяя задачи новой академии, Нартов указал, что она должна заниматься техническим развитием «всяких мельниц», то есть всех промышленных вододействующих установок. Большое значение он придавал сооружению механизмов для шлюзов на каналах. В соответствии с этими задачами он предусмотрел второй отдел академии, во главе которого должен был стоять специалист по механике — «механик всяких мельниц и слюзов».
Во главе следующего отдела должен был стоять гравер «всяких же разных дел» для руководства развитием техники печатания гравюр, планов, карт, что также имело большое значение для страны.
Наконец в соответствии с принятым тогда пониманием «художеств» Нартов предусмотрел еще два отдела для развития отраслей, украшающих жизнь народа. Во главе их должны были стоять «живописец всяких разных малярств» и «скульптер всяких же разных дел».
Обширен самый перечень специальностей, которые, по мысли Нартова, должны были развиваться в академии. Таких специальностей он назвал двадцать четыре. В «первый ранг» (из четырех) были включены мастера со специальностями, соответствующими названиям пяти упомянутых отделов («классов»).
Список специалистов, приложенный А. К. Нартовым к его проекту «Академии разных художеств».
Нартов предусмотрел развитие в академии приборостроительной и инструментальной техники. Здесь должны были работать специалисты по оптическим приборам, математическим инструментам. Как гуманист, он посчитал необходимым развитие в академии техники производства медицинских инструментов.
Большая группа специалистов должна была заниматься развитием техники изготовления инструментов для работ по металлу, техники плотничного и столярного дела, литейной техники, техники выполнения «оловянишных всяких дел», «медных мелких гарнитурных дел», «серебряных всяких дел». Знатоки своего дела должны были развивать технику производства замков, технику «обронных медных дел» (получение выпуклых изображений). Специалист по граверному делу был признан необходимым для развития техники изготовления штампов («шпентелей» — штемпелей). В связи с плотничным делом было особо намечено выполнение работ, связанных с сооружением шпилей. О значении в то время последних убедительно говорит по сей день шпиль собора в Петропавловской крепости, навсегда вписанный в архитектурный облик великого города на Неве.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
