У Старого Индюка (как и у Ливермора) не было жесткого правила, когда закрывать убыточную позицию, – они считали, что сроки зависят от того, как вы чувствуете ту или иную акцию и рынок. Предел терпения наступал при падении примерно на 10 %. Интересно, что и другие великие инвесторы-трейдеры первой половины прошлого столетия – Бернард Барух, Джеральд Лоэб, Рой Нойбергер – следовали правилу 10 %. Барух в книге «Моя история» (My Own Story) рассказывает о том, как он научился трудному способу ограничивать убытки, когда позиция оборачивалась против него. «Первые потери обычно наименьшие. Одна из худших ошибок, которую можно допустить в этот момент, – проигнорировать ситуацию и отказаться признать, что ваше суждение было неверным. Время от времени какие-то акции становятся особенно дороги их держателю. Чем больше такой акционер знает об акциях и рынке, тем более вероятно, что он будет уверен в своей способности перехитрить движение спроса и предложения. Эксперты могут делать такое, на что не решились бы даже глупцы. Никогда не скупайте акции при их падении».
Будучи необыкновенно одаренным и дисциплинированным трейдером, Ливермор был убежден, что рынок в долгосрочной перспективе почти всегда прав, и старался не обременять себя лишними знаниями о фундаментальных показателях. Соответственно, его мышление было более гибким, чем у большинства из нас – ведь мы слишком много раздумываем о своих вложениях. Великие инвесторы нашего времени, работающие с собственными средствами, следуют жестким правилам при падении цен – обычно рубежом становится отметка в 10 %. Некоторые отсчитывают 10 % от стоимости бумаги на начало года, другие – от какого-то момента внутри текущего периода. И если бумага дешевеет на 10 % по сравнению со своим максимумом, позиция автоматически закрывается. Мне такое ограничение кажется слишком жестким. Масштабный «бычий» рынок может пережить немало 10-процентных откатов, и если слишком натягивать вожжи, рискуешь «утратой своей позиции». Когда установлен подобный ориентир, над тобой будто постоянно висит дамоклов меч, от этого можно сойти с ума. О подобном случае рассказывается в «Воспоминаниях», где некто Элмер Харвуд дал Старому Индюку сработавшую наводку.
Тут до них добрался Элмер и, даже не извинившись перед Джоном Фаннингом, выпалил Индюку:
– Мистер Партридж, я только что продал свои акции CM. Мои люди сказали, что рынок готов к откату и что я скоро выкуплю их по дешевке. Так что лучше и вам сделать так же. То есть если они все еще у вас на руках <…>
– Да, мистер Харвуд, они все еще у меня. Разумеется! – с чувством признательности произнес Индюк. Элмер был так любезен, что не забыл про старика.
– Ну, а теперь время зафиксировать прибыль и вложиться опять при откате, – продолжил Элмер. Не видя признаков энтузиазма в лице облагодетельствованного им Индюка, он продолжил: – Я только что продал все до единой акции!..
Но мистер Партридж огорченно кивнул и жалобно произнес:
– Нет! Нет! Этого я сделать не могу!
– Почему? – выпалил Элмер.
– Я просто не могу так поступить! – был ответ. Мистер Партридж был в сильном волнении.
– Разве не я дал вам совет купить их? [Тот, кто дает советы, всегда считает, что теперь получает право на тело и душу облагодетельствованного.]
– Разумеется, вы, мистер Харвуд, и я очень признателен вам. На самом деле признателен, сэр. Но…
– Постойте-ка! Дайте мне сказать! А разве за десять дней эти акции не поднялись на семь пунктов? Разве нет?
– Поднялись, и я очень вам обязан, милый юноша. Но я не могу даже подумать о том, чтобы сейчас продать эти акции.
– Не можете даже подумать? – Похоже, что Элмер начал сомневаться в себе самом. Это обычная история. Как правило, любители давать непрошеные советы обожают их получать.
– Нет, не могу.
– Да почему же? – Элмер придвинулся к нему вплотную.
– Как, но это же рынок «быков»! – Индюк произнес это так, как будто он дал детальное и исчерпывающее объяснение.
– Это-то верно. – Элмер был разочарован и выглядел рассерженным. – Я знаю не хуже вашего, что сейчас рынок «быков». Но лучше бы вам сбросить эти свои акции и опять откупить их на откате. Вам это будет выгодно.
– Дорогой мой, – старина Партридж явно был сильно огорчен, – дорогой мой, если я сейчас продам эти акции, я потеряю позицию, и что же тогда мне делать?
Элмер Харвуд всплеснул руками, покачал головой и направился ко мне в поисках сочувствия.
– Ты смог бы его уговорить? – спросил он театральным шепотом. – Я тебя спрашиваю!
Я не ответил. Тогда он продолжил:
– Я дал ему наводку на CM. Он купил пятьсот акций. Он получил прибыли семь пунктов, и я советую ему сбросить их и купить опять на откате, который уже должен был начаться. И что же я слышу в ответ? Он говорит, что если продаст, то останется без работы! Что ты об этом думаешь?
– Прошу прощения, мистер Харвуд, я не говорил, что потеряю работу, – встрял Старый Индюк. – Я сказал, что потеряю позицию. Если бы вам было столько же, сколько мне, и вы прошли бы через такое же количество бумов и обвалов, как и я, вы бы знали, что никто на свете не может рисковать утратой позиции, даже Джон Рокфеллер. Я надеюсь, что откат наступит и что вы, сэр, сможете откупить свой пакет акций с немалой скидкой. Но я лично могу вести торговлю только с учетом собственного многолетнего опыта. Я дорого заплатил за него и не хотел бы повторить все это еще разок. Но я чувствую себя обязанным перед вами, как если бы эти деньги уже лежали в банке. Однако вы же понимаете, это рынок «быков». – И он важно выплыл из комнаты, оставив Элмера в крайнем изумлении.
Мне кажется, что в данной небольшой зарисовке кроется большая мудрость. На мой взгляд, текущие события (прежде всего новый раунд QE и продление сроков действия налоговых послаблений) означают, что нас ждет рефляция[48]. Возможно, эффект от всех этих действий будет чувствоваться лишь несколько месяцев, возможно, новая ситуация не выдержит испытания временем, но в настоящий момент царствует «бычий» рынок, который благоприятствует долгосрочным вложениям в акции, так что не закрывайте ваши позиции. И слушайте рынок.
2011 год
Выбирайте длинные позиции, но следите за сигналами рынка
2011 год только начинался. И я не догадывался о тех ужасах, которые меня ждали в этом году. Однако поначалу была возможность неплохо заработать.
3 января 2011 года
В это время года инвесторы обычно чрезвычайно увлечены прогнозами в отношении того, где окажется рынок через 12 месяцев. Но господин Рынок умен и не лишен садистских наклонностей. Иными словами, я понятия не имею, как будут обстоять дела к началу 2012-го. Однако же, как я полагаю, в следующие пару месяцев акции будут расти.
Вступая в 2011 год, я испытываю умеренную акрофобию[49]. С прошлого лета я неотступно следовал за растущим рынком, имея очень большую длинную позицию, которая существенно превосходила короткую. Рынок радовал нас усилением оттепели, что многих удивило. В США акции компаний высокой капитализации подорожали на 20 %, акции компаний малой капитализации – на 30 %. Схожая динамика наблюдалась также в Европе и на развивающихся рынках. Вопрос теперь заключается в том, не следует ли мне сократить долю длинных позиций в портфеле таким образом, чтобы их было только на 50 % или 60 % больше, чем коротких? А затем – залечь на какое-то время? Обдумывая этот вопрос, я обнаружил, что с так называемыми умными деньгами что-то происходит – те, кто ими управляет, похоже, испытывают неуверенность и в настоящее время существенно сокращают риски (или уже сделали это). Судя по сводкам прайм-брокеров, хедж-фонды активно закрывают и длинные, и короткие позиции. Особенно сильно это заметно в последние две-три недели.
Источник: Bloomberg
Рис. 2. Волатильное первое полугодие 2011-го, S&P 500
«Акции явно перекуплены, – заявляют мои коллеги. – “Быки” делают деньги, “медведи” делают деньги, но “свиньи” отправляются на бойню». «Медведи», которые не участвовали в быстром подъеме рынка, зализывают раны и не готовы вступить сейчас в дело, опасаясь возникновения «пилы». В начале 2011-го, по мнению моих коллег, мы будем двигаться по пути pain trade[50] для тех, кто следует консенсусу. Я же решил пока следовать за рынком, ожидая продолжения роста в первые месяцы года. Однако испытываю немалую нервозность.
Итак, мы осознали, что не намерены идти против тренда, и решили провести исследование текущих настроений. Мы сконструировали составной индекс настроений на базе более чем 20 индикаторов (на недельной основе), и, судя по нашим расчетам, настроения стали значительно более «бычьими». Но не чрезмерно «бычьими». Мы обнаружили, что пиковые уровни «медвежьих» настроений представляют собой очень ценные сигналы. Напротив, крайне высокие уровни «бычьих» настроений могут сохраняться длительное время без коррекции рынка. Кейнс был прав, говоря, что «рынок может оставаться иррациональным дольше, чем вы сможете оставаться платежеспособным».
