Её рука вновь самопроизвольно потянулась к бутылке.
— Прошу вас, не надо, — мягко произнёс он, положив свою руку на её ладонь. — Этим ничего не изменишь. Просто надо отпустить. Иначе никак.
Женщина вновь устало откинулась назад.
— Всё не так просто, как вы думаете. Этим они не ограничились. Да, был скандал, ругань. Всё так. Выпроводила я их быстро. Вышвырнула за дверь, так сказать. Собрала вещи мужа. Выгнала и его. А наутро придя на работу вдруг узнаю, что меня вызывает начальство по поводу моего вчерашнего преждевременного ухода. Писала объяснительную. Оказывается, эта сука меня ни у кого не отпрашивала. Выгнали по статье. Представляете? А лишившись работы, я автоматически лишилась служебной квартиры. Всё. Мужа нет. Маленький ребёнок на руках. Куда идти? Пока малой был в детском саду искала недорогое жильё в черте города. Вот полюбуйтесь в каких хоромах я оказалась в итоге. И всё это по милости Марии Сергеевны.
— Как по-вашему, зачем они это сделали?
— Я же говорю, больные они на всю голову. Игры у них такие, что ли. Не знаю. Только вот играли и доигрались, по ходу.
— Игры, говорите? — задумчиво произнёс Константин, вспоминая вчерашний разговор с Антоном и Викой. — Я бы хотел побеседовать с вашим мужем, если это возможно. Думаю, поговорив с ним, у меня появится более чёткая картина.
— Он уехал из города. Бросил всё и уехал. Я подала на развод, на алименты. По сей день не вижу ни того, ни другого.
Она всё же подорвалась с места и налила себе очередную порцию спиртного. Константин бессильно наблюдал за тем, как эта ещё не старая женщина с каждым глотком губила свою жизнь, подавшись сиюминутному порыву. Не справившись с горем, она продолжала себя жалеть, вместо того, чтобы попытаться встать на ноги и идти вперёд. Он не сомневался в том, что всего каких-то несколько месяцев назад у неё была совсем другая жизнь, наполненная смыслом семейного счастья. Как же был хрупок человеческий разум.
Женщина опустошёнными глазами смотрела на его дорогой костюм. Тщательно выбритое лицо излучало озабоченность. Ровная осанка говорило о нём многое. По всему было видно, что перед ней был уверенный в себе человек, ни в какое сравнение не шедший с её слабохарактерным мужем-беглецом. Нет, этот ни за что бы так не поступил. Этот ответственный.
— Сделайте мне одолжение, Константин. Разберитесь с этими негодяями. Я, конечно же, не знала этого вашего Доренко, но уверена, что парня взяли ни за что. Выведите эту ведьму на чистую воду. Может тогда я смогу, наконец, спать спокойно. Хотя вряд ли, — тут же отмахнулась она. — Спасите хотя бы его. Невиновные не должны сидеть в тюрьме.
— Спасибо за помощь, — поднимаясь с кресла, сказал он.
— Удачи вам, — слабо улыбнулась женщина.
— Не вешайте нос. Всё наладится.
— Скорей бы, — с грустью усмехнулась она.
Уже стоя на пороге дома, он услышал за спиной её последние слова:
— А представляете сколько таких семей как наша пострадали от рук этой парочки?
«Порченая квартира», — подумал про себя Константин, выходя на улицу.
Снова затрещал звонким лаем маленький собачонка, высунувшийся из будки при появлении незнакомого человека. Константин поспешил покинуть унылый двор, оставив дворнягу биться о натянутую цепь. На душе появился неприятный осадок, вызванный горьким рассказом женщины, чьи печальные глаза всё ещё стояли перед ним. Только спустя некоторое время он осознал, что история, услышанная им в стенах того дома, произвела на него весьма тягостное впечатление. Боль в её голосе эхом проносилась в ушах. Была семья — не стало семьи. Для кого-то это была просто игра, а для кого-то трагедия на всю жизнь.
Уже проезжая мимо многоэтажек, выросших сразу за частным сектором, он подумал о том, что сегодня вечером ему предстояло пойти на свидание с той женщиной, о которой с такой ненавистью говорила Алла. Её ослепительная красота манила, но чудовищная сущность чертовски устрашала. Не зря адвокат Бодиловский так отзывался о ней. А ведь старик с ней даже не знаком. Вот что значит чуйка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Внезапно в его голову пришла мысль, вызванная нахлынувшим порывом. Он остановился у ближайшего банкомата, торчавшего из стены какого-то муниципального здания. Не выходя из машины, Константин набрал Бодиловскому.
— Слушаю, — прозвучал хриплый голос адвоката.
— Привет. Возникли непредвиденные расходы, — решительно сказал мужчина.
— Что случилось?
— Некогда объяснять. Срочно перекинь на мою карту четыре тысячи.
Тот присвистнул.
— Решил обанкротить мою контору? — недовольно проворчал тот.
— Так надо, — отмахнулся Константин. — Жду.
Отключив телефон, он откинулся на спинку сиденья. Прождал несколько минут. Пялился в окно, наблюдая за проходящими мимо машины людьми. Включил музыку, надеясь таким образом ненадолго скоротать время. Наконец-то пришло смс о поступлении на счёт денежных средств. Довольно хлопнув в ладоши, он тут же покинул автомобиль и направился к банкомату. Сняв наличные, вернулся обратно. Порывшись в бардачке, нашёл пустой конверт, в который спрятал снятые деньги.
Спустя какое-то время он вновь припарковался у дома Аллы. Выходить не торопился. Чего-то ждал. Мимо него мелькнул женский силуэт в синем жилете. Присмотревшись понял, что это была почтальон, разносившая газеты и прочую корреспонденцию по покоробленным ячейкам. Как только она опустила белый бумажный лист в ячейку, принадлежавшую Алле, то сразу же пошла к следующему дому. Константин вспомнил какое сегодня число. Похоже, это были коммунальные счета. Примерно в это время их разносили по квартирам, а раз так, то сегодня она непременно заглянет в свой ящик.
Прихватив с собой конверт с деньгами, он вышел из машины и торопливо направился к почтовой ячейке. Опустив в неё конверт, поспешил вернуться назад. Ему не хотелось, чтобы она снова увидела его возле своего дома. И вроде бы он ничего ей не должен, но всё равно ощущал некую косвенную причастность к её судьбе. Кто знает, может эти деньги смогут ей чем-то помочь. Если это так, то значит не зря судьба свела его с ней.
За калиткой, почуяв появление незнакомца, дворняга вновь разразилась заразительным лаем, который в быстро подхватили собаки из соседних дворов. Как только хозяйка вновь появилась на улице, его машина уже успела скрыться за поворотом. Поругавшись на дворнягу, Алла слегка пошатываясь поплелась к калитке. Выйдя наружу, она первым делом проверила почту, ведь именно сегодня должны прийти счета за коммуналку. И это действительно было так. Однако рядом с белым листом лежал ещё и конверт без марок и каких-либо надписей. Она прямо на улице вскрыла конверт и с интересом заглянула внутрь. Увидев деньги, женщина настороженно посмотрела по сторонам.
— Вот сукин сын! — зло выругалась она. — Хоть бы на сына посмотрел. Полгода ребёнка не видел.
***
На душе у Константина приятно грело. Не то, чтобы он каждый день делал людям добро или занимался благотворительностью. Просто иногда он так поступал, когда чувствовал в этом необходимость. В этот раз он так проникся словами Аллы, что просто не мог поступить иначе. Вряд ли она когда-нибудь узнает кто именно протянул ей руку помощи в такой трудный в её жизни момент. Для него это было не важно. Важно лишь то, что сам для себя он оставался человеком, чьё человеческое достоинство было не пустым звуком.
И вот теперь перед ним появился очередной пазл, подброшенный этой женщиной. Снова всплыл разговор о некой игре, в которую были вовлечены взрослые люди с извращёнными наклонностями. Никто не давал гарантии того, что сегодня он не угодит в такую же ловушку, в которую некогда попала семья Аллы. Но что могла приготовить для него эта женщина, которую он изо всех сил старался соблазнить? А может это вовсе не он пытался завладеть ею, а наоборот, она всячески окутывала его сознание пеленой своих пленительных чар? Всё может быть. Чем дальше он углублялся в дебри человеческого сознания, тем больше удивлялся его страшным наклонностям.
