Глава 7
Алиса
По логике вещей мне нужно было возмутиться. Но я просто села на диване и как дурочка расхохоталась сквозь слезы. Георгий подкупал меня своей заботой, а смелостью будоражил. Я ловила его взгляд и думала, мужчина тоже будет смеяться. Но он только внимательно смотрел. Я тоже сделалась серьезной и наблюдала, как он подвигается ко мне ближе. И вот мое лицо вновь оказалось в теплых, чуть шершавых ладонях. Я снова не находила в себе сил сопротивляться, сегодня вдвойне. Моей щеки коснулись мужские губы. Отрывисто, жадно. Так дикие звери хватают вожделенную добычу, чтобы напитаться впрок.
Георгий приблизился к моим губам, накрыл их поцелуем. Я впустила его, коснулась языком его языка. Ощутила вкус, уже знакомый. Тот, что дарил нежность, удовольствие, защиту. Тот, что махом опустил переключатель в моем мозге. Я столько ругала себя, что не оттолкнула его тогда сразу. А сейчас утопала в нем, забывалась. Чувствовала лишь страх… что он прервется.
- Мама!
Из коридора послышался топот маленьких ножек. К нам вбежала Машка. Только в этот момент я резко отпрянула от Георгия.
- Она увидит, - пробормотала я.
Сама себе поражалась – меня волнует только это?! Меня целует мужчина, который пустил домой нас с дочкой. Который ухаживает за нами, как за родными. Тратит деньги. Как поступить, если он захочет благодарности? И что делать, когда я этого сама хочу?..
- Привыкнет.
Мои глаза, наверно, стали на пол лица от этой фразы. Удивительно, но мой новый знакомый смутился. Как будто реплика вылетела у него сама собой. Он тут же засуетился.
- Так, где мой телефон? Пожалуй, закажу нам ужин.
Маруська как хвостик бегала за дядей Жорой. Ей было интересно, что делает мужчина. А уж когда он обращал на нее внимание, восторгу дочки не было предела. Я наблюдала за ней, и в душе в очередной раз щемило – малышке не хватает отца. Почему я не родила ребенка от такого человека как Георгий? Он немного грубоват и порой прячется за маской цинизма. Но на него явно можно положиться. А еще больше меня скручивало от понимания, я начинаю к этому привыкать.
Когда еду привезли, и Георгий позвал меня к столу, я опомнилась.
- Наверное, нам лучше ужинать отдельно, ведь я могу заразить тебя!
Мужчина засмеялся.
- А, по-моему, это уже не страшно.
Я поняла, он намекает на поцелуй и покраснела как школьница. Впрочем, можно свалить румянец на температуру. Возможно, надо было поговорить с мужчиной о нас. Но как начать? Он обещал меня не трогать, а я продемонстрировала ему свой страх. И он не знает, сколько раз уже я в деталях вспоминала этот порыв. Каждое его прикосновение и ласку. Даже сквозь температуру я ощущала отголоски возбуждения. Так и не найдя слов, я приступила к ужину.
Вечер закончился спокойно, такими же были последующие дни. Машка уже практически выздоровела, доктор лишь советовал некоторые препараты, чтобы долечить симптомы, и чтоб болезнь не вернулась. Я тоже помаленьку приходила в себя и всё меньше чувствовала себя вареной. Георгий работал, а вечерами вроде бы выглядел вполне довольным.
Я понимала, нужно поднять тему нашего с Машей нахождения у него. Да что там, пора подыскивать варианты жилья. Еще от беременности у меня осталось несколько приятельниц, с которыми я поделилась бедой. Конечно, никто из девочек не мог взять нас к себе. Но одна подсказала мне адрес хорошего приюта. Там можно пожить с ребенком до полугода, а потом… А потом я надеялась подыскать Маше какой-то садик. Может, специалисты центра мне посодействуют?
Совесть и воспитание говорили – я поступаю правильно. Но все равно от одной мысли, что придется уйти из дома нашего дяди Жоры, мне становилось тоскливо. Да что там, просто траур в душе поселялся. Поэтому, наверно, я оттягивала момент. Но было и еще одно – сам Георгий.
Можно ли сказать, что я влюбилась? Возможно. Не было смысла врать самой себе – этот мужчина занял добрую часть моих мыслей. Он больше не прикасался ко мне, а я предательски ждала этого. Так же сильно, как ждала его с работы. Как хотела услышать его голос, увидеть улыбку. Ощутить запах его парфюма. Мы обменивались простыми репликами о быте, моем здоровье, Машке. Он немного рассказывал о работе. Но лучше таких разговоров для меня не было ничего. Вернее, могли бы стать его прикосновения. Но не бросаться же ему на шею? В конце концов он мог пожалеть.
Иногда, правда, я ловила его взгляды на себе. На фигуре, губах. Один раз я встретилась с ним глазам и тоже откровенно посмотрела на его губы. На секунду он завис, потом словно усмехнулся. Однако продолжения не последовало. Наверно, мне и правда стоило уйти. Тем более уже скоро выяснилось – Жору мы тоже заразили.
- Ты должен был пропить лекарство, - сокрушалась я, вынимая термометр, - вот, тридцать семь и восемь.
Георгий поморщился.
- Нормально.
Было заметно, он крепится. На самом деле мужчина выглядел вялым и несчастным. Как грустный мишка. И вызывал целый поток тепла.
- Теперь я буду тебя лечить, - я прищурилась.
- Звучит заманчиво, - он наконец улыбнулся.
Признаки болезни появились в пятницу вечером. До конца дня субботы я заставила мужчину пробыть в постели. Он дремал, немного читал книгу и смотрел телевизор. А я старалась побаловать его вкусностями. Сварила рассольник на курином бульоне, который он заказал. Сделала творожную запеканку с фруктами. Он вроде сопротивлялся, но я видела, что ему хочется домашней еды. Да и сама не получала еще такое удовольствие на кухне. Я думала, такие эмоции уже никогда себе не позволю. Они пугали возможной болью в будущем, но поделать с собой я ничего не могла.
Вечером в субботу я уложила Машку и снова занялась своим пациентом.
- Температура уже не поднимается выше тридцати семи и одного, - сделала я вывод, глядя на термометр, - но в понедельник все же съезди в больницу. А то нам врачей вызывал, а себе…
