Читаем без скачивания Оставайтесь на нашем канале - Владимир Кузьмин

Все собрались на крыльце школы, и тут появился припозднившийся Гранаткин. Ребята в двух словах обрисовали ему ситуацию.

— Чудненько, — задумчиво прокомментировал происшествие Серёга и направился прямиком к математичке.

— Здравствуйте, Лидия Константиновна! — жизнерадостно поприветствовал он завуча и тут же поинтересовался: — Я так понимаю: нулевого урока сегодня не будет. Так я домой пойду?

И, не дожидаясь ответа, развернулся и направился к выходу, бросив через плечо «До свидания!». То ли это проявление вежливости стало последней каплей, то ли ещё что, но именно после слов «До свидания!» математичка начала хватать воздух ртом так, будто оказалась в вакууме, встала со стула, потянулась руками вслед Гранаткину и почти сразу упала в обморок. Она как бы перекатилась с ног на спину, а потом завалилась на бок. Вот тут и понадобилась «Скорая помощь». Даже две. Танища кинулась к Лидии, и у неё случилась истерика. Принесли две пары носилок, положили на них педагогов и понесли в машины. Историчка не желала ложиться и ехала сидя. Под завучем носилки угрожающе прогибались. Гранаткин так и ушёл, не обернувшись.

Первой стартовала «скорая» с историчкой. А вторую всё никак не могли загрузить.

— Ну долго вы там возиться будете? — прокричал, высунув голову из кабины, водитель.

— Так тут у нас по габаритам превышение, — ответил, с натугой поднимая носилки, один из санитаров.

— По каким габаритам? — удивился водитель.

— По высоте.

— Вы чё? Стоя, что ли, пациента грузите? — ещё больше удивился водитель.

— А тут без разницы как грузить. Хоть стоя, хоть лежа, — честно ответили санитары.

Гимназисты, и Лёшка в их числе, не выдержали. Смех, понятное дело, в такой ситуации был не уместен, но удержаться не было никаких сил.

Занятий в гимназии не было аж два дня. Математичка пролежала в больнице неделю и ещё три дня дома. «8 Г» бездушно и бесстыдно радовался этому и отдыхал от переизбытка математики. Лёшка получил возможность перевести дух. Но ненадолго. До премьеры оставалось меньше двух недель, репетиции становились всё продолжительнее и стали проводиться в неустановленные дни и часы. А тут ещё его включили в состав сборной на командную встречу с фехтовальщиками из Казахстана.

В секцию фехтования Лёшка попал два года назад. Именно попал, потому что пришёл записываться на карате, но в тот день в зале занимались фехтовальщики. Лёшка посмотрел и попросился принять его. Через полгода он понял, что великого спортсмена из него не получится. Тренер Вадим Анатольевич, скорее всего, догадался об этом ещё раньше, но из этой секции никогда и никого не отчисляли, разве что за какой-то совсем уж гадкий проступок. А вот Лёшкиных приятелей, которые записались на карате и заплатили за полгода занятий, как только истёк срок, попросили вон как бесперспективных. Так что Лёшке было за что ценить своё спортивное пристанище. Тем более что ему здесь нравилось.

Лёшка иногда участвовал в соревнованиях, но не выше областного уровня. А тут, как всегда в декабре, намечалась товарищеская встреча по сабле со сборной Казахстана, а несколько самых лучших саблистов из их секции вынуждены были в это время соревноваться в Красноярске на региональном юниорском турнире. Вот Лёшке и предложили поучаствовать.

По давним правилам каждая команда состояла из десяти спортсменов: пять до пятнадцати лет и пять старше этого возраста. Соревнования шли по кругу, то есть каждый встречался с каждым из десяти спортсменов команды соперников. Какая команда набирала больше очков, та и становилась победителем. В конце двое лучших в каждой возрастной категории, независимо от того, в боях с кем — младшими или старшими, — они набрали очки, разыгрывали между собой финал для своего возраста. Выпадал очень редкий случай, когда совсем зелёный новичок мог сразиться с мастером спорта. Такую возможность упускать было нельзя, и Лёшка решил попросить разрешения пропустить репетицию.

— Что, никак нельзя? — расстроился Владимир Михайлович. — А после соревнований прийти не сможешь?

— Не получится. За день должно состояться сто боёв. Всё начнётся очень рано, а закончится поздно.

— Ну и ладно, — вдруг повеселел режиссёр. — У тебя роль, будем считать, готова. Я с остальными займусь. А ты не вздумай проигрывать!

Соревнования проводились по всем правилам международных турниров, даром что встреча была товарищеской и особого значения не имела. Зал был украшен государственными флагами, прозвучали торжественные речи, и были исполнены гимны. Во время церемонии открытия Лёшка рассмотрел своих соперников и пришёл в ужас. Казахи привезли в младшей группе совершеннейших малышей, на вид самому старшему лет десять, да ещё и ростом никто из них не вышел. Лёшка же был для своего возраста слишком высоким и по своему скромному опыту знал, что судьи станут «защищать» маленьких. Лёшка понимал, что его способностей могло хватить на победу только при абсолютно объективном судействе.

Первыми соперниками ему достались подряд все пять малышей.

Свой поединок он начал с прямого удара в маску противника, и тот его пропустил.

— Предупреждение за сильный удар, — объявил судья. — Технический укол спортсмену слева.

Лёшка от возмущения даже снял маску и спросил:

— Может, мне его вообще не трогать?

— Это ваши проблемы. Второй технический укол спортсмену слева за пререкания с арбитром.

В этом бою Лёшка сумел нанести шесть точных ударов и один укол и проиграл со счетом 5:3. Во втором и третьем поединках он пытался быть осторожным и не наносить сильных ударов, но от его «поглаживаний» даже электрофиксация не срабатывала. Четвёртый соперник оказался неожиданно опытным. Ему Лёшка проиграл в честной борьбе 4:5.

Лёшка плюхнулся на скамейку и уставился в пол.

— Что, Алексей-Алёшенька-сынок, опять продул? — спросил его кандидат в мастера спорта Антон Сухоруков.

Что отвечать, Лёшка не знал.

— Его засуживают, — заступилась вдруг за него сидевшая рядом Лена Кузнецова, его однофамилица и чемпион России в женской рапире. — Слушай, Кузя, ты сам не атакуй, жди чужой атаки. Принимай круговой защитой и отвечай только в руки. В руки они тебе любой удар засчитают, кроме по-настоящему грубых.

— Ну, Ленка, ты даёшь! — воскликнул Антон. — Чего ж раньше парню не подсказала?

— Да я только что подошла, — отмахнулась та. — Уяснил, Лёха? Тебя опять вызывают, попробуй, как я сказала.

Совет оказался действенным, и Лёшка наконец-то смог заработать первое зачётное очко. Но, по идее, оно должно было стать и последним, дальше начинались бои со старшими, среди которых было два перворазрядника, два кандидата и один мастер спорта. Играть в поддавки было не принято, так что шансов у него было ноль.

Первым из «старших» оказался двухметровый кмс да ещё левша в придачу. Лёшка сразу схлопотал такой удар, от которого захотелось взвыть, — сабля опустилась на плечо плашмя, упругий клинок изогнулся и хлестнул по спине. Но самое гадкое, что сделано это было намеренно. Получив второй такой же удар, Лёшка разозлился до полного одичания. Он рванул вперёд в безоглядную атаку. Его соперник от неожиданности стал отступать, разрывая дистанцию, и выбежал за пределы дорожки, за что получил «технический». Лёшка тут же дважды поймал соперника на контратаках, обнаглел и ещё раз «прогнал» обидчика за пределы дорожки. Пятый укол дался ему с трудом и наградил ещё двумя синяками на спине. Но он выиграл. Потом три раза подряд проиграл, но тем не менее настроение у него улучшилось. Оставался последний бой с самым грозным оппонентом.

Они вышли на дорожку, проверили электрофиксацию, отсалютовали друг другу оружием, надели маски, и тут Лёшка вдруг услышал, как в зале скандируют:

— Лёшка, вперёд! Лёшка, вперёд!

Он никогда не думал, что поддержка зрителей может придать столько сил. Их хватило на 4:4. После этого его противник снял маску, ободряюще улыбнулся и сказал:

— Молодец! Но теперь держись.

Всё-таки он был мастером. Кузнецов так и не успел закрыться защитой. Честно говоря, он даже не заметил эту суперстремительную флеш-атаку, или, по-русски, атаку «стрелой», и толком не почувствовал, куда именно ему пришёлся последний за сегодняшний день удар саблей. Руку своему победителю он пожал с огромным удовольствием.

И тут на Лёшку налетела целая толпа. В суматохе он не сразу сообразил, кто это. Оказалось, что Серёга подбил всю театральную труппу во главе с режиссёром пойти болеть за товарища.

— Просто праздник какой-то! — в смущении пробормотал Лёшка. — Спасибо.

Ждали-ждали премьеру, а подкралась она незаметно. Всю последнюю неделю репетировали ежедневно и прогоняли спектакль от начала до конца.

В день премьеры на автобусной остановке Гранаткин углядел афишу их спектакля «Тайна цвета апельсина», где был изображён он с Лёшкой и Ирка.