– Чего это тебя на нежности вдруг потянуло? – как бы между прочим спросила я, отсоединяя заклепки плаща.
– Хочется развеяться перед смертью, – демон завел глаза, устало выдохнув, – давай без лишних вопросов, это раздражает.
– Ясно... – быстро согласилась я, потому что разговаривать сейчас действительно не хотелось.
– И сядь мне на бедра, тебе же так удобнее будет, – тут же велел он, убрав волосы со лба.
– Ну... – я замялась было, но надо отдать демону должное.
Уметь приказывать одним взглядом, что все тело парализует даже. Я выполнила приказ, спрятав глаза под тенью новоприобретенной челки. Так действительно было удобнее, но и выглядело куда развратней. За моей спиной что-то тихо щелкнуло, и Халпас, улыбаясь, провел когтем по плечу, заставляя спуститься тонкую бретельку.
– Сними.
Я послушно скинула лифчик куда-то в сторону, возвращаясь к заклепками на плаще. Когда же они кончатся...
Черт, стыдно как-то...
– Не прикрывайся, солнце, – Халпас убрал мою руку с груди, хитро прищурившись.
Черный коготь легонько и будто бы случайно царапнул сосок. Я шумно втянула воздух, спрятав взгляд. Странное чувство...
Демон вновь коснулся моей груди, явно наслаждаясь реакцией. Кончиками пальцев он вычерчивал на коже узоры, вызывая мурашки, сжимал в ладони, щипал и выкручивал соски. Больно и одновременно приятно, но смутно, как-то отголосками...
– Халпас...
– Да, радость моя?
– Позволь мне сначала закончить.
Демон вздохнул и с очевидным сожалением убрал руку. Я опасливо покосилась на нее. Всегда боялась этих пальцев... Длинные черные ногти внушали какой-то неосознанный, животный, наверное, страх.
Наконец с заклепками плаща было покончено, и взгляду открылась простая ситцевая рубашка кое-где заляпанная кровью. Избавиться от нее было уже намного легче, хоть пальцы и тряслись от волнения так сильно, что даже Халпас заметил, но лишь улыбнулся.
На груди у демона был свежий шрам, а точнее ожог, в форме сложной пентаграммы с надписями и цифрами по лучам пятиконечной звезды.
– Что это?
– След от моей печати... Видишь? – черный коготь медленно очертил неровный контур.
Я только кивнула, закусив губу, но демон все еще чего-то ждал от меня. Рваный вздох. Какой же ты...
Я осторожно склонилась над ним, повинуясь странному желанию. Тихо вздохнула. Потрескавшиеся губы коснулись полосы шрама. Осторожный поцелуй, совсем не похожий на его, грубые и даже жестокие отчасти. Халпас выдохнул, откинув голову на подушку и зарываясь пальцами в мои волосы. Я осторожно обвела языком контур шрама, каждую букву, каждый завиток. Демон довольно заурчал, я тут же залилась краской, отстранившись.
– Кстати, милые трусики, – промурлыкал Халпас.
Холодные пальцы скользнули вниз по животу, угрожая пропороть кожу когтями, легли на тонкую ткань последнего предмета одежды, оставшегося на мне, немного приспустили. Я сдавленно сглотнула, чувствуя, как снова начинает заходится сердце.
– Все не то, – демон театрально надул губы, – совершенно не возбуждает...
Ах, вот как! У меня, знаешь ли, тоже мало желания с тобой в постель... Кстати, был где-то план на такой случай, что же я там делала в прошлый раз... Ах да...
Я ловко поймала свисавший с кровати хвост.
– Умничка, догадалась... – хрипло вздохнул Халпас, сжимая в руках покрывало.
Как здорово... Такой шершавый, а кисточка мягкая... Я медленно скользнула ладонью по темной шерсти от основания вверх. Демон выгнулся, закусив острым клыком губу. По подбородку скатилась маленькая алая капелька.
Неожиданно для самой себя, я оказалась перевёрнута на живот.
– Коленями обопрись о покрывало, – велел Халпас.
– Так неудобно, – проскулила я, уткнувшись носом в подушку и выполняя требование. А еще унизительно до мерзости.
– Кому как, – лукаво усмехнулся демон, и я почувствовала, как лопнула ткань на бедре.
– Халпас! Я просила тебя не рвать...
– Ах да... И правда... – рассеянно согласился он. – Расслабься.
М-м-м, легко сказать... Судя по всему, жалеть ты меня не будешь.
Лязг пряжки от ремня. Звук расстегивающейся молнии. Все тело дрожит. Хотя нет, уже не просто дрожит. Его трясет...
Халпас сжал мои бедра. Жарко. Душно. Дышать тяжело. Странное ощущение... Я замерла, чувствуя, как он медленно входит в меня, и неосознанно подалась навстречу. С губ сорвался судорожный всхлип. Демон усмехнулся. Резкий толчок. Боль.
Черт, думать надо, прежде чем так... Даже слезы сдержать невозможно... Я ведь подозревала, что больно будет, но чтоб настолько. Он ведь нарочно это сделал, мразь, Халпас. Зачем ты так? Все больше изнасилование напоминает. Даже мысли рвутся...
А демон мне и привыкнуть толком не дал, сразу же начав резкие болезненные толчки.
– Расслабься, кому сказано, – я тут же получила грубый шлепок по заду и поспешила выполнить приказание, всхлипнув от боли.
Но от этого действительно стало легче. Неприятные ощущения оставались, но с каждым толчком все в меньшей степени. Я комкала ткань дрожащими пальцами. Демон каждый раз входил почти до отказа, вырывая из груди хриплые и громкие до пошлости вздохи, заставляя пригибаться сильнее. От низа живота по всему телу расходились горячие волны. Черт, черт, черт, я тебе это припомню, Халпас, будь ты...
А еще через секунду тело сотрясла ослепляюще-сладкая судорога.
Часть 24
Наутро спина немного болела от непривычных поз, которые, как выяснилось, предпочитал избирать Халпас, когда предавался ночным утехам. Я крайне неохотно разлепила глаза, гонимая совестью, за то что посмела не ночевать дома, а вместо этого занималась как раз тем, чем заниматься мне родители до свадьбы строго настрого запретили. Так что надо было бы срочно придумать действенное оправдание и возвращаться.
Может, сказать демону, чтоб он мне нос разбил или, там, к примеру, руку вывернул, ну, он же большой мастер элегантного насилия. Вот и скажу потом, что получила сотрясение мозга и попала в больницу. А телефон?.. Ах да, я и не брала его с собой...
– Проснулась, солнышко? – послышался над ухом немного ехидный шепот демона, его губы слегка коснулись мочки, вынудив меня подавиться воздухом.
Я сделала вид, что закашлялась, а он – что не заметил. Какая идиллия у нас прямо...
– Мне домой надо бы... – неловко замялась я, со скрытым восхищением глядя, как его пепельные волосы рассыпались по подушке. Зла из-за вчерашнего я на Халпаса не держала, в конце концов осознав, что он просто не может по-другому.
Хочет, но не может. Да и потом, наслаждение он тоже умеет крайне умело доставлять.
– Да брось ты, – лениво протянул демон, – домо-ой... Зачем тебе туда надо?
Это, стало быть, он хочет сказать, что против того, чтоб я уходила.
– Халпас...
– Да?
– Было хорошо вчера. Спасибо... – сама и не знаю даже, за что поблагодарила. – Теперь ты мне скажешь, как я могу тебе помочь?
– Зачем тебе это? По душе вечное рабство? Мазохистка? – демон поднялся, принявшись не спеша одеваться.
– Я помочь тебе хочу. Скажи мне, – твердо.
Ну не отстану же просто так, пойми ты наконец. Халпас резко обернулся, почему-то очень серьезно глядя на меня.
– Печать мою сможешь достать? – серые глаза прищурились.
– Смогу, – быстро согласилась я, не вникая даже в подробности.
И даже неважно, как. К черту все условности.
– Только вот... – Халпас склонился ко мне, прижавшись своим лбом к моему. – Солнце... Ты совсем не знаешь, кого спасать собираешься. Я слишком изможден болезнью, поэтому кажусь довольно безобидным, по сути. А так... Я, конечно, сильно сомневаюсь, что у тебя все получится, но если и так выйдет, будь готова к тому, что спасла ты кого-то совсем другого. Понимаешь?
– Все равно, – я недоуменно взглянула на демона, – ты останешься тем же, хотя бы даже в глубине души.
– Что ж, быть может, в этом и есть доля правды, – задумчиво проговорил он, вновь начиная махинации с кальяном, – кто знает...
