В Бриме упор всегда делался на индивидуальные успехи студентов, их творческое и профессиональное развитие. Эйброн сильно в этой области отличался. Личные успехи курсантов были, несомненно, важны. Сильные стороны будущих солдат и офицеров старались учитывать и развивать. Но они почти ничего не значили без умения работать в команде. Это в той или иной степени касалось всех военных специальностей. Ошибка одного, могла стоить жизни взводу. Военные хорошо это знали. В моем случае ставки были не так высоки.
На Эйброне параллельно существовало две системы оценок курсантов. Индивидуальный зачет отражал личные успехи. Обычно это касалось исключительно теоретических предметов. И общий зачет курса. На него работали все члены группы. Каждый преподаватель мог начислять и отнимать баллы курса, в зависимости от командных успехов или провалов.
До третьего курса эта система носила в основном соревновательный характер и ни на что особо не влияла. Разве что медали на плацу было приятно получать. По крайней мере, именно такое впечатление у меня сложилось после изучения устава и свода правил. А вот с третьего курса общий балл влиял на допуск курсантов к тестам на специализации, где особенно сильно ценилась командная работа. Этот же бал влиял на распределение. Я еще не понимала, как этот механизм работает, но судя по тому, как ошарашенно группа смотрела на таблицу зачетов, было понятно, что манипуляция сработала.
– Что за дрянь? – Возмутился нараец.
Руки огромного курсанта затряслись. Белки глаз налились кровью, волосы, точнее, тонкие черные щупальца на голове, раздраженно поднялись и затанцевали как змеи. Все, что ты чувствуешь, когда на тебя смотрит взбешенный наранец, можно было назвать одним словом – ужас. Мне нужно было сохранить лицо и остаться сидеть на месте. Пальцы сами насщупали защитный браслет. Вроде мелочь, а дышать стало легче.
– Минус десять баллов от общего зачета за нарушение устава. – нараец сжал края стола, щупальца встали дыбом. – Минус пять баллов за сквернословие курсанта Маранга в моем кабинете.
Собственный голос поразил холодностью и безразличием. Видимо, это и заставило курсанта остаться на своем месте. Его раса не отличалась спокойным характером. И им было плевать, на кого нападать. Мужчина, женщина, ребенок. Обидчик всегда будет наказан. Пожалуй, единственные, кого они боялись- это их женщины.
– Ты не можешь снижать баллы общего зачета курсу, из-за одного курсанта. – Подал голос лидер группы.
Чтобы обратиться к преподавателю или оспорить его решение любой курсант должен был встать. Моя группа эти правила тоже демонстративно игнорировала. А Рад даже пытался угрожать, демонстрируя витые рога как теленок – подросток.
– Минус тридцать баллов курсант Рад, за нарушение субординации и десять, за незнание пункта восемь, главы тридцать положения об оценки курсантов. Кто-нибудь еще хочет высказаться? Или я могу начать?
В аудитории стояла гробовая тишина. Курсанты растерянно переглядывались. Пытались принять общее решение о дальнейшем поведении. Игра в гляделки давалась им с трудом. Я терпеливо ждала. Несколько солдат поправили воротники, и положили руки на стол, как первогодки в начальной школе. Когда все затихло, я одновременно обрадовалась первой победе и напряглась в ожидании следующего нападения. В том, что оно будет, сомневаться не приходилось.
– Для начала представлюсь. Нариэль Виннер Афи. Для вас ирака Афи или достопочтенная Афи.
– Но вы айоли!
Второй раунд не заставил себя долго ждать. На этот раз не выдержал зеленокожий агонеец. С удовольствием отметила, как замерла группа в ожидании оповещения о снятие баллов.
– Когда обращаются к преподавателю, нужно встать, – агонеец с грохотом поднялся. – Представьтесь, курсант.
– Сиям.
– Я вижу, курс смущает моя раса? – обвела глазами присутствующих. Все, включая рогатого Рада, опустили глаза. – Обоснуйте ваши опасения, курсант.
Зеленокожий растерялся. Его жабий рот приоткрылся, глаза забегали в поиске поддержки. На помощь пришел Рад.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Айоли не могут преподавать. Им запрещает закон. Женщины Айола предназначены только для гаремов. Я знаю ваши законы!
– Раз знаете, курсант, тогда назовите мне номер и пункт закона, который запрещал бы айоли трудовую деятельность, – микаранец растерялся. – Чтобы ускорить процесс, я разрешаю вам воспользоваться сетью. Всем вам.
Парадокс Айола с точки зрения современного мира заключался в том, что большинство ограничений, накладываемых на айоли, не были прописаны в законодательных актах. Нигде не было написано, что женщина не может работать, иметь собственную недвижимость, отказаться от брака. Но, после "Великой Эпидемии" был принят закон, в котором говорилось, что женщина полностью переходит под опеку мужчин.
Вот так, когда-то великие воительницы аголы попытались спасти свой народ. "Великая Эпидемия" унесла жизни почти всех мужчин. Чтобы раса не вымерла, они согласились на предложение первого князя Айола. Добровольно пустили фактических аккупантов на планету и подчинились им. Тринадцатая королева Аголы и пятнадцать ее кровниц, согласно летописям, первыми создали гарем князя Айола. Через несколько веков великие воительницы выродились. Аголы превратились в айоли. Планету переименовали. А все упоминания о предыдущих хозяевах Айола старательно стирали из памяти потомков. Да и какая память, когда главной задачей каждой айоли с самого рождения становится выживание.
– Итак, как успехи с поисками, курсанты? – Вернулась в реальный мир.
Присутствующие отложили пады и снова переглянулись. Даже курсант Рад отложил в сторону гаджет.
– Еще у кого-нибудь есть вопросы?
– Нет! – Хором ответил класс.
Напряжение в груди ослабло. Кажется, самый тяжелый этап этой лекции мы прошли.
Глава 12.
Шин
Сегодня у Шина был выходной. Он мог сколько угодно валяться в кровати и никуда не идти. В любой другой день лейтенант так бы и сделал. Но сегодня ему не терпелось проверить полученные знания на практике. Тем более, когда в яслях так удачно появилась полудохлая самка. Надежды ее выходить не было. Шин это знал и без лекций. Но еще он знал, что у зверей очень развит инстинкт выживания. Один из лекторов утверждал, что маленькие драконы, даже находясь на грани смерти, не примут помощь от постороннего. Гайнары фиксировали неоднократные случаи, когда молодняку помогают выжить старшие сородичи. В данном конкретном случае в роли спасителя пытался выступать Зэрдан. Но и он был не всесилен.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
