Богатейшие после Прихолмья медные рудники – у Вороньего Перевала и под горой Зеленчаковой. Вороний Перевал вот уж полвека как отошел Двенадцати Землям, Зеленчаковой владеют гномы.
Ювелир в столице, ведущий дела с гномами, – мастер Джозеф, дом в переулке Касперов Тупик. Служанка верна, старший подмастерье завистлив, трезвенник, работу знает, скоро выбьется в мастера. Младший подмастерье болтлив, неаккуратен, даровит.
Лучший в столице оружейник – мастер Мэтью Кривой, мастерская в оружейном ряду. Учился у гномов. С женой скандалит, с сыновьями дружен. Старший сын Эндрю работает с отцом как мастер-компаньон, невеста – дочь мастера Роя Луиза, свадьба намечена на осень. Младший сын Рик – неразговорчив, тугодум, трудолюбив. Работает на подхвате. Подмастерьев из посторонних не признают.
Мастер Рой, мастерская у городской стены под Восточными воротами, в лучших не ходит, но твердого мастерства. Вдов. В Луизе души не чает. Старшая дочь Бет замужем за булочником на улице Монастырский Сад. Вся семья набожна. Старший подмастерье Ники из родни – троюродный или четвероюродный племянник. Дело смыслит, весельчак, нравится девушкам. Младших двое, новички, мастеру в рот смотрят. Прежний подмастерье уехал с матерью в деревню, там работает у кузнеца, мастера Роя вспоминает с уважением.
Подходов к островитянам в столице нет. Рекомендуют Себасту Приморскую».
Донесение окончено, свернуто в рулончик, уложено в тайник в крышке дорожной чернильницы. Хвала Господу за прожитый день! Завтра королевский хронист отправится, по обыкновению, завтракать в «Акулий плавничок». Там, под разговоры о заморских новостях, он тихо обменяется чернильницами с уважаемым в Корварене купцом, из тех, что привозят товар регулярно и торгуют честно, обзаведясь постоянными компаньонами. Из записки в чернильнице купца он узнает, где на этот раз оставлена плата за предыдущее донесение и о чем еще желательно разузнать. Купец ведет дела честно, не только торговые дела, но и тайные. Королевскому хронисту выделили надежного курьера.
Что ж, королевский хронист того стоит! Хвала Господу, пославшему щедрых покупателей на тот товар, что может он предложить! Ибо глуп тот, кто складывает все яйца в одну корзину, и трижды глуп живущий надеждой на благодарность, служа единственному господину.
ЗАКЛЯТОЕ ВИНО
1. Смиренный Анже, послушник монастыря Софии Предстоящей, что в Корварене
Я смущен. Смущен и растерян, и сомнение гложет меня. Кем был королевский хронист? Чьим-то шпионом? Чьим? И почему? Из любви к деньгам, как показалось мне? Или я чего-то недопонял? Королевский хронист – немалая должность. Не весом или почестями, не близостью к владыкам немалая; иной вес и иной почет. Тот, кто сохранит для потомков деяния и славу живущих. Славу – или бесчестье. Стать королевским хронистом… Пожалуй, не за отменное владение пером король подбирает себе летописца! Верность, вот что нужно для соискателя. Собачья верность. Верность без собственного мнения. Королевскому хронисту ведом каждый час жизни короля и королевы, ведомы все тайны дворца, ведомо многое… и по праву! Хронисту за то и платят! И король Анри Лютый не разглядел, что тайны его королевства плывут в руки предателя?!
Я смущен. Мне кажется, я должен узнать больше. Это легко, ведь каждая страница хроник – новый день жизни хрониста. Что узнал бы я? Пустой вопрос! Отец Предстоятель запретил мне заниматься хронистом. Пресветлый не считает королевского летописца важной фигурой, «даже если летописец сей предает своего господина». Пресветлый поторопил меня и попенял за уклонение от главного. «Смутные Времена предсказаны были последствием замужества принцессы, так не случилось ли чего во время свадебной церемонии или после? Чего-то, начавшего оправдывать предсказание? Вот чем должен ты заняться, Анже!»
Замужество принцессы… пожалуй, Пресветлый прав. Брошка панночки Юлии, пора мне снова взять тебя в руки. А хроники… что ж, посмотрим. Я ведь долго еще буду читать их.
2. Благородная панночка Юлия, церемониальная подруга принцессы-невесты
Серебряная парча свадебного платья совсем не идет Марготе. Невеста так бледна, что кажется призраком, соткавшимся из полуденного света посреди празднично убранной часовни. Призрак, правда, опирается о руку мужчины, и это придает ему толику материальности. Мужчина строен и бородат, светлые волосы его в потоке света так блестят золотом и серебром, что обруч короны кажется тусклым и невнятным. Золотой обруч короны и алый с золотом плащ, больше ничего не выдает в женихе короля. Он одет просто, куда проще любого из таргальских вельмож: штаны и куртка из тонкой светлой замши, того покроя, какой любят путешествующие купцы и опытные офицеры. Конечно, замша такого качества не всякому офицеру по карману, но столичные щеголи все равно вовсю крутят носом, обсуждая жениха принцессы: и борода-то не фасонно стрижена, и пояс без единой драгоценности, а сапоги так и вовсе от конского пота порыжели! Одно слово, дикарь. На себя бы глянули в зеркало, чучела расфуфыренные! Юлия косится влево, на ряд придворных кавалеров. Да, король Андрий попросту потерялся бы в их блеске. Но ему, приходится признать, простота к лицу.
Свадебный канон идет к концу. Скоро молодые супруги отведают первого общего хлеба и разделят первую семейную чарку, и муж препояшет жену, самолично затянув узел на женском поясе. И Марго перестанет принадлежать этому дворцу и этой стране…
И прощальный пир будет короток: уже за полдень, а провести первую ночь супружества под отцовским кровом молодой жене не дозволяет обычай. Король Андрий увезет жену из дворца короля Анри за час до заката. Посольство Двенадцати Земель заночует в монастыре Софии Предстоящей. А наутро тронется в путь…
Юлия с поклоном передает жениху женский пояс, расшитый жемчугом цвета закатного солнца… какой острый взгляд у короля Андрия! Всего миг, но…что будет с нами, растерянно думает Юлия, сегодня решится наша судьба, и решит ее он, король Андрий… и куда деваться, если он откажет? Дочь опального пана и измученный жестокой немочью бывший гвардеец – пусть король не оставил их в нищете, но чем занять свою жизнь? Теперь, когда обоим им не место во дворце? Король Андрий не ответил Марготе прямым отказом, отложил решение до ночи… но стоит ли надеяться? Станет ли человек с такими глазами потакать жене, сосватанной ему политическим раскладом? Дочери врага?
– Принцессы Марготы нет боле, – возглашает аббат. – Поклонимся же Марготе, жене Андрия. Да забудет родной кров и да прилепится к мужу и станет с мужем одно.
Юлия первой склоняется перед подругой – так же, как та всего лишь три дня назад склонилась первой пред ней, ставшей все-таки женою Ожье…
