В феврале 1956 года Снегов был по личному указанию Н. С. Хрущева прямо из лагеря приглашен на XX съезд КПСС в качестве старого коммуниста, уцелевшего после сталинско-бериевских расправ. После съезда Снегов был досрочно освобожден и реабилитирован. В высших партийных документах хранилось письмо А. В. Снегова, адресованное А. И. Микояну и Н. С. Хрущеву, в котором говорилось о преступлениях Л. П. Берии.
Но до того, как это послание было написано и отправлено адресатам, Снегову пришлось столкнуться с деятельностью Берии на партийном поприще. Заняв с 1 ноября 1931 года пост второго секретаря Закавказского крайкома (исполнял обязанности до 17 октября 1932 года), Берия уже через две недели был назначен первым секретарем ЦК КП(б) Грузии. Им он оставался официально до того момента (31 августа 1938 года), как был переведен в Москву. 17 октября 1932 года Берия стал из второго секретаря Закавказского крайкома первым секретарем, при этом оставаясь и первым секретарем ЦК КП(б) Грузии, а в мае 1937 года стал заодно и руководителем Тбилисского горкома КП(б) Грузии, который возглавлял до своего перевода в Москву.
В самом начале своей партийной работы во главе Грузии Берия начал кадровые перестановки (уместней было их назвать чистками), причем, как пишет об этом в своих воспоминаниях А. С. Снегов, «появились новые первые секретари райкомов. Они до этого занимали посты начальников районных отделов НКВД. Мне кажется, это очень характерно. Не менее характерно, чем тот факт, что никто из тех, кто был вызван в Москву[19], не умер естественной смертью. Я один выжил после 18 лет в лагерях». Так Сталин руками Берии расправился со старой партийной элитой, со многими из которых он прежде был в приятельских отношениях. Но времена изменились, и вождю народов не нужны были те, кто когда-то считал его равным себе и не хотел стать кирпичиком в пирамиде величия товарища Сталина…
С другой стороны, сам Сталин, с его информированностью и инстинктом восточного правителя, знал о том, что многие местные коммунисты не доверяют Берии, считая его интриганом и карьеристом, который к тому же в годы Гражданской войны сотрудничал с вражеской (мусаватистской) разведкой.
Из письма Берии к Серго Орджоникидзе от 2 марта 1933 года:
«В Сухуме отдыхает Леван Гогоберидзе. По рассказам т. Лакоба и ряда других товарищей, т. Гогоберидзе распространяет обо мне и вообще о новом закавказском руководстве гнуснейшие вещи. В частности, о моей прошлой работе в мусаватистской контрразведке, утверждает, что партия об этом якобы не знала и не знает. Между тем Вам хорошо известно, что в мусаватистскую разведку я был послан партией и что вопрос этот разбирался в ЦК АКП(б) в 1920 году, в присутствии Вас, т. Стасовой, Каминского, Мирза Давуд Гусейнова, Нариманова, Саркиса, Рухулла Ахундова, Бунат-Заде и друг. (В 1925 г. я передал Вам официальную выписку о решении ЦК АКП(б) по этому вопросу, которым я был совершенно реабилитирован, т. к. факт моей работы в контрразведке с ведома партии был подтвержден заявлениями тт. Мирза Давуд Гусейнова, Касум Измайлова и др.). Тов. Датико, который передаст Вам это письмо, расскажет подробности.
Ваш Лаврентий Берия.
2/III 33 г.».
Среди доверенных лиц Берии был Мир Джафар Багиров, биография которого до сих пор полна темных пятен. С А. И. Микояном и Л. П. Берией Багиров познакомился в 1918 году, когда стал принимать активное участие в революционной деятельности, проводимой большевиками на Кавказе.
Историк Йорг Баберовский[20] отмечает, что Берия и Багиров в 20 — 30-х годах были лучшими друзьями и поэтому в партийной организации Закавказской федерации их называли «сиамскими близнецами». Кроме того, существует еще одна гипотеза, связывающая Багирова и Берию, — меньше чем через два месяца после ареста Берии, 19 августа 1953 года, ЦРУ предоставило руководству Америки справку на Багирова, снятого после ареста Берии с поста председателя Совета министров Азербайджанской ССР. В тексте этой справки приводилась информация о том, что, находясь в подполье, Берия женился на сестре Багирова. Но других подтверждений этому факту так не найдено.
Багиров много лет проработал в руководстве ЧК — ГПУ, но не раз подвергался взысканиям и другим наказаниям, в том числе за взяточничество и избиение арестованных во время работы. В феврале 1921 года Багиров стал председателем ЧК Азербайджанской ССР, затем он был назначен председателем ГПУ Азербайджанской ССР, одновременно занимая пост наркома внутренних дел Азербайджана и заместителя Председателя СНК Азербайджанской ССР. 15 декабря 1933 года Багирова избрали первым секретарем ЦК КП Азербайджанской ССР. Этот высокий пост он занял при участии Берии и при одобрении Сталина. Так, доктор исторических наук, профессор Бакинского государственного университета Эльдар Исмаилов[21] приводит воспоминания бывшего секретаря ЦК компартии Мира Гасана Сеидова: «Как рассказывал сам Багиров на заседании Политбюро, на котором обсуждалась его кандидатура, шел острый спор. Пара членов Политбюро упорно выступали против его кандидатуры. Причем ни один из выступавших против его кандидатуры не называл другой кандидатуры из азербайджанских кадров… Видимо, кто-то из них вынашивал идею снова направить сюда своего человека из Центра. Однако Сталин настоял на своем… Давая ему напутствия во время приема после заседания Политбюро, Сталин… сказал: «Азербайджаном должны править азербайджанцы. Это, кроме всего остального, имеет большое значение в плане международной политики партии. Не зря Ленин говорил, что Азербайджан является форпостом на Востоке, это ворота на Восток».
Из письма Берии к Серго Орджоникидзе:
«Два слова о Папулии. Говорил с ним несколько раз, даже людей посылал к нему повлиять на него. Предлагал ему самостоятельную работу наркома легкой промышленности, наркома труда, Закжелдорстроя (строительство Черноморки, Джульфинки и пр.).
Может быть, правда, с ним несколько угловато вышло, но так уж случилось. Уговаривал его долго, но ничего не помогало: отказывался от всякой работы, дулся, ругался и грозил объявить голодовку.
Сегодня говорил с ним снова, договорился с жел (езной) дорогой (т. Розенцвейгом), и Папулия согласился работать нач (альником) отдела контроля и исполнения Зак (авказских) жел (езных) дорог.
Думаю, что вопрос этим самым исчерпан.
Ваш Лаврентий Берия.
2 марта 1933 года».
Сталин в то время отзывался о нем так: «Берия производит хорошее впечатление. Хороший организатор, деловой, способный работник. Присматриваясь к закавказским делам, все больше убеждаюсь, что в деле подбора людей Серго — неисправимый головотяп. Серго отстаивал кандидатуру Мамулия на посту секретаря ЦК Грузии, но теперь очевидно (даже для слепых), что Мамулия не стоит левой ноги Берии».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
