хоромам во дворах держать кади с водою и вениками. Посадским и всяким людям никаких обид и притеснений ради корысти не делать; служилых и посадских и всяких жилецких людей от проезжих, от всяких людей оберегать, чтобы обид и продаж и никаких налог ни от кого не было; проезжих и всяких в Ладоге не задерживать».
Место воеводы считалось почетным и выгодным. Вот как пишет об этой должности известный историк Соловьев: «Бояре, окольничие, думные дворяне и дьяки засели по Приказам; но много еще остается служилых людей не так знатных, которым нет места в Приказах, а покормиться надобно; бьют челом в воеводы покормиться — челобитная исполнена. Рад дворянин собираться в город на воеводство — и честь большая, и корм сытный. Радуется жена: ей тоже будут приносы; радуются дети и племянники: после батюшки и матушки, дядюшки и тетушки земский староста на праздниках зайдет и к ним с поклоном; радуется вся дворня, ключники, подклетные, будут сыты. Прыгают малые ребята — и их не забудут. Все поднимается, едет на верную добычу».
Все едут на верную добычу и получат ее, и всем будет хорошо; только местный житель почесывает затылок, потому что знает, что будут обдирать его, как липку. Конечно, воеводы в Ладоге не были исключением. На притеснения и вымогательства указывает, например, грамота из Приказа Большого Дворца воеводе Неплюеву (1687 г.): «Ныне ты для своей бездельной корысти и многих взятков, того Ивановского монастыря в вотчину посылаешь стрельцов и пушкарей, и крестьян и бобылей волочишь и убыточишь напрасно и от того твоего разорения крестьяне и бобыли бредут врознь». Даже в самых наказах ладожских воевод предупреждают: «Ладожским служилым и посадским и уездным и проезжим всяким людям, для своей корысти обид и иных никаких налог не делать и напрасно на них не наметываться», под угрозой быть за то в великой опале.
В Ладоге, как и во всей Новгородской области, кроме некоторых южных частей, никогда не процветало земледелие. Мшистая, большею частью болотистая почва, всегда была мало плодородна и не могла прокормить население. Кроме того, самое положение Ладоги вблизи реки и озера давало ей в руки другие, более выгодные промыслы. Давали также свою долю добычи и близлежащие обширные леса. Меха пушных зверей, как куниц, бобров, лисиц и соболей, всегда были ценным товаром, также был большой спрос на мед и воск. Звероловство и «бортничество» издавна процветало у всех жителей северных областей. Пчеловодство называлось в прежние времена бортничеством потому, что пользовались обыкновенно медом диких пчел, доставая его из «бортей» — дупел деревьев, естественных или выдолбленных искусственно. Что касается рыбы, то вообще ее водилось в тогдашних реках и озерах множество. Например, в житии св. Антония Римлянина передается, что рыбаки по его совету «ввергоша мрежи своя в Волхов и извлекоша на брег множество великих рыб, едва не проторжеся мрежа». В летописи под 1353 годом значится, что «новгородские людие рыбы руками имаше у брега сколько кому надобе». А в летописи от 1270 года указывается прямо, что Ладога поставляла мед и рыбу для стола княжеского — «а в Ладогу княже слати осетринника и медовара по грамоте отца своего».
Рыболовство и в настоящее время, конечно, является одним из главных промыслов жителей побережья Волхова и Ладожского озера. Особенно много привозят оттуда сигов, и самыми вкусными считаются пойманные на порогах. Рыбаки бродят по порогам в особых кожаных одеждах и ловят сигов небольшими сачками среди самой стремнины.
Из ремесел в северных областях особенно были в ходу в древности плотничество и гончарное ремесло. Сделанные в этих местностях лодки привозились на продажу в Киев. Но вообще ремесла, как добывающий род промышленности, развились, конечно, только со временем. Сначала, когда люди были еще на низкой степени развития, делалось все чрезвычайно просто, грубо и только для своего обихода. Без сомнения, разные грубые ткани, для обыкновенной одежды, выделывались дома так же, как и необходимая глиняная и деревянная посуда. Опять-таки Ладога, благодаря своему положению на торговом пути, вероятно раньше утратила этот грубый образ жизни. Уже в глубокой древности по великому торговому пути «из Варяг в Греки» в Ладогу приезжали всякие иноземные люди и обменивались с ладожанами своими товарами. Весьма возможно, что, по положению своему у Ладожского озера, Ладога была торговым пунктом раньше Новгорода. В курганах-могилах около Ладоги находили восточные монеты от VI века, следовательно, ладожане вели торговлю с восточными народами уже в это время. Затем начала развиваться торговля Новгорода с немецкими городами, и в ней Ладога также принимала участие. В XIII веке в ней так же, как и в Новгороде, имеется немецкий гостиный двор и торговые конторы. Ладога упоминается в торговых договорах этого времени. Так, например, в одном договоре Новгорода с немецкими купцами запрещается им застраивать улицу в Ладоге: «От церкви Св. Николая до гостиного двора по самой улице не должно застраивать никакого места». Из этого видно, что иностранные купцы даже жили в Ладоге.
В XVI веке писцовые ладожские книги указывают на две ежегодные ярмарки: «В Ладоге же на посаде анбары, а торгуют в них в год по два праздника: на Успение Пречистой Богородицы, да на Рождество Пречистой Богородицы приезжие посадские люди».
С давних пор развивался в Ладоге и еще один вид промышленных занятий. Верстах в десяти от нее начинаются на Волхове пороги, состоящие из известковых плит и простирающиеся на восемь с половиной верст. Ладожане издревле были хорошо знакомы с этими порогами и умели провозить через них товары в легких лодках. Мало-помалу среди жителей образовался особый класс искусных и опытных лоцманов, которые провозили обыкновенно иностранные и русские товары через пороги. В тех же письменных торговых договорах XIII века встречаются, между прочим, постановления, касающиеся порядка плавания по торговому пути через Неву, Ладожское озеро и Волхов. Имеются известия, что лоцманы в Ладоге были организованы в особые артели со старостами во главе каждой.
После падения Новгорода значение его как торгового города упало, что отразилось и на торговле Ладоги. Открытие пути в Россию через Белое море и основание Архангельска в XVI веке еще более сократило торговое движение по Волхову мимо Ладоги. Спрос на лоцманов тоже понизился. Состав населения начинает в это время меняться, торговых людей делается меньше, Ладога начинает терять свое значение и беднеть. К этому присоединяются разные бедствия и непомерные поборы властей, о которых мы говорили.
В древности вообще все русское население распадалось на свободных и холопов. Сословия же начали образовываться только после усиления московского княжества.
