- Ты мне уже говорил, а я так и не понял, что же у вас там конкретно произошло?
- Спонтанное, никем не предвиденное изменение орбиты и последовавшее за ним сближение с желтым солнцем. Мне тогда было всего только семь лет. Но я хорошо запомнил начавшийся тогда пожар. Горели вековые леса, было очень жарко, дым застилал все кругом и пропитал своим запахом весь воздух. А над всем этим висел безжалостный и постоянно растущий диск солнца, мне тогда было очень страшно... Природный катаклизм, тут ничего не поделаешь. У вас же на Лате катаклизм создали вы сами.
Ог сначала молчал, а потом спросил:
- Значит, твоей родины тоже больше уже не существует?
- Больше нет того Дивера, каким я его знал в детстве, и наверно никогда уже не будет. Но моя родина по-прежнему есть, потому что хоть что-то от нее осталось, и потому что я помню ее. И еще осталась Земля, там родина моих родителей, значит и моя родина тоже... Погоди, ты сказал "тоже", значит, твой город разрушен?
- Две боеголовки по полторы мегатонны каждая, единственное, что я об этом знаю. И я даже не знаю, уцелели ли мои родные... От таких взрывов может не спасти и убежище.
- Кто у тебя там оставался?
- Отец, мать, братишка и сестренка. Брату двенадцать, а сестре только шесть лет.
- Понимаю тебя... Когда вернемся на Лату, могу доставить тебя туда, если ты этого захочешь.
- Я на службе, - мрачно сказал Ог и словно бы отрезал.
К тому времени мы уже подошли к куполам Зулианской базы. Вблизи они показались мне еще более маленькими и примитивными, человечество Латы еще не закрепилось прочно на спутнике своей планеты.
- Похоже, что здесь нас никто и не ждет, - сказал я, остановившись перед ближайшим куполом, - я же почему-то не догадался воспользоваться Рэем и установить с ними связь.
- К чему все эти тонкости, - немного резковато сказал Ог, - шлюз в соседнем куполе.
Мы не торопясь, подошли к шлюзу, и Ог сделал наверно самое простое в этой ситуации, он просто постучался во входной люк, так, как наверно стучат во входную дверь, когда приходят к кому-то в гости. С улыбкой представляю, какую реакцию это могло произвести на местных космонавтов. Но сначала никакой ответной реакции на это просто-напросто вообще не последовало. Но после того как Ог повторил свой стук более долго и настойчиво, зажглись установленные по бокам от входа яркие лампы, и зашевелилась установленная над ним телекамера. Ог сделал в ее сторону несколько быстрых и не вполне понятных мне жестов. И почти сразу же после этого крышка люка дрогнула и приоткрылась, и Ог легко распахнул ее наружу:
- Войдем, капитан, - сказал он, повернувшись ко мне, и слабо улыбаясь, - операция "Ангел неба" уже близка к своему концу.
Глава вторая: "Город стреляющих стен"
Обитатели базы на Зуле приняли нас довольно хорошо. Они совершенно не ожидали нас и уже успели в своих мыслях не раз распрощаться с надеждой на жизнь и возвращение на Лату. Но все-таки, наше появление не вызвало у них особой радости, они прекрасно представляли, что их ждет на родной планете и не строили в отношении этого никаких иллюзий. Они попросили у меня немного времени, чтобы привести на базе все в порядок и отключить все системы. Объяснили они все это тем, что если когданибудь люди Латы снова сюда вернутся, то могут ею воспользоваться, а не найти здесь следы поспешного бегства. Время в запасе у нас было, и я выделил на это пятнадцать частей, три четверти латянского часа. Им этого времени хватило, тем более что Ог сразу же вызвался им помогать. И еще они написали письмо.
- Капитан, - немного неуверенно позвал меня Ог, - если хотите, оставьте здесь свою подпись.
- Что это?
- Письмо. Прочитайте.
"Тем, кто придет сюда после нас:
Мы покидаем первую базу людей Латы на Зуле. Покидаем не потому, что подвела техника или подвели мы сами. Здесь все было в порядке до самого последнего часа. Но произошло самое страшное, что только можно представить, началась большая война и наша родина в пожаре. Мы должны быть там и поэтому мы уходим отсюда. Но мы все-таки надеемся, что вы придете сюда и придете скоро.
Шестнадцатого числа четырнадцатого месяца пятого года первого кува семнадцатого ску первого эза от основания Гэзда".
Снизу же были подписи: двое лейтенантов с базы и Ог. Я немного помедлил, взял фломастер и размашисто написал: "Капитан Викерит Рельись". Подпись получилась довольно неровная, так как я еще недостаточно овладел письмом Латы. Едва я это сделал, как услышал у себя за спиной:
- Мы готовы к отбытию, капитан, ведите нас.
Как оказалось, мы с Огом были способны передвигаться по поверхности значительно быстрее, чем заключенные в тяжеловесные и громоздкие скафандры космонавты. И нам пришлось невольно замедлить шаг. В небе Зулы, почти прямо над нами нависал весьма крупный диск Латы. И сейчас он не был таким голубым, каким я его увидел в первый раз. Сейчас на нем значительное место занял грязно-серый цвет, цвет занявших высоту радиоактивных облаков. Внезапно я заметил, что на самом лимбе темного, ночного полушария полыхнуло несколько довольно ярких вспышек.
- Ты видел? - тут же спросил у меня Ог, который, как оказалось тоже смотрел в это время на Лату.
- Похоже на взрывы в атмосфере. Пять взрывов малой мощности и один посолиднее.
- Это в районе космодрома.
- Вполне вероятно.
Обратный путь к Лате занял значительно меньше времени. Лететь на гравитационных моторах без риска от менее массивного тела к более массивному можно быстрее, чем наоборот. Гравидвигатели работали просто превосходно. А маневр торможения перед самой границей атмосферы произвел впечатление даже на меня, выполнявшего его. Потому что я все-таки считал себя пилотом-ракетчиком, а специальность пилота гравитационщика была такой же экспериментальной, как и сам катер. Южнее космодрома расплывалась в уже начинающем светлеть небе совсем "свежая", сверкающая молниями, туча, образованная водородным взрывом, произведенным на не столь большой высоте, как мне показалось с Зулы. От этого взрыв мог пострадать и сам космодром. Поверхность все так же покрывала весьма плотная дымка. По мере того, как катер приближался к космодрому, у меня усиливалось тревожное предчувствие, но внизу была полная тишина. На запрос с катера выдали ответ только три из четырех модулей маяка, да и те оказались в нерабочем положении. Но, тем не менее, я решил посадить катер на прежнее место, то, которое указывал маяк. Я выдвинул на полную длину посадочные опоры и начал медленно опускать катер. Но, только оказавшись на поверхности, я понял, что опустился не на вторую стартовую площадку, а в совершенно другое место, совсем рядом с постройками космодрома. Постройки оказались частично разрушенными, но площадка под катером, как показывали датчики на опорах, была довольно надежной. Вскоре снаружи показались люди, среди которых я узнал командира охранников. У всех людей было оружие, и они держали его наготове, тревожно озираясь по сторонам. Очевидно обстановка тут была весьма тревожная.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
