Читаем без скачивания По следам гениального грабителя - Евгений Сухов

— Настырный ты, однако, парень, — покачал головой Афанасьев. — Ведь ночь же была. Другой на твоем месте подходить бы к ним побоялся. А вдруг у них стволы! Шмальнут из пистолета между глаз, а потом выкинут куда-нибудь в болото! И поминай как звали! Никто никогда не найдет! Ты в Приморье тоже так лес охранял?

— А разве можно по-другому? — искренне удивился Оленин. — Там ведь браконьеры не чета здешним. Они за тиграми охотятся, а я за ними. И неизвестно, кто среди нас троих в живых останется. Так что закалка у меня будь здоров!

— Верю, — отмахнулся Дмитрий и, вздохнув, зашагал к чернеющим среди зеленой травы головешкам. — А что это за коробки здесь валяются? — поднял он небольшую красную коробочку, оклеенную бархатом. — Странно все это, — щелкнув золочеными замками, открыл. — А сам ты что об этом думаешь? — прищурившись, спросил капитан.

— Какие-то ювелирные украшения в них были, — высунувшись из-за плеча, подсказал Оленин. — Браслет, наверное, даже след от него остался.

— Верно… А что еще думаешь?

Оленин лишь неопределенно пожал плечами:

— Думать ты должен! Ты же сыщик! Мне бы этих негодяев увидеть, что в мусорную свалку лес превратили, а ты их уже потом к ответственности привлеки! — все более горячился Герасим.

— А это еще что за хренотень, — поднял капитан холщовый мешочек защитного цвета. — Как он здесь оказался?

На холщовом мешочке была сургучовая печать банка «Заречье». Капитан Афанасьев на секунду оцепенел. Прямо под ногами лежал пакет из плотной желтой бумаги. Подняв его, он даже не удивился, когда увидел большую круглую банковскую печать.

Видно, его лицо сильно изменилось, потому что Герасим обеспокоенно спросил:

— Что-то не так?

— Все так, — ответил Дмитрий севшим голосом, поднимая следующий холщовый мешочек, углы которого были подпорчены огнем. Сургуч сорван, но на самом материале отчетливо различалась слегка расплывающаяся печать банка «Заречье». — Все как надо! Ты даже представить не можешь, что это такое.

Подняв лист бумаги, лежавший в траве, капитан увидел, что это копия договора, какой обычно предлагают заполнить на право владения банковской ячейкой, а в левом верхнем углу были вбиты реквизиты банка «Заречье». Афанасьев невольно сглотнул. Эта была удача, о которой можно только мечтать. Вся полиция Москвы поднята по тревоге — разыскивает злоумышленников, ограбивших банк, а они каких-то несколько часов назад в этом лесу сжигали холщовые мешки, что вынесли из банка.

— О чем ты? — спросил Оленин, не понимая. — Что это?

— Твои ночные гости — те самые грабители, что взломали вчера банк «Заречье». У меня на столе сводка лежит… Только одних алмазов они выгребли на три миллиарда долларов.

— Я о них слышал…. И что теперь?

— Вижу, что ты и не рад новости. Не беспокойся, — хлопнул Афанасьев по плечу приятеля, — ты свое дело сделал. Дальше уже моя работа. Нужно будет доложить по инстанции. — И, покачав головой, продолжил с улыбкой: — Представляю, какой здесь начнется переполох. Все-таки три миллиарда долларов!

Глава 5

Действуй смелее, мы поохраняем!

Уже четвертый час Афанасий Жилинский просматривал записи видеокамер, пытаясь зацепиться хотя бы за что-нибудь. Однако видеокамеры фиксировали одну и ту же безрадостную картину: крыльцо с освещенными окнами на первом этаже; колыхающиеся кроны деревьев, отбрасывающие густые тени на тротуары, и стены самого банка, выложенные светло-серыми гранитными плитками. А ведь именно в это время грабители прошли через яблоневый сад и, взобравшись на второй этаж, высадили стекла в холле. Еще через несколько минут они должны будут подойти к лифту и спуститься в хранилище.

Жилинский включил записи с видеокамер, установленных на втором этаже. Здесь тоже была полнейшая безмятежность: ни вспышек карманных фонариков, ни фигур, крадущихся в полумраке. Ровным счетом ничего, что могло бы нарушить безмятежность банка.

Ясно одно: в группе грабителей был талантливый электронщик, который сумел внедриться в защитную систему банка и перепрограммировать внешние видеокамеры, выставив пустой коридор в качестве заставки. Приходится иметь дело с весьма редкой породой преступников: дерзкие, наглые, самоуверенные, нацеленные исключительно на успех, а самое скверное, при этом — невероятно талантливые в своем ремесле. Глупо было бы полагать, что, взломав десять степеней защиты, они допустят оплошность, которая может стоить им свободы.

Жилинский вставил следующий диск.

Это уже хранилище. Все видеокамеры, а их не менее полусотни, работают в режиме суточного слежения. Даже мышь, проскочившая по полу, будет зафиксирована, сложность заключается в том, что ночью внутри банка свет отключался, и остается надеяться, что преступники допустят ошибку и покажут свои лица.

Ожидания оправдались. Дверь лифта открылась, пустив дорожку света в коридор хранилища, и Жилинский увидел двух человек в полиэтиленовых накидках: теперь понятно, почему не сработали датчики тепла — они просто экранировали сигналы. Афанасий остановил кадр, пытаясь под полупрозрачной пленкой рассмотреть хотя бы контуры одежды преступников. Однако плотный полиэтилен скрывал фигуры, и можно было лишь с уверенностью утверждать, что первый, вышедший из лифта, был немного пошире в плечах, а второй — худощавый и высокий.

«Хорошо, посмотрим дальше», — ткнул Жилинский клавишу.

Двери лифта закрылись, и помещение погрузилось в абсолютную темноту. Теперь уже ничего не разобрать. Невозможно даже понять, каким образом они вскрыли дверь, подобрали кодовый замок и вошли в хранилище. Афанасий прокрутил запись вперед до того самого момента, пока вновь не открылся лифт, осветив двух людей, держащих в руках объемные сумки. Свет, упавший из кабинки лифта на стены и пол, осветил распахнутую решетку и магнитные пластины, лежавшие в стороне. Грабители вели себя совершенно спокойно: ни суеты, ни какой бы то ни было нервозности в движениях, парни были настоящими профессионалами. Даже приостановились перед раздвинутыми дверьми и перебросились несколькими фразами, как если бы действо происходило не в хранилище банка, а в каком-нибудь супермаркете.

Сумки в руках объемные, вместительные, рассчитанные на большой куш, с такими обычно отправляются в дальнее путешествие. Судя по тому, что легкость в их движениях исчезла, можно было предположить, что поклажа не только объемная, но и тяжелая. Хотя, конечно же, странность в этом деле имеется: банкиры утверждают, что из хранилища было вынесено алмазов на три миллиарда долларов. Но вряд ли они весят столько, что двое крепких мужчин будут буквально сгибаться под такой тяжестью. А может, вместе с алмазами они прихватили еще и золотишко? Тогда вполне понятно, почему их фигуры сгорблены.

Лифт закрылся. В следующих кадрах Жилинский должен был увидеть, как грабители выходят из кабинки лифта и проходят на балкон, груженные объемной поклажей. Однако ничего подобного не произошло. Видеокамеры фиксировали лишь неподвижные закрытые двери лифта.

На столе заколотился поставленный на вибрацию мобильный телефон. Глянув на экран, Афанасий увидел, что звонил начальник отдела Темушкин. Надавив на кнопку включения, Жилинский энергично проговорил:

— Слушаю.

— Вот что, Афанасий, — в своей обычной манере, не размениваясь на любезности, заговорил начальник отдела. — Поезжай сейчас на трассу У-17, на сто пятидесятом километре обнаружились следы ограбления банка «Заречье».

— Вот как? — удивленно протянул Жилинский. — Каким же образом они туда попали?

— Вот тебе это и предстоит выяснить.

— Есть какие-нибудь подробности?

— Местный лесник увидел, как в лес заехала машина, а потом пассажиры достали из багажника мешки и стали бросать их в костер. Как оказалось, это был мусор, а в нем среди прочего хлама были обнаружены конверты с печатями банка, а также мешочки, в которых хранились алмазы. В общем, все выяснишь на месте. Я сам не знаю всех подробностей.

— Понял. Выезжаю, а там….

Последнюю фразу прервали короткие гудки. Начальник отдела оказался себе верен — любил обрывать разговор на середине фразы.

Нужное место Афанасий Жилинский отыскал почти сразу. На развилке дорог, поблескивая «маячками», стояли две машины ДПС и еще микроавтобус. Проезжавшие водители, заметив сотрудников полиции, невольно сбрасывали скорость, а те, помахивая жезлами, заставляли автолюбителей следовать дальше. А ведь день только начался, к обеду подъедут официальные лица, вот тогда начнется самый маскарад, не протолкнешься!

Притормозив подле инспекторов, Афанасий показал удостоверение:

— Следователь по особо важным делам полковник Жилинский, — представился он. — Я правильно подъехал? Это место преступления?