Самый большой, кажется, командовал группой. Он взял паспорт Тинкер, но закрыл его, едва взглянув на фотографию, а потом на девушку. Но документ не вернул. Тинкер заметила, что он держал в руке и паспорт Масленки. Потом командир обратился к меньшему из троих, впрочем, тот был лишь относительно меньше.
— Проверь трейлер. Посмотри, права ли наша маленькая птичка. Добудь машину. — Это относилось ко второму пограничнику. Тот мгновенно скрылся в ночи. — Когда это произойдет, я хочу оказаться где-нибудь подальше.
Отправленный на проверку пограничник схватился за дверную раму и забрался в трейлер, едва втиснувшись в дверь. Он принюхивался, словно охотничий пес.
— Воняет как на скотобойне.
— Мы перевозим раненого эльфа. — Тинкер отступила вглубь, чтобы ему не удалось схватить ее. — Мы доставим его в хоспис, как только произойдет Пуск. Его покусали варги. Он потерял много крови. Вот откуда этот запах. — Она шевельнула крыльями носа, пытаясь установить, действительно так ли сильно тянет кровью, и уловила совсем другой запах.
Дыма и сандала.
Пограничник увидел Ветроволка. Глаза его сузились, и он заржал, словно лошадь.
— Эльф тут, — рявкнул он главному. — Валяется тут как мертвый. Легкая добыча.
— Прикончи всех. Только тихо. — Замечательный приказ!
Тинкер выхватила пистолет и встала между пограничником и Ветроволком.
— Не смей его трогать! Шевельнешься, и я тебя пристрелю! Прочь! Убирайся отсюда!
Тот изумленно молчал.
— Т-Т-Тинк, — прошелестел Масленка, заводя мотор, — не знаю, что ты там делаешь, но лучше поторопись! Тот парень снаружи только что вызвал подкрепление в машине без номеров.
Забравшийся в трейлер пограничник двинулся в сторону Тинкер, и она, как обещала, выстрелила — предупреждая, выше его плеча. Но он отпрянул назад, словно пуля задела его.
— А ну, выходи! — Тинкер старалась говорить твердым голосом. — Это твой последний шанс. Вон!
К ее удивлению, пограничник вывалился из трейлера, почти упав на командира, и они поспешно ретировались. Никогда еще Тинкер не чувствовала себя такой великаншей. Захлопнув дверь, она заперла ее на засов и побежала через весь трейлер, крича:
— Гони, Масленка, гони!
Тягач взревел и рванул вперед.
— Тинк! Не думаю, что у меня получится! Меня подрезает какая-то машина! Эх, твою мать!
Черный седан, который сначала шел сзади, обошел их слева и теперь поворачивал направо, собираясь преградить им путь. Масленка уже начал тормозить, когда Тинкер ударила по окну, проскользнула в кабину, свалившись прямо ему на колени, и наступила своей ногой на его.
— Не останавливайся! — кричала она. — Гони!
Чертыхаясь, Масленка схватился за сцепление и включил вторую скорость.
— Следи за машиной!
— Слежу! — завопила, вбивая педаль газа в пол, Тинкер. Тягач рванул вперед, задел седан за правый бампер и отбросил его в сторону. Удар сотряс тягач, но потом он выправился и с ревом устремился вперед.
Они мчались по боковой улице, и теперь им следовало повернуть на Центральную авеню. Но скорость была слишком велика, и Тинкер не могла управлять машиной в одиночку.
— Помоги мне повернуть!
Вдвоем крутанув тяжелый руль, они начали резко выворачивать направо, на Центральную авеню. На другой стороне перекрестка стоял дорожный знак «Стой!» Тягач наехал на обочину, сбил знак и продолжал поворот.
— Это был знак «Стой!», Тинк! — пожаловался Масленка.
— Да! Был! — прорычала она. — Заткнись, а? Я зверски устала и не хочу слушать твое нытье.
А седан оказался весьма прочным и настырным. Он опять показался сзади, без передней панели и с торчащим шасси.
Тягач шел на второй скорости.
— Гони! — вопила Тинкер, поминутно нажимая на газ. Масленка включил третью скорость.
Седан улучил момент и юркнул вперед, снова их подрезая.
— А пошли они! — зарычала Тинк и пихнула Масленку в бок локтем, когда он принялся поворачивать руль. Она надавила на газ, и тягач скакнул прямо на седан. — Подавитесь!
Ей ли, выросшей на свалке автомобилей, не знать силу машины, которой она теперь управляла? Тягач, близкий родственник бульдозера, был достаточно тяжел для того, чтобы перевозить более десяти тонн, и снабжен двигателем в 250 лошадиных сил. От удара седан завертелся волчком…
Узкая полоса ничейной земли Края была теперь всего лишь в одном квартале от них. Перед ней высился проволочный забор, за которым во всем великолепии вставал земной Окленд.
— Как! Разве еще не Пуск?
— Через две минуты, — сказал Масленка.
— Проклятье! — Тинкер ударила по тормозам. Большая машина оказала ей более мощное сопротивление, чем тогда, когда она ударила седан. От резкого торможения их отбросило по сторонам кабины. «Слава богу, болты на трейлере крепкие!» — подумала Тинкер.
Масленка завопил и взялся за рычаг прежде, чем тягач замер.
— Что будем делать?!
К ним уже со всех сторон бежали пограничники, решившие перехватить их, как только тягач остановится. Сзади опять показался неуемный седан.
— Гони! — приказала Тинкер.
— Гнать куда?
— Назад! — Она махнула рукой в обратную сторону. — Давай!
Они дали задний ход, набирая скорость. В боковое зеркало Тинкер заметила, что седан на этот раз не стал подрезать. Тягач прошел в нескольких дюймах от бампера седана. Опять начнется погоня? Нет, те, в седане, казалось, сами не знают, что теперь делать.
— Минута, — спокойно заметил Масленка. Квартал. Два. Четыре. Тут Тинкер сказала:
— Хватит. Останови.
Они переключились на первую скорость. Сели, упершись ногами во все педали. И вот издалека, так слабо, что Тинкер едва услышала его сквозь гул мотора, раздался звон колоколов собора Св. Павла.
— Вот и он. — Масленка перевел дыхание.
— Надо не терять надежды, — сказала Тинкер.
Пустота. Странное чувство падения без движения. Все уличные фонари погасли, и только свет фар их машины прорезал темноту. Проволочный забор и Окленд исчезли. Их место заняли первобытные леса Эльфдома и эльфийские анклавы, очерчивающие границу. Прямо над головой засверкало северное сияние, танцующее вдоль изогнутой завесы ворот.
— Вперед! — И Тинкер надавила на педаль.
Ворота оставались закрытыми. Пограничники, собравшиеся посмотреть на ее дикое вождение, разбежались, кроме одного дурака, призывавшего ее остановиться. Тинкер нажала на сирену, заявив таким образом о своем намерении прорваться. Вышеупомянутый дурак понял предупреждение и отскочил.
Ворота были деревянными и поэтому с треском разлетелись от удара машины. Промчавшись мимо высоких каменных стен анклавов, они углубились в темный лес.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
