Какая внешнеполитическая цель была у СССР в 1941 году?
Советские псевдоисторики-главпуровцы, вешая нам “лапшу” на уши, предлагают основной свой вариант: “Ни в коем случае не воевать. Любыми способами не дать втянуть себя в войну.”
Вопрос этим агитаторам: “А что конкретного для этого сделано было в 1941 году?”
Алексей Валерьевич вместо разогнанных жизнью агитаторов отвечает: “А НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЛИ. Сидели, “на попе ровно”, примус починяли, перед Шуленбургом лебезили-любезничали… и ждали, когда к нам Гитлер придет и претензии предъявит: “Чего, мол, расселись тут со своим примусом?”
Продолжая начатую выше песенку Аллы Борисовны, исполню ее припев как раз про обе первых главы книги Алексея Валерьевича:
“Даром его читатели
Время свое потратили.
Даром они надеялись
Умное здесь найти!
Мудрости нет ни капельки,
Глупость лишь агитатора.
Всё, что понаписал он здесь, —
Поп-вариант “лапши”!
Да-да-да!!!”
[исполняется два раза, после 1-й и после 2-й глав]
Антисуворов. Глава 3
Прелюдия: “Графиня изменившимся лицом бежит к пруду” (с) Золотой теленок
Глава 3
Состоит из 11-ти страниц: 65–75.
Имеет название: “Старые песни о главном”
Имеет эпиграф: “Сталин, властитель Европы, — умная голова, он не станет открыто выступать против Германии.” А. Гитлер. Выступление на совещании штаба OKW 9 января 1941 г.
Начинается со слов: “Идея “превентивной” войны против СССР не нова. Попытки пересмотреть историю предпринимались со стороны немецких историков неоднократно еще с 50-х годов. Ничего нового нам разведчик-аналитик не сообщает. Это не более чем перепев немецкой пропаганды времен войны.”
“Прежде чем говорить о ГРАФИНЕ, надо определить, что мы имеем в виду — сосуд или человека” (с)
Соответственно, прежде чем рассуждать о “превентивной войне”, надо бы изначально решить для себя — а что это, собственно, за война такая? Что именно измыслила немецкая пропаганда во время войны? О чём рассуждали немецкие историки в 50-х годах, предпринимая попытки “пересмотреть историю”? И что же именно “перепевает” Владимир Богданович?
Вопрос о “превентивной войне” не столь прост, как показалось Алексею Валерьевичу.
Например, авторы широко цитируемого Алексеем Валерьевичем труда “1941 год — уроки и выводы” (М., ВИ, 1992) вполне уверенно и спокойно в первой же главе определяют войну Германии против СССР именно как “превентивную”: “18 декабря 1940 г. Гитлер подписал директиву № 21 верховного главнокомандования, получившую условное наименование план “Барбаросса”. В ней наиболее полно выражен основной замысел превентивной войны фашистской Германии против Советского Союза.” И далее в тексте всего труда авторы к этому вопросу не возвращаются.
Получается, что не только Владимир Богданович, оказывается, “перепевает” выдумки “Геббельса и компании” — доктор военных наук, старший научный сотрудник генерал-майор В. П. Неласов (написавший “Введение”, “Заключение”, а также процитированную главу 1 “Уроков и выводов”) тоже является сторонником немецкой пропаганды?
Итак, что же такое “превентивная война”?
Ни “Большая советская энциклопедия”, ни “Советская военная энциклопедия” статей-определений этого термина не имеют.
Ну что ж, не получилось найти напрямую, пойдём обходным путем…
Откроем словарь иностранных слов и поищем там определение явно иностранного слова ПРЕВЕНТИВНЫЙ. Читаем: “происходит от французского preventif и от латинского praeventus” и обозначает “предупреждающий, предохранительный; опережающий действия противной стороны”.
Всё более-менее становится ясным.
Кроме одного — НА СКОЛЬКО (по времени) опережающим/предупреждающим должно быть превентивное действие, чтобы таким называться?
Например, если я, узнав по радио, что надвигается гроза с сильным ветром, вышел из дому и подвязал ветки ближайшего дерева, дабы они, раскачиваясь на ветру, не поразбивали мне стекол окон, то я поступил “превентивно”?
Ну а если бы я, сажая это дерево восемнадцать лет назад, подумал о том, что крона его может разрастись и ветками своими побьет стекла окон… а, подумав, посадил бы дерево не “прямо под окном” как захотела моя супруга, а в отдалении, то тогда, восемнадцать лет назад, я тоже поступил бы “превентивно”, или же нет? Непонятно…
Но вернемся все же от садово-огородных дел к военно-историческим и полистаем труды тех, кто этот вопрос разбирает более серьезно, чем Алексей Валерьевич в своей “энциклопедии”.
Открываем “Упущенный шанс Сталина” и в очередной раз обращаем внимание на толковость Михаила Ивановича Мельтюхова — он не просто дает свою оценку “превентивности” войны Германии против СССР, но и дает определение этого термина (в “Заключении”): “В связи со всем вышесказанным возникает вопрос, не было ли германское нападение на СССР в таком случае “превентивной войной”, как об этом заявляла германская пропаганда. Поскольку превентивная война — это “военные действия, предпринимаемые для упреждения действий противника, готового к нападению или уже начавшего таковое, путем собственного наступления”, она возможна только в случае, когда осуществляющая их сторона знает о намерениях противника. Однако германские документы свидетельствуют, что в Берлине воспринимали СССР лишь как абстрактную потенциальную угрозу, а подготовка “Восточного похода” совершенно не была связана с ощущением “непосредственной опасности, исходящей от Красной Армии”. Германское командование знало о переброске дополнительных сил в западные округа СССР, но расценивало эти действия как оборонительную реакцию на обнаруженное развертывание вермахта. Группировка Красной Армии оценивалась как оборонительная, и никаких серьезных наступательных действий со стороны Советского Союза летом 1941 г. не предполагалось. Поэтому сторонники тезиса о “превентивной войне” Германии против СССР попадают в глупое положение, пытаясь доказать, что Гитлер решил сорвать советское нападение, о подготовке которого он на деле ничего не знал.”
Вот и отлично! Термин Михаилом Ивановичем определен. Мои сомнения по поводу “временной составляющей” этого термина развеяны — дерево я бы посадил восемнадцать лет назад, может быть, РАЗУМНО, но никак не “превентивно”. Ну и Германия, соответственно, никак не могла вести против СССР превентивной войны.
Осталась мелочь — удостовериться в верности ссылки Михаила Ивановича, которую он дал, приводя термин, на книгу М. И. Семиряги “Тайны сталинской дипломатии. 1939–1941.” Открываем указанную 283-ю страницу и читаем: “Свою позицию по этому вопросу четко изложил известный западногерманский военный историк А. Хильгрубер. В капитальном труде “Стратегия Гитлера. Политика и военные действия 1940–1941 годов”, переизданном в 1982 г., он писал: “Из совокупности нашего повествования со всей ясностью следует, что в случае с нападением Гитлера на Советский Союз о превентивной войне в традиционном смысле этого понятия — то есть военных действиях, предпринимаемых для упреждения действий противника, готового к нападению или уже начавшего таковое, путем собственного наступления, — не может быть и речи. Более того, захват европейской части России в целях создания Германской империи в континентальной Европе был еще с середины 20-х годов “великой целью” Гитлера, к которой он со времени своего “взятия власти” в 1933 году последовательно стремился, несмотря на все тактические повороты своей политики”.
Вот блин! Цепочка оборвалась!
Смотреть труд Хильгрубера не будем, потому как помним из известного сборника “Физики шутят”, что слова “традиционный смысл” расшифровываются как — “я знаю еще двух парней, которые так же считают”:-)
Кто же у нас еще серьезно писал про “превентивность”?
Ба! Так Владимир Богданович и писал. Смотрим — дал ли он определение? Нет, как и Алексей Валерьевич, не удосужился дать (чем-то они похожи, не находите?).
Но вспоминаем, что Алексей Валерьевич определил Владимира Богдановича как “английского публициста”. Поэтому… открываем “Британскую энциклопедию” (которую Владимир Богданович вполне мог читать, живя в Англии) и находим… целых ДВА родственных понятия — “превентивная война” (preventive war) и “упреждающая война” (preemptive war):
“A preventive war is a war in which one state attacks another under the proclamation of preventive self-defense. Preventive war and preemptive war differ in the certainty of an attack. While a preemptive war concerns an imminent attack, preventive war takes place with no military provocation. The justification often used by states engaging in preventive war is that another state may attack them in the future — thus an attempt to prevent it…
