Опять звонок с незнакомого номера. Да что же это, никак сосредоточиться не дадут! С мстительным наслаждением сбросил входящий и вырубил телефон.
* * *
* Требуется персональный помощник.
Глава 8
Приходит мужик к ясновидящей. Та карты раскинула и говорит:
— Вы — отец двоих детей.
— Нет, ошибаетесь, я отец троих детей.
— Нет, это вы ошибаетесь…
* * *
Когда дела застопориваются, надо взять паузу и переключиться. В театр там сходить или музей, прочистить карму. Когда смотришь на вечное, понимаешь, как быстро идет время. После музея хочется куда-то бежать и сворачивать горы. Но только не после музея современного искусства — весь двадцатый век глазами художников глубоко депрессивен. Один черный квадрат чего стоит! Наверное, это из-за перенаселения Земли. Планета чувствует, что нас слишком много, и посылает угнетающие волны в пространство, заставляя самых слабых поднять лапки кверху и сдаться.
К чему это я? Сайт в первом приближении был готов, реклама запущена, а звонков нет. Денег все меньше, на улице серость и слякоть, кругом депрессняк. Позвонили из конюшни, коробка от донора будет стоить дополнительно двадцать тысяч, надо добавить. Видимо, купили целую Чайку на разборку, а иначе, откуда такой ценник? Добавил, денег осталось совсем мало. Еще сходил на развод. Спросили, не передумали? И быстро шлепнули штамп в паспорте. По разделу имущества не договорились, и нас отправили в суд. Скоро заседание.
Побродил по центру и по Тверской. Удручающее впечатление — многие магазины закрыты, висят объявления о сдаче в аренду. Черт меня дернул зайти в галерею современного искусства. От видения прекрасного современными художниками впал в уныние. А потом разозлился. Какого хера? У меня все хорошо, чего разнылся? Не можешь заработать привычным способом, заработай необычным!
Вернулся в офис с ворохом газет. В криминальных новостях ограблений инкассаторов нет. Стал шерстить объявления, кому что нужно. Наткнулся на колонку о пропаже людей. На Юго-Западе Москвы бизнесмен пошел выгуливать собачку и пропал, сообщившему о его местонахождении — вознаграждение. ФИО, год рождения, приметы.
Интересно, а сработает мой Дар на расстоянии, не видя ни человека, ни места пропажи? Нашел в интернете фотку бизнесмена, стал на нее медитировать. Ничего не случилось — фотка не подмигнула и не заговорила, хотя возникло желание повернуться. Сел на кресле поудобнее и стал на нем вращаться, закрыв глаза. При очередном повороте в южном направлении Москвы возник эффект туннельного зрения: в центре воронки портрет мужчины начал оживать, а по бокам проявляться стены совсем не моего офиса. Миг, и мое сознание втянуло в темное помещение без окон. В нем у стены сидел избитый бизнесмен со связанными руками. В свете тусклой лампочки было видно, что живой. Захотелось осмотреться. Подлетел к закрытой двери и спокойно через нее скользнул в коридор. Оказался в подвале, по лестнице вверх залетел на первый этаж. И куда дальше? Стал залетать во все комнаты подряд. На грязной кухне увидел двух мужчин. Один — небритый здоровяк со сбитыми костяшками на кулаках, второй весь чистенький, прилизанный. Первый оправдывался:
— … уперся и не подписывает.
— Он должен подписать все бумаги. Выбивай из него подписи, только не переусердствуй. Да, и по рукам не бей, чтобы смог нормально расписаться.
— А если нет?
— На нет и суда нет. Отпустим его.
— Чегооо? Он же меня спалит! Валить его надо!
— А мы его ночью голым в лесу отпустим пьяного и связанного. За ночь остынет.
— И когда?
— Когда подпишет. От тебя зависит, малой.
— Аааа, ну если от меня, завтра уже подписи будут! — здоровяк в предвкушении потер кулак.
Ага, времени мало, надо понять, где бизнесмена держат. Вылетел через стенку на улицу. На одноэтажном деревенском доме с синими наличниками висит номер тринадцать, пролетел вдоль домов, в начале улицы увидел название — Лесная. Блин! Да в каждой деревне такая улица есть! Низкоэтажная деревянная застройка, явно не город. И как теперь название населенного пункта искать? У моего Дара ведь прикрученного джипиэс нету!!! Пометался по улице, только увидел машины с номерами московского региона, никаких опознавательных знаков больше нет — явно какая-то деревня из недовымерших. Да что же делать? Рванул дальше в начало улицы, надеясь найти главную дорогу и выезд с названием поселка. Долетел до Т-образного перекрестка с улицей Яковлевская. Покрутился, слева вдалеке виднеется табличка населенного пункта. Рванул к ней изо всех сил. Ближе, ближе, сейчас, надо только разобрать перечеркнутой красной линией название… Цветная картинка начала меняться на черно-белую, резко потемнело в глазах, и меня выкинуло из видения. Почему так темно? И тошнит сильно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Со стоном поднял тяжелую голову с залитой кровью газеты. Оказалось, что я потерял сознание, и пока валялся, уткнувшись бестолковкой в газету на столе, из носа прилично натекло. Опять сосуды лопнули. Надо укрепляющее попить, что ли? Или дающую силы и расширяющую сознание сахандалю? Точно, про нее Чапай говорил! Надо будет прикупить.
Умылся, прибрался, выпил обезболивающее. Звонить или не звонить? Не, в смысле, звонить буду, но с какого телефона? Со своего — палевно. Надо было прикупить левую симку с телефоном на горбушке. А если, пока я буду разъезжать, того мужика грохнут? Жалко все-таки коллегу. Тем более, если его найдут, все равно придется засветиться, иначе, как награда найдет своего героя? Решил рискнуть и позвонить со своего личного телефона. В первый и последний раз. На всякий случай подключил услугу антиопределителя номера, хотя против серьезных людей это не поможет.
— Здравствуйте, это вы давали объявление о пропаже человека?
— Здравствуйте, да, я, — ответил ломающийся женский голос. Говоришь с человеком и понимаешь, что он недавно плакал.
— Извините, а вы кем ему являетесь?
— Я жена его, Анжелика. Вы знаете, где он? — в голосе тревожная надежда.
— Частично. Вы обращались в милицию?
— Обращалась. Не приняли заявление. Срок не вышел, никто выкуп не требовал, свидетелей похищения нет, хотя я точно знаю, что его похитили — собака металась и лаяла! Он бы никогда собаку не бросил! А они говорят, нагуляется, через неделю сам придет! — в трубке послышались всхлипывания.
— Анжелика, стоп! Потом будете плакать, когда встретитесь. Его удерживают в подвале частного дома двое преступников, заставляют подписать какие-то бумаги. Вам есть, к кому обратиться за помощью?
— Да, есть друзья — афганцы, они вместе служили.
— Пойдет. Запишите: южная часть Московской области, улица Лесная, дом тринадцать. У него еще наличники на окнах синие. Улица пересекается с Яковлевской улицей, по которой выезжают из населенного пункта. Название не успел увидеть. Торопитесь, если он подпишет, что они требуют, вы его больше не увидите.
— Молодой человек, а как вас зовут? Откуда вы это все знаете? И как с вами связаться?
— Я сам вам перезвоню. Завтра. Зовите меня… Ржевский. Да, Ржевский, — я на лету придумал себе псевдоним. Сбросил вызов и выдохнул. Легче картошку копать, чем спасением людей заниматься.
* * *
Того мужика спасли. Я периодически кидал быстрый взгляд на него издалека, и в один момент обнаружил его едущим в машине в компании трех серьезных мужчин с охотничьими ружьями. В багажнике лежал избитый и связанный давешний здоровяк. Со всеми этими упражнениями я стал легче настраиваться на человека. Думаю, в следующий раз меня так быстро не выкинет из видений.
На следующий день позвонил по тому же номеру:
— Анжелика, здравствуйте! Это Ржевский…
— Ой, здравствуйте! Спасибо вам! Друзья нашли дом по описанию, спасли моего Эдика!
— Рад, что все закончилось. Я на счет вознаграждения…
