1929
153. A Pipe Is Singing on the Bridge Alexander Blok[100]
A pipe is singing on the bridgeand apple-trees in blossom are.An angel raised above the ridgeof sky a star — but one green star —and it's a marvel from the bridgeto see such depth, and very farabove to see the star.
Thus sings the pipe: the star does shine,oh shepherd, bring thy kine…And by the bridge the waters join:— See, what a quickly running stream,forget your worries, do not pine,for depths like this — so clearly gleamyou never saw till mine,and stillness that so deep would seemyou never heard till mine.
See, what a quickly running stream,when did you ever dream this dream?
1929
154. «Кармен! «Как много в этом слове…»[101]
М.А. Зыряновой
Кармен! «Как много в этом словедля сердца юного слилось».Как часто, дрогнув наготове,к ногам Кармен оно неслось!
Весь мир бывал — одна Севилья,и заменяли жизнь и всеее порхнувшая мантильяи кончик туфельки ее.
Бывали жгучие мгновенья,когда, в восторге и без сил,ее блестящего явленьявесь исступленный зал просил,
и, вся сверкая, появляласьу складок бархата Кармен,и зало бешено срывалосьсреди дрожавших стоном стен.
Но глухо лились лейт-мотивы,и не слыхал никто из насв то время, как судьбы огнивоей высекало смерти час…
Ушла Кармен… Пусть будет сновазеленый занавес взлетать —от голоса ее грудногоуже сердцам не трепетать.
Пусть в тот же бодрый темп квадрильяу цирковых проходит стен…Но победивший Эскамильоувидел мертвую Кармен.
1927
155. Your Temple, God, Is in the Sky. N. Gumilev[102]
Your temple, God, is in the sky,but earth is your abode as well.And birds among the limetrees fly,and in the limetree forests dwell.
A bridge is cast to us, which glowswith stars all different to view;across it angels walk in rows,who always speak of us to you.
If, God, all this is really so,if I have rightly understood,give me a sign, and let me knowthat I am singing as I should:
To her, who is in grief, appear,a Light that eyesight cannot heed—and render blindingly cleareach explanation she may heed.
For lovelier than birds that sing,more blessed than an angel's lyreare gentle lashes quiveringand smiling lips that we admire.
1928
156. «Ничего я не знаю…»
Ничего я не знаю,ничего не умею.По закатному краю,видишь, небо алеет?
В этом небе ведь — холод!Этот отблеск — тревожен!Льду кусочек отколот,прямо в сердце положен.
1929
157. Ann's Elephant («Слоненок из серой глины…»)
Слоненок из серой глинына розовом клякспапиресошел с какой-то картины,мне помнится, о Каире.
Иль, может, в Аддис-Абеба,когда слонята играли,сманив горбушкою хлеба,его туземцы поймали.
Склонясь к столу, он мечтаету тикающих часови даже мне не пеняет,что нету других слонов.
Он очень ласков и смирен,и только в глазах горятогни каких-то кумирени странных идолов ряд.
1926
158. «Есть синее море и за морем горы…»
Есть синее море и за морем горы,где теряются будни судьбы,где в темных каньонах живут сикаморыи у самых подножий — дубы.
На взморье — бурунов тяжелые взлеты,и охапки подводной травы,и от гор вечерами выходят койоты,и разносятся крики совы.
Ты мне говоришь — я с тобою не спорю,я ведь слушаю, точно во сне:я тебя не люблю, я тоскую о море,о заморской далекой стране.
1929
159. «Я уйду куда-то, где сейчас темно…»
Я уйду куда-то, где сейчас темно,где ночное небо звездами полно,где на белом поле лапчатая ель,в тридесятом царстве, за тридевять земель.
Я не буду помнить душные сады,кровью на дорогах легшие следы,человечьих песен вспомнить не смогу,буду ждать чего-то на пустом снегу.
Буду ждать и слушать, как зовет сова,как под снегом шепчет сонная трава,как ликует месяц звонкою красойдевушки небесной с огненной косой.
Будет ночь, как сказка, будет ночь саматрепетать, как чудо, за плечом холма,и тихонько полем, где тропинки нет,проберется в душу небывалый свет.
1929
160. Sleep Blissfully, Sleep. Alexander Blok[103]
Sleep blissfully, sleep, oh ye guests that have come from afar,forget that it's growing more dark in the cage where we are…That stars now are falling, and draw silver threads as they pass,and golden and shimmering wine serpents dance in the glass.
When all these threads join and a net has been made that will shine —infinity has been created by snakes in the wine, —this needless old cage will be lifted and whirled and thrownin some blue eternity, bottomless chasm unknown.
1929
161. «Я с неба яркую звезду…»
Я с неба яркую звездурукою смелой украду.О, разве это мир заметит?Одна звезда так мало светит,темней не может быть ему,а я звезду свою возьмуи в сердце на конце кинжалавоткну, чтоб вечно освещалавсе уголки, где мысль живет.та мысль, что жизнь мою прядет,все чувства в сердца клетке теснойосколком мудрости небесной.
1921
СТИХОТВОРЕНИЯ II (Шанхай, 1936)
162. «Дуют, дуют белые метели…»
Дуют, дуют белые метели,заметают след твоей судьбы.Поднялись высоко за неделюбелые, тяжелые гробы!
Мертвому тревожный сон не снится,мне — живой — мятель сковала грудь.Здесь еще недавно пели птицы,зеленел и золотился путь.
Что же помнить солнечные далив той стране, где вечный май блестит,где в оправе розовых азалийголубое озеро лежит?
163. «Не смотри на меня, не смотри!..»
Не смотри на меня, не смотри!Я идти по земле не умеюдалеко позади фонарягородской и знакомой аллеи.
Зимней вьюгой я сбилась с пути —злая, темная выдалась вьюга —мне теперь никогда не найтини дороги, ни дома, ни друга!
Отчего в непогодную ночьты, сказавший великое слово,не сумел прибежать и помочь,довести до надежного крова?
164. «Прости, что я еще не верю…»
Прости, что я еще не верюи песни не хвалю твоей —твои глаза пустынней прерий,росы вечерней холодней!
Я даже рук твоих не трону.О, я с тобой — совсем одна…За гранью синего каньонаневидящая глубина…
165. «На севере стоят большие скалы…»
На севере стоят большие скалы,на севере растут высоко ели,озера серые в лесах лежат — зеркала,куда глаза людские не глядели.
Лиловый вереск длинными коврамив далекой расстилается просеке,отсвечивает солнце вечерамии не скучает, нет, о человеке.
Я помню звезды в черном небосклоне —и млечный путь, как тонкой ткани шарф,раскаты неоконченных симфоний,неповторимые аккорды арф…
Но у меня пути теперь другие:в огромных городах, где ходят люди,я видела глаза одни — людские —и я не брежу об уснувшем чуде.
166. «Над Тобою голубь белый вьется…»[104]
