После гибели хана Берке ханом Золотой Орды стал внук Батыя — Менгу–Тимур. В военных походах и продолжавшихся войнах, во внутренней жизни казаков, принимавших участие в походах и сражениях, происходили изменения: за войсками стало прочно укрепляться название «казаки» и их военачальники, вместо темников, стали называться атаманами.
ПРОИСХОЖДЕНИЕ СЛОВА «АТАМАН»
Происхождение слова атаман, как и многих Других названий в русском языке, остается до сих пор вопросом без ответа. Русские историки пo установившемуся обычаю, имели всегда склонность неизвестные события русской истории объяснять заимствованием у своих соседей — германцев. Слово атаман они так же объясняли заимствованным у германских разбойничьих отрядов, в древности делавших пиратские нападения на западно–европейские побережья. Главари этих ватаг назывались «ваттманы», отсюда русскими исследователями сделано заключение, что атаман казаков — это заимствованное слово у германцев — ваттман. Объяснение это принималось без учета связи во времени и места этих двух событий. Казаки на русской территории зарождались в условиях монгольского владычества, где никакого влияния германцев быть не могло. Кроме того, время зарождения казачества относится к 13–14 столетиям, когда в Западной Европе о норманнских пиратах и германских вождях «ваттманах» не было уже и помина. Поэтому искать связь между двумя событиями, разделенными во времени двумя столетиями, — нет никаких оснований.
Исследования современных историков о происхождении слова атаман дают совершенно новое объяснение и производят его от монгольского слова, существовавшего в их военном обиходе — отец–командир.
В основе внутренней организации монгольских улусов существовал родовой патриархальный строй. Власть в улусах преемственно переходила от отца к сыну или старшему в роде. Преемственность эта нередко нарушалась насильственными переворотами, но порядок этот оставался неизменным. Военная организация в улусах представляла форму племенных или дружинных объединений. Во главе улусов стояли ханы, но главными военачальниками при них были темники. Темники, как высшие военачальники, делившие участь с подвластными им войсками в походах и боях, назывались отцы–командиры, слово понятное для войсковых соединений всех народов.
Военачальники поселений «Ордынской Руси» или подвластных монголам казачьих войск, не носили титулов монголо–тюркских начальников: князей, беков, а назывались воеводами, сотниками и урядниками. Высшие командные должности в казачьих войсках занимались монголами и главным военным лицом являлся темник. Современные исследования слова атаман производят от соединения двух монгольских, слов: ата — батя или отец и темен — или темник. Из соединения этих слов происходило название — атта–мен — означавшее отец–темник. Среди вооруженных сил «Ордынской Руси» наряду с национальными названиями военачальников, постепенно усваивалось и название высшего начальника ата–темена, что в несколько измененной форме, превратилось в атаман. («Энциклопедия русского языка». Горячев)
Таким образом, название атаман в казачьем, быту появилось со времени их зарождения под властью монгол и прочно укрепилось в их быту и сохранилось на все время их исторического существования. То же происхождение имело и название гетман, с некоторым изменением в произношении, в связи с местным наречием.
КАЗАЧЬИ ПОСЕЛЕНИЯ В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ
Все поселения русских, принявшие названия «казаков», поставлены были в условия, которые должны были лучшим образом отвечать требованиям подготовки к военным действиям и несению военной службы, к порядкам, существовавшим в кочевом быту монгол.
Главными средствами их существования были скотоводство, коневодство, рыболовство, охота и военные походы, добыча от которых составляла одно из главных средств существования кочевников. Земледелие, как отвлекающее от главной цели и требующее непрерывного труда на земле, было запрещено. Казаки–скотоводы и коневоды, тесно связанные со степными просторами, большую часть времени проводили на пастбищах скота и конных табунов, были постоянно на коне и имели меткий глаз для стрельбы. Казаки были поставлены в условия, в которых вырабатывался хороший наездник и стрелок, — это те качества, которые составляли главные свойства бойца полевой конницы — кочевников.
Условием выработки наездника для казаков служила и непрерывная служба на ямских линиях, по которым они во всех направлениях носились со скоростью до 250 верст в сутки. Ямская служба состояла в быстрой доставке приказов и донесений, в сопровождении послов, курьеров и других чиновников. Телег для их перевозки не существовало. У монгол были арбы, перевозимые на волах, служившие для перевозки юрт, имущества и семейств. Колеса арбы вращались вместе с осью, пронзительно скрипели и поднимали густую пыль. Перевозка чиновников производилась способом верховой езды и с обыкновенной скоростью отдельных всадников. Исключение делали при перевозке женщин и детей. Они перевозились на верблюдах, на седлах которых устраивались специальные люльки, в которых помещались ханши и другой женский персонал с детьми. Быстрота передвижения была также предельной для верблюжьей скорости. Конные почтовые линии дублировались пешими скороходами, пробегавшими в час до 25 верст, передавая послания с поста на пост через три–четыре версты. Вся жизнь казаков проходила в поле и на коне. Они жили в постоянной тревоге, и лучшими их товарищами были «хороший боевой товарищ–конь и меткая стрела в колчане». Казаки сживались с создавшейся обстановкой, привыкали к условиям быта. Длиннополая русская одежда была заменена на более удобную для верховой езды, заимствованную у приазовского русского народа, — чекменем и коротким кафтаном; щеголеватый вид, ношение серьги в ухе и взбитый чуб, — были заимствованы у казачьей орды с реки Енисея. Одним из благоприятных условий для сохранения казаками их национальных особенностей: разговорной речи, православной веры и т. д. было то, что поселения их были устроены по национальному признаку, и по существовавшим во владениях монгол порядкам, общение между поселениями, различными по национальности, было запрещено. Эта изоляция сохраняла национальные особенности всех подвластных ханам Золотой Орды народов. Растворяться в среде монгол русские тоже не могли, так как от общения с ними отталкивали бытовые особенности монгол, которые в частной жизни были исключительно нечистоплотны; они никогда не мылись и купание в речках им запрещалось под страхом смертной казни ввиду того, что, по учению шаманов, вошедшего нагим в воду боги убивали молнией. Нижняя одежда монгол никогда не менялась и, одевая рубашку, монголы носили до тех пор, пока она сгнивала и падала с плеч. Казакам купание в реках не запрещалось, но их национальный обычай «париться в банях» не только был для монгол не понятен, но вызывал в них ужас. Почему обычай этот, постепенно изживался и казаками бани не строились. Русские названия сел, по примеру татарских юрт, стали называться «хуторами» или городками. Общение казаков с окружающими их монголами и другими иноземными племенами приводило их к неизбежности смешанных браков, ассимиляции многих из них, что отражалось на их биологических свойствах и создавало особый казачий тип, впоследствии отличавший их от народа северо–западных русских княжеств.
Исключительные по плодородию земли, на которых были расселены казаки со скифских времен, служившие «житницей» для многих народов, быстро превращались для казаков в новую родину» и крепко привязывали их к себе. Земли, богатые всеми видами растительности, давали неистощимые средства для питания скота и народа. Природа замирала на время зимы, поля и реки покрывались снегом и льдом. Но с началом весеннего солнца — реки вскрывались и бурными потоками неслись в сторону южных морей. Весна входила в свои права, — все расцветало: поля и леса покрывались травами и лиственностью и природа начинала готовить в полях и лесах разнообразные виды фруктов и плодов. Скот и конские табуны выпускались на пастбища, — все пробуждалось от зимнего застоя под лучами весеннего солнца, жадно начинало проявлять жизненные инстинкты. Реки и озера, после весеннего разлива превращались в тихие, спокойные воды, примером которых были «воды тихого Дона» и превращались в неистощимые источники для рыбных промыслов. Вскрывшиеся реки служили одним из верных средств сообщения и по их течению начиналось движение на быстрых челнах — «душегубках».
Начиналась жизнь полевых скотоводов, требовавшая день и ночь наблюдения за скотом и конскими табунами.
Частная жизнь казака была связана с непрерывной службой по охране границ, на которых они были расселены: то была «дозорная служба — дальняя и ближняя». Владения кочевников — «подвижные военные лагеря», всегда готовые к нападению на соседа, или отражению его нападений, почему все прилегающие пограничные участки в сторону соседей, находились под постоянным наблюдением. По. Днепру наблюдение велось в сторону Венгрии, Польши и Литвы, велось наблюдение и за границами Галицкого княжества. С границ улуса Главного хана велось непрерывное наблюдение в сторону русских княжеств и соседних улусов в сторону Востока и Малой Азии.
