Иными словами, попасть на телевидение в качестве сценариста очень и очень трудно. Но я прекрасно понимаю, почему тысячи людей стремятся туда: их манит потрясающая работа. Во-первых, деньги. Начинающий сценарист получает сравнительно немного. Но Американская гильдия писателей гарантирует, что вам будут платить не менее $2500 в неделю. Продолжительность стандартного сезона – 26 недель, т. е. за полгода вы заработаете кругленькую сумму. Если сериал будет пользоваться успехом, через год-другой вы станете редактором сценарного отдела. Там, как рассказывает один из опытных телесценаристов в статье на сайте Salon.com, «вы по-прежнему будете писать всякую ахинею». (При этом, как признается другой сценарист, за эту «ахинею» вам будут платить уже более $10 000 за серию{28}.) Чем дальше, тем интереснее. Следующий уровень – продюсер. На этой должности вы буквально сидите на деньгах. Лучшие сценаристы получают миллионы. А продюсеры популярных сериалов, как уверяет автор вышеупомянутой статьи на сайте Salon.com, – миллиарды.
Разумеется, телевидение не единственное место, где можно заработать кучу денег. Сотрудник Goldman Sachs, быстро поднимающийся по карьерной лестнице, к 35 годам может дотянуть до отметки $1 млн (включая бонусы). Партнер известной юридической фирмы будет получать такие деньги в чуть более зрелом возрасте. Но Голливуд – это вам не Уолл-стрит. Представьте себе: никакой электронной почты, бесконечных переговоров по контрактам, попыток постичь загадочный рынок облигаций и проработки правовых вопросов. От сценариста требуется только одно: рассказывать интересные истории. Работа может быть напряженной – сроки обычно поджимают, но она длится всего полгода. Это творчество чистой воды. Вы можете ходить в шортах, и, как особо подчеркивают голливудские аборигены, вас отлично кормят. («Сценаристы любят хорошо поесть», – объяснил мне один такой знаток.) Говоря в терминах, введенных в предыдущей главе, можно констатировать, что работа телесценариста привлекательна, так как носит творческий характер, позволяет работнику самому решать, что и как делать, и дает возможность влиять на жизнь людей.
К тому времени, как я познакомился с Алексом Бергером, он уже проник в этот закрытый мир. Незадолго до этого он продал сценарий нескольких пилотных серий USA Network. Продать пилотный сценарий – значит продать идею: вы садитесь за стол с тремя-четырьмя руководителями телеканала, чтобы за пять минут изложить свое видение фильма. Руководители кабельных каналов типа USA каждую неделю выслушивают 15–20 сценаристов. Затем, посовещавшись, они выбирают три-четыре сценария и покупают их. Идея Алекса была одной из четырех купленных.
Алексу придется преодолеть еще несколько препятствий, чтобы его сериал вышел в эфир, но продажа пилотного сценария считается огромным достижением – она говорит о том, что сценарист знает свое дело. У Алекса есть и другие достижения. Работа Алекса понравилась одному из руководителей USA Network, и он включил нашего героя в работу над уже снятым сериалом – популярным шпионским детективом Covert Affairs («Тайные связи»), чтобы сценарист не простаивал, пока принимаются решения по пилотному сценарию. Вообще Алекс уже проторил путь на телевидение. Он писал сценарии трех различных сериалов, уже вышедших в эфир. На тот момент, когда я брал интервью, его последней работой (в соавторстве с Майклом Эйснером) был анимационный комедийный сериал Glenn Martin, DDS («Гленн Мартин»), который шел два сезона. Иными словами, Алекс, без сомнения, пробился в закрытый мир телевидения.
Как ему это удалось?
Алекс Бергер: путь в Голливуд
Пробиться на телевидение трудно, потому что на этом рынке победитель получает все. Здесь ценится только один товар – умение писать качественный текст, и тысячи талантливых сценаристов стремятся скопить этот капитал, чтобы предложить его крошечной кучке покупателей.
У Алекса было одно преимущество. Учась в Дартмутском колледже, он неоднократно участвовал в дебатах, и весьма успешно. В 2002 г. его команда из двух человек, одна из лучших в стране, участвовала в Национальном турнире по дебатам, причем Алекс был признан лучшим оратором. Отличить хорошего оратора от плохого и интересный сценарий от скучного не составляет труда. И в том и в другом случае система начисления баллов проста и понятна. Чтобы стать лучшим в стране оратором, Алексу пришлось немало потрудиться. Я убежден, что именно стремление к постоянному самосовершенствованию способствовало успеху сценариста.
Когда Алекс решил отправиться в Голливуд, он рассуждал как опытный участник дебатов. «Я в любом случае успел бы подать документы в юридическую школу, – вспоминает он, – но я не хотел упускать возможность попробовать себя в качестве сценариста, ведь другого шанса могло и не представиться». Алекс признается, что отправился на запад без определенных намерений: «У меня были кое-какие соображения относительно будущей работы, но я почти ничего не знал о ней. В частности, я мечтал стать руководителем телеканала, но понятия не имел, чем ему приходится заниматься. Я хотел писать для телевидения, но не представлял себе, как это делается». И все же история этого успешного сценариста отнюдь не история мечтателя.
В Лос-Анджелесе Алекс сразу же стал редактором сайта журнала National Lampoon. Узнав, что Lampoon хочет сделать что-то для телевидения, Алекс предложил идею передачи Master Debaters, в которой «лучшие ораторы» – комические персонажи – перед жюри должны были обсуждать разные забавные темы. При этом он следовал золотому правилу: писать только о том, что знаешь. Ему выделили небольшую сумму на пилотную серию, и он снял ее в книжном магазине Border’s в Вествуде. Но сделать хорошую телепередачу непросто, и попытки National Lampoon не увенчались успехом.
Оцените следующий шаг Алекса: он бросил работу в National Lampoon и устроился работать ассистентом директора по развитию на канале NBC. Здесь, как мне кажется, в Алексе проснулись его инстинкты участника дебатов. Журнал National Lampoon был слишком далек от телевидения, чтобы Алекс мог научиться тому, что необходимо для успеха сценариста. Согласившись на должность ассистента, он оказался в центре событий и получил возможность увидеть мир телевидения изнутри.
Вскоре Алекс обнаружил, чтó именно позволяет одним сценаристам привлечь внимание телеканала, в то время как многим другим этого не удается. Счастливчики просто умеют писать хорошие сценарии, а это гораздо труднее, чем может показаться. Вдохновленный этим открытием, Алекс начал писать. Писал он много. В течение восьми месяцев днем он работал в должности ассистента, а по ночам корпел над тремя проектами. Во-первых, когда Алекс еще работал в National Lampoon, идею его передачи Master Debaters продали каналу VH1, и, уже будучи ассистентом, он доводил до ума сценарий пилотной серии. (Этот проект, как это бывает с большинством пилотных проектов, провалился.) Во-вторых, вместе с продюсером, с которым познакомился в Lampoon, Алекс работал над пилотным сценарием другого сериала. Наконец, наш герой самостоятельно писал сценарий фильма о своем детстве, которое прошло в Вашингтоне. «Я засиживался до двух-трех часов ночи, а в восемь утра выходил из дому, чтобы не опоздать на работу», – вспоминает он. Да, ему пришлось попотеть.
