иди сюда, – он уже спокойнее притягивает меня к себе и утаскивает к лестнице яхты, уже ожидающей нас. Странно, но когда мы поднимаемся на палубу, я не обнаруживаю здесь ни единой живой души. Вся прислуга и охрана будто испарились.
– А где все? – задаю глупый вопрос.
– Они ушли, чтобы не мешать нам. Всё нормально, Сандра, ты можешь не бояться меня. Я могу держать себя в руках, хотя с тобой делать это трудно, – Уэйн подаёт меня большое, мягкое полотенце, сам накидывает на бёдра другое. И вроде как даже уже спокоен, но его огромная эрекция говорит о том, что он-таки не врёт. Странно опять. Неужели такому мужику некого трахнуть? Или это я настолько его возбуждаю? Что ж, льстит.
– Всё хорошо, Сандра? – он приподнимает моё лицо за подбородок, а второй рукой сдавливает шею сзади. Какая-то немыслимая забота на грубости и контроле. Да, этими прикосновениями, такими уверенными и властными, он проявляет заботу. Что же за человек такой? Как мне его разгадать?
– Ты не отстанешь, да? – заглядываю в просветлевшие глаза. В них уже нет грозовой синевы, лишь насмешка и любопытство. Уэйну нравится за мной наблюдать. Как за своей игрушкой. Как за забавным домашним питомцем. Изучает, пробует на вкус мои эмоции. Именно поэтому я чувствую себя сейчас высосанной досуха. Не осталось во мне сил.
– Нет.
– Почему?
– Хочу тебя.
– А если я не хочу?
– Захочешь.
Вот и всё. Разговор закончен. Как обычно у таких вот хозяев.
– А если я стану сопротивляться?
– Не станешь. Ты уже моя. Просто пока этого не знаешь.
– Уже знаю. Я могу уехать к сыну? Сейчас? – в промежности огнём горит от неудовлетворения. И мне кажется, что он это чувствует. Бред, конечно. Хотя…
– Ты так хочешь уехать? – его взгляд меняется, становится нечитаемым. А руки всё так же касаются моей кожи. Поглаживают, но как-то напряжённо. Всё-таки желает меня поиметь. И сильно.
– Да.
– Я тебя снова испугал? – склоняется, приближает своё лицо к моему. Я чувствую его дыхание, такое горячее, опаляющее. Запах его тела ещё вкуснее, чем запах парфюма. И мне опять чудится, что я его уже ощущала когда-то.
– Немного. А ещё, ты меня намочил. Не представляю теперь, как доберусь до дома, – тут я уже выпендриваюсь. Представляю.
– Это не проблема, Сандра. То, что ты намокла. Иди в каюту, сними всё это с себя и накинь халат. Скоро будет сухая одежда.
Что? Когда он успел? Впрочем, чему я удивляюсь.
– Спасибо, – благодарю по глупости и тут же жалею об этом. Это ведь из-за него я сейчас похожа на мокрую курицу. И телефон ещё похерила… – А вообще знаешь что?.. – но закончить начатую тираду эта сволочь мне не позволяет, заткнув рот поцелуем. В этот раз он более откровенный. Влажный, горячий. А большая рука зарывается в мои волосы, и я стону от того, как сильно Уэйн прикусывает мою губу. Кажется, даже привкус крови почувствовала.
Отстраняется он быстро. Словно боится, что не сдержится. Стонет, запрокинув голову вверх, выдыхает. С его хриплым голосом это звучит так сексуально, что у меня едва колени не подгибаются. Нет, с этим мужиком что-то явно не так. Надо же. Никогда бы не подумала, что буду течь от какого-то избалованного миллионеришки.
– Сними одежду. Я не хочу, чтобы ты заболела, – часто и тяжело дыша, отходит к столу, пьёт воду большими, жадными глотками. А я его широкую спину рассматриваю. Он не перекачан, нет. Просто сам по себе здоровый мужик. Хромота, как ни странно, совсем не портит его уверенную, твёрдую походку. А крылья… Чёрные, огромные крылья на спине заставляют меня вздрогнуть.
– Почему крылья? – снова вопрос, который вылетает из моего рта спонтанно. Когда же мой язык уже начнёт советоваться с мозгом? Хоть иногда. Хоть для приличия.
– Когда-то давно я многого хотел добиться. И мне казалось, что для этого человеку нужны крылья.
– И как? Добился всего, чего хотел?
– Почти. Только не крылья мне помогли, а деньги, – хмыкает.
Больше я ни о чём не спрашиваю, и он тоже молчит. Пока я переодеваюсь в каюте, привозят одежду. И новенький телефон известного бренда. Поднявшись на палубу, потерянно рассматриваю покупки, а потом поднимаю взгляд на Уэйна.
– Щедро.
– О, я тебя прошу, Сандра, не принижай мои возможности, – усмехается он и с сожалением скользит наглым взглядом по длинному, мужскому халату. На мне он и вовсе, как балахон. Уверена, в мокрой майке я Уэйну больше нравилась, но не всё ж коту масленица.
Снова спускаюсь в каюту, чтобы переодеться, но как только сбрасываю халат, дверь распахивается и на пороге возникает Уэйн.
Глава 13
Я не успеваю среагировать на его появление вовремя, и поздно прикрываюсь руками. Но он, конечно же, всё рассмотрел. Думаю, даже в подробностях.
– Ты… Что? – выдыхаю испуганно, а Уэйн за считанные секунды преодолевает разделяющее нас расстояние и сгребает меня своими большими ручищами.
– Тихо. Не бойся, – ловит за лицо всей пятернёй. Взглядом по моим губам мажет, а потом языком по их контуру проводит. Пошло, развязно.
– Уэйн, ты же обещал, – шепчу тихо, опасаясь разбудить в этом психе зверя. А он на краю уже, я это понимаю. Чувствую, как сильные пальцы второй руки сжимаются на моей ягодице.
– Я помню, – отвечает мне терпеливо, накрывая широко открытым ртом мои губы. Проникает языком внутрь, и мне кажется, я слышу стон. Не мой, конечно. Его.
Я же не могу от ужаса даже шевельнуться. Ступор какой-то. Он насиловать меня сейчас будет, а я даже мяукнуть не могу.
Диас пользуется моим состоянием и заваливает нас на кровать, оказавшуюся так некстати совсем рядом. Всё происходит так быстро, что я даже пикнуть не успеваю. Или мне так кажется…
Миг, и он опять целует меня, одновременно стаскивая со своих бёдер полотенце. И меня прошибает желанием, сгустившемся внизу и опаляющим промежность.
Последним у меня был Имран. Давно. Так давно, что кажется, это происходило лет сто назад.
Да, всё объяснимо. Я просто здоровая женщина, соскучившаяся по сексу. Это нормально и ничего плохого в моей реакции нет.
Тем временем Диас опускается с поцелуями ниже, к шее и груди. А пальцы ловко протискиваются между моих сжатых бёдер и безошибочно находят половые губы. Ласкают клитор, поглаживают там, где уже влажно и горячо. Между складочек пылает всё от желания, и это подтверждает мой стон.
– Уэйн, нет, – нахожу в себе силы, чтобы воспротивиться, но он уже оглох и ослеп. Жадно лижет соски, чуть оттягивает их зубами. Из
