В разгар этого благолепия, с треском ломая кусты, из зарослей на поляну вышла Единорог. С искренним сожалением оглядев потомков, она заявила:
— Даже не пробуйте. Логрус слишком силен — раздавит. Амбериты, естественно, захотели узнать побольше деталей, но Единорог только проворчала:
— Хорошо, хоть сегодня среди вас нет этого нирванского ублюдка.
— Чем он тебе так насолил? — осведомился Корвин.
— Очень старая история, — буркнула Единорог. — Кое-кто считает, что вам не нужно этого знать.
Поскольку ясно было, что Прародительница ничего сверх этого не скажет, все стали выяснять, как бы починить Лабиринт. В ответ Единорог открыла Америку, сказав, что для начала нужно ослабить Логрус. Фиона скептически поинтересовалась, почему Лабиринты не могут сами казнить бесформенного соперника или хотя бы прикрыть Амбер флюидами своей Мощи.
— У нас налаживаются добрые отношения с противоположной стороной, — сообщила Прародительница. — Решено не делать резких движений, способных пошатнуть сложившийся баланс.
— Но Ринальдо повредил наш Главный Узор, — напомнил Корвин.
— Нас не касаются ваши внутренние разборки, — отрезала Единорог. — Вы можете устроить вендетту, однако Логрус имеет полное право вам помешать.
— Вы заключили довольно неудобное соглашение, — заметил Рэндом.
Единорог помотала головой и почесала ухо задней ногой. Затем сказала:
— Как посмотреть. Во многих отношениях такой договор устраивает обе стороны и причиняет нам равные неудобства. В любом случае это лучше непрерывной войны.
Фигура мистического существа стала плоской, поблекла, сделалась прозрачной, а потом вовсе растаяла.
— Нас опять бросили на произвол судьбы, — резюмировал возмущенный Мартин, сам не представлявший, до какой степени он прав. — Проще говоря, кинули. Оставили один на один с враждебной Мощью.
Остальные полностью разделяли его мнение, и только Льювилла глубокомысленно произнесла:
— Источники Мощи словно повзрослели. Все равно остаются детьми, но хотя бы не устраивают драк по любому поводу.
Блейз ошеломленно воскликнул:
— Сестренка, в этом сравнении что-то есть! Они как дети — сами не знают, чего хотят!
— В том-то и беда, — вздохнула Льювилла. Рэндом раздраженно бросил:
— Нам не станет легче от вашей философии… — Он добавил чуть спокойнее: — Фиона, ты сейчас главный авторитет по этой части. Что скажешь?
Фи замешкалась с ответом. Маленькая рыжая ведьма довольно долго разглядывала Камень, вставленный в правую глазницу Корал. За последние дни Фиона делала это неоднократно, и всякий раз ее лицо становилось озабоченным, словно ситуация не нравилась ей все сильнее. Наконец, рыжая отпустила сестру и мрачно сказала:
— Если Дворкин не появится в ближайшие часы, я сама извлеку Камень и имплантирую сестренке глаз ее же теневого двойника. Но придется решать, кто возьмет на себя ремонт Узора. Если вы помните, это небезопасно.
Все взгляды скрестились на Рэндоме. Обреченно махнув рукой, король буркнул:
— Делай операцию, сестра. Я сделаю остальное.
На фоне общего тягостного молчания резким диссонирующим крещендо прозвучал голос Корвина, предложившего все же дождаться Фауста. «С его лекарским умением операция наверняка окажется успешной», — сказал серебристо-черный.
— Я пока не нужна? — слабым голосом осведомилась Корал. — Мне нужно с часок полежать неподвижно.
Мерлин с готовностью проводил тетушку в коттедж. Вернулся он удивительно быстро — похоже, Корал предпочла полежать без компании — и застал Семью за очередной перебранкой. Король Хаоса услышал последнюю фразу отца:
— … Фауст обещал помочь нам с операцией. Рэндом раздраженно ответил:
— Он много всякого обещал, но еще ничего не выполнил И Ринальдо живой остался, и каменный глаз у Корал не вырезан. Кстати, ты не знаешь, где он сейчас? Я имею в виду артаньянского колдуна.
Корвин пожал плечами и сунул руку в карман за Колодой, но Фиона отвлекла его язвительным замечанием:
— Очень странно, что твой дружок не примчался на сегодняшнюю тусовку. Нирванские парнишки всегда любили покутить на дармовщинку.
В субстанции, заменявшей Корвину душу, вновь пробудилась застарелая неприязнь к сестре-коротышке, любившей говорить гадости обо всех и обо всем на свете. Он уже собирался резко осадить Фиону, однако тут в разговор вмешался Мерлин:
— Они сейчас заняты. Воюют.
— На них напали силы Хаоса? — встрепенулся Бенедикт.
— Наоборот. Армия Нирваны отбила несколько Отражений, которые были захвачены Хаосом в незапамятные времена Мать упоминала какую-то Войну Трех Сил.
Он добавил, что Фауст создал порох, который действует на той окраине Теней. Новость произвела сильное впечатление. Рэндом немедленно поинтересовался:
— Вы пользуетесь слухами, или имеются точные агентурные сведения?
— Ни то, ни другое, — беззаботно сказал Мерлин. — У моей мамули есть кристалл, сквозь который можно заглядывать в разные Отражения. Правда, нирванская зона слишком далеко, но иногда удается кое-что разглядеть.
Известие было принято не менее болезненно, чем сообщение о взрывчатке Фауста. Аристократия Хаоса в совершенстве владела магией, и это обстоятельство всегда вызывало в амберитах обострение комплекса неполноценности. Особенно переживала Фи, считавшая себя очень крутой колдуньей.
Неожиданно Бенедикт, мрачно глядя поверх голов, спросил Мерлина, скоро ли двинется карательная экспедиция против Нирваны и Артаньяна. Король-полукровка честно признался, что пытался предотвратить такой поход, но Дара все равно вербует наемников, возглавить которых поручено принцу Деспилу. Мерлин полагал, что экспедиция двинется в путь в ближайшие дни по времени Амбера. Кивнув, Бенедикт сказал:
— Недавно Фауст напомнил, как наш отец не поддержал их королевство. То нарушение союзнических обязательств дорого обошлось Амберу. Думаю, мы допустим большую ошибку, если не поддержим Нирвану в новой схватке с Хаосом.
— Полегче, — возмутился Мерлин, — Хаос не воюет с Нирваной. Это частная инициатива. Рэндом немедленно уточнил:
— Вопрос о помощи будет обсуждаться, если они обратятся за помощью.
— Вовсе не обязательно, — возразил Бенедикт. — Сейчас у нас появились новые войска и новые аванпосты. Опираясь на укрепления Авалона, Корвин с Блейзом надежно прикрывают Амбер, а тем временем я мог бы прогуляться к Нирване, имея за спиной хоть сотню тысяч гвардейцев
Предложение не слишком понравилось большинству родственников, включая обоих королей. Реально за помощь Фаусту и Мефу высказались только Корвин, Гиневра, Лью и Жерар, причем последнего привлекала только возможность освоить новый маршрут, добравшись до Нирваны морским путем. Выслушав мнения всей компании, Рэндом уклончиво провозгласил: дескать, подумаем и примем решение, исходя из сложившейся обстановки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
