— Хорошо, — кивнула и послушно сделала ещё несколько шагов, а затем ноги сами собой захотели остановиться.
Валгус вздохнул:
— Нет, это невозможно! — рассмеялся. — Трусишка. Ну, какой ты волк? Ты самый настоящий заяц!
Схватил меня в охапку, перекинул через плечо и потащил. Отпустил лишь у самого лифта и встал, перегородив дорогу, чтобы не сбежала в последний момент.
На площадку я вышла сама. Наверное, ужас в моих глазах был слишком велик, потому что Валгус нахмурился и внезапно прижал меня к себе. Но не для того, чтобы утешить, как обычно это делал, а взял пальцами за мой подбородок, приподнял его и стал наклоняться. От неожиданности я забыла, что надо дышать.
Губы юноши оказались требовательными, жесткими, холодными после улицы, но жар, опаливший меня изнутри, согрел их в одно мгновение.
Меня ни разу ещё никто не целовал по-настоящему. Так как он. Ноги сами собой ослабли. Вообще все мышцы ослабли, а губам стало горячо и щекотно.
Сладка пытка. Невозможно сладкая.
Когда парень оторвался от меня, я забыла для чего и куда мы идём. Я шагнула бы за ним в пасть чудовищу. Только… не знала, как реагировать на происходящее и что сказать, а потому послушно нырнула в темноту прихожей за… другом?
Валгус учтиво помог раздеться, снова поцеловал, только на этот раз в уголок губ, подняв в моей груди бурю чувств, а потом взял за руку и завел в зал.
Я уже привыкла к запаху Валгуса, но более сильный аромат оказался … немного неожиданным и сразу привел меня в чувство, вернув на землю. Прошлый раз я его так остро не чувствовала. И снова в памяти не нашлось сравнения. Хотя… Если бы опасность могла пахнуть, она бы пахла именно так.
Я застыла на месте и напряглась, готовясь отпрыгнуть назад. От сидящих в обнимку на диване мужчины и женщины с первого взгляда исходили лишь спокойствие и безмятежность, но я сразу почувствовала — нет никого опаснее для меня. Они заметно вздрогнули, встретившись с испуганным взглядом нежданной гостьи.
Валгус ободряюще сжал мой локоть и сказал:
— Мама, папа, познакомьтесь, это моя девушка- Александра.
Словно предупредил — не троньте!
Они выглядели слишком молодо, чтобы быть его родителями, но сомневаться не приходилось: Валгус умудрился родиться похожим сразу на мать и отца.
У мужчины чуть дрогнули брови, женщина в изумлении широко распахнула глаза. Видно мой вид удовольствия не доставил. От такой реакции меня залихорадило. Валгус стоял рядом, и я чувствовала, как он напряженно ждёт ответа.
Первым справился мужчина, он улыбнулся, встал, подошёл ближе:
— Приятно познакомиться, Александра! Марк.
И протянул руку. Я неуверенно пожала её. Моя рука казалась мертвой ледышкой. Кровь словно застыла и смёрзлась в колючий комок. Валгус обнял меня за талию и прижал к себе, пытаясь приободрить.
Мужчина перевел взгляд на сына, а потом озорно улыбнулся, словно мысль о том, что они делают что-то запретное, доставила ему удовольствие. Я поняла, от кого у Валгуса такая ослепительная улыбка и перевела дух. Валгус… он слишком хороший, для того, чтобы его родители оказались плохи.
Я осмелела настолько, что позволила себе взглянуть в сторону женщины. Красивая, очень красивая, утонченной, древней, аристократичной красотой. От нее Валгусу достались глаза-озера и тонкие выразительные брови. Мне кажется, она удивилась меньше, чем ее муж. Наверное, женщины лучше знают своих детей. Или может — лучше их понимают?
С первого взгляда женщина не испытала и малейшего напряжения, когда взяла в ладони мою руку. Взгляд был хоть и настороженный, но дружелюбный.
— Здравствуйте, Саша. Зовите меня Ванесса, — улыбнулась она, а затем наклонила голову, прищурила глаза, усмехнулась и спросила сына: — Так это ты прятал её от всех?
Валгус только улыбнулся, одновременно виновато и с вызовом. Словно хотел показать, что пойдёт против всего света из-за меня. В тот момент я даже на секунду не задумалась, имею ли право на такую жертву? Мне было всё равно.
Домой я пришла далеко после полуночи, и провалилась сразу в глубокий сон. Счастье переполняло меня, было ощущение, что пустая до этого жизнь наконец-то наполнилась смыслом.
Страх ещё не оставил меня до конца. Чего я боялась? Всего. А больше — саму себя. Мне казалось, что я растворяюсь в Валгусе, теряя волю и душу. И если сумасшествие с его стороны неожиданно закончится, и он сообразит, что я не для него, то собрать себя уже не получится.
И всё-таки я была счастлива. Безмерно. Потому что, когда мы остались с Валгусом наедине, и я попробовала перевести случившееся в шутку — наверняка он устроил эту штуку с поцелуями и признанием родителям ради моей безопасности — сказала, криво усмехнувшись:
— Ну, ты даёшь. Даже я тебе поверила!
И наткнулась на внимательный взгляд. Мой друг, поняв, что я имела ввиду, улыбнулся, осторожно взял в ладони мое лицо и снова поцеловал.
Ноги предательски задрожали, мне осталось только одно — довериться тому чувству, что толкало меня к Валгусу. Я ответила на поцелуй. С неожиданной силой. С пугающей саму себя страстью. И когда мы, наконец, отодвинулись, меня некоторое время еще сотрясала мелкая дрожь, как от сильного озноба.
— Тебе плохо? — нахмурился Валгус.
Кажется, его испугало, что со мной происходит. Я молча покачала головой — говорить не было сил. И желания тоже не было. Казалось, стоит открыть рот, и всё безвозвратно испорчу.
— Значит — хорошо? — чуть самодовольно улыбнулся юноша, а я в ответ уткнулась ему в плечо.
— Дичок, хоть и поздновато я спрашиваю, но… — выдохнул в мои волосы Валгус, — ты согласна стать моей девушкой?
Разве я могла сказать "нет" если мечтала стать ею с того самого дня, как он утешал меня в лесу? Наверное, мое лицо сказало все за меня, потому как Валгус довольно рассмеялся и обнял меня ещё крепче. Мы просидели у него в комнате несколько часов. Родители Валгуса нас не тревожили, им тоже надо было собраться с мыслями. Но и спать не ложились, наверное, сторожили пока я уйду. Думаю, Валгусу пришлось объясняться с ними.
Он проводил меня до дверей, пожелав спокойной ночи. Домой я зашла, не чуя ног. И вот теперь лежала с блаженной улыбкой и глазела в потолок, с нетерпением ожидая утра. За стеной храпел Влад, рядом тихо сопела Лялька, а на кухне гудел холодильник. Всё как обычно. И всё не так. Мне казалось, я имею право на чудо, и в старом году останется всё плохое. И пусть я оказалась почти без семьи, теперь у меня есть большее — тот, кто дороже всех на свете. Пусть он даже не подозревает об этом.
7 глава
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
