— Как жаль, — она укоризненно покачала головой. — У Коула был такой решительный вид. Я так надеялась, что хоть сегодня ему хватит смелости признаться тебе в своих чувствах, но, кажется, не судьба.
— Мы просто выпили какао, Лорри. Лорд Хенсли попросил не давать леди Тэмзин новых поводов для грязных сплетен и почти сразу ушел.
— Οн защищает твою честь. Это уже неплохо, — довольно заулыбалась графиня. — А твое невероятное какао способно растопить сердце любого мужчины. Вот увидишь, Коул скоро оценит тебя по достоинству. Вы уже встречаетесь каждый день — разве не прекрасно?
— Предпочту, чтобы этих встреч было поменьше, — буркнула я. — И поводов тоже.
— Что ты имеешь в виду?
Я посмотрела в удивленные изумрудные глаза графини.
— Лорд Коул приказал держаться подальше от лорда Голдена. А главное, не впутывать в это тебя. И знаешь, — я вздохнула, собираясь с духом, прежде чем продолжить, — мне кажется, он прав. Лучше бы нам прекратить расследование. Это может оказаться опасным.
— А как же Мэрион?
Имя сестры ударило зазубренным ножом по сердцу. Я знала, что никогда не брошу поисков, но сейчас, с Лорри, мне надо было сделать то, что должно. Ради нее, ради себя, ради лорда Хенсли…
— Не надо, Лорри, — собственный голос показался мне чужим. — Ты сама сказала, что Мэрион влюбилась и сбежала с новым избранником. Пусть будет счастлива, как она и хотела. Наверное, надо уметь отпускать…
Лоррейн молчала — долго, непривычно. Потребовались все силы, что бы решиться поднять взгляд. Юная графиня выглядела расстроенной, растерянной и разочарованной — будто я только что предала нечто важное, что связывало нас.
— Я же не дура, Эв, — тихо, но твердо проговорила она. — Я прекрасно понимаю, что ты делаешь. Выполняешь приказ моего брата, вот что. Но знай, я уже пообещала тебе помощь, и от своих слов отказываться не собираюсь. Если Коул не хочет, чтобы мы вмешивались в жизнь лорда Голдена — прекрасно. Нам нужна Мэрион, а не герцог — разве не так?
— Так, — я замешкалась. — Но…
— Значит, будем ее искать. Никакие возражения не принимаются. Я поговорила с девочками, и они рассказали, что мисс Вестерс занимала Лавандовые покои в крыле Луноликой. Сейчас там живет младшая фрейлина Селия Фаулер, но я уверена, что можно будет как-то незаметно проникнуть туда. Посмотрим, не оставила ли Мэрион каких-нибудь тайных посланий. Это не будет нарушением твоего слова моему брату. Заодно попробуем разузнать что-нибудь о поклонниках твоей сестры. А лорда Γолдена трогать не будем. Идет?
Приободрившись, я кивнула.
ГЛАВА 7
На узкой галерее, опоясывавшей Золотой тронный зал, было тесно от слуг. Желающих посмотреть представление дебютанток и следующий за ним первый бал нового сезона оказалось хоть отбавляй. Горничные и лакеи жаждали свежих сплетен не меньше, а то и больше собственных хозяев, и жадно ловили каждую мелочь, чтобы потом обсуждать за штопкой, готовкой и уборкой парные ленты сестер Куинн, жемчужные подвески леди Диккерсон, плотно сидящий камзол лорда Синглтона, сильно располневшего за время зимнего безделья в родовом замке, или оттенок платья мисс Черити Харт, главной фаворитки этого дебютного сезона.
Вполуха прислушиваясь к витавшим в воздухе шепоткам, я диву давалась, как глазастые слуги умудрялись разглядеть хоть что — то с такой высоты, да еще и через частое кружево балконной обрешетки. И не просто разглядеть, а опознать за иллюзией придворных масок того или иного лорда или леди. Чувствовался немалый опыт. Те, кто не один сезон провел при дворе, начищая паркеты или разнося напитки, запоминали пестрые образы не хуже императорской четы. А голос, походка, фасон одежды, привычки, вкусы и — что немаловажно — цвет камня силы отлично дополняли картину, позволяя пo манере держать бокал безошибочно узнать в оскаленной львиной морде лорда Веймора, известного любителя выпить.
Для меня, совершенно неискушенной в придворной жизни, три сотни причудливо разодетых гостей, постоянно перемещавшихся по залу в ожидании начала торжества, слились в единую многоцветную и многоголосую толпу. Я рассеянно выискивала взглядом Лорри и леди Тэмзин, но, похоже, дебютанткам запрещено было появляться в тронном зале до представления Солнцеликому и Луноликой. Лорд Коул, старший представитель семейства Хенсли при дворе, тоже должен был быть среди гостей. Впрочем, я понятия не имела, какая у него маска, а значит, при всем желании не могла его найти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Как и лорда Голдена. Во дворце шептались, что со дня на день он должен вернуться, но никто, даже самые пронырливые горничные, так и не узнал, появится ли герцог к началу сегодняшнего вечера.
Я боялась и одновременно жаждала встречи. Если кто и мог рассказать, что случилось с Мэрион, то лишь он, лорд Эдельберт Голден. Вот только…
Обещание, данное графу Коулу, было для нашего расследования хуже проклятия. Несмотря на то, что идея Лорри с проникновением в бывшую спальню Мэрион была не лишена смысла — сестра обожала делать тайники, и я не сомневалась, что в личных покоях бывшей фрейлины отыщется парочка — попытка втереться в доверие к Селии, занимавшей Лавандовые комнаты, провалилась с треском. Πо необъяснимой причине обаяние юной графини не подействовало на строгую девицу, замкнутую и холодную, как северные предгорья, откуда она была родом. Максимум, чего удалось добиться — приглашения на послеобеденный чай, но, по словам Лоррейн, хозяйка Лавандовых покоев не проявила интереса к веселой беседе и постоянно поглядывала на часы, словно намекая, что гостья, с энтузиазмом допивавшая уже третью чашку, слишком засиделась.
— Я осмотрела все, что сумела, Эв, — жаловалась на следующий день Лорри, стоически выпившая горьковатый травяной настой, который заваривала Селия, хотя вообще-то чай терпеть не могла. — Но никаких тайников не увидела и не почувствовала. Рисунок обоев нигде не поврежден, на ковре нет следов, что его отгибали или перемещали, а в шкафы мисс Фаулер, конечно же, не позволила мне заглянуть.
— Мэр всегда хорошо умела прятать, — я пожала плечами. — Если она и оставила что-то в своей бывшей спальне, найти это будет непросто.
Лорри поморщилась — перспектива дальнейших чаепитий не очень — то ее обрадовала. Но отказываться от расследования графиня не пожелала и тут же предложила новую идею.
— Может, в следующий раз пойдем вместе? Селия была не особенно разговорчива, но она вскользь упомянула Вест-холл. Твой родной пансион, Эв, — не увидев на моем лице ни капли интереса, с нажимом добавила Лоррейн. — Разве это не здорово? Поговорите о знакомых местах, вспомните любимых воспитательниц и вкус пирога с тыквой и сливками. Может, и о Мэрион посплетничаете — Селия примерно моя ровесница, а младшие девочки обычно с обожанием смотрят на старших пансионерок. А я тем временем со скучающим видом поброжу по гостиной и поищу зацепки и тайники.
Меня прошиб холодный пот. Вот только бывшей «соученицы» мне не хватало!
— Лорри, — постаралась я придать возражениям мягкость и стройность. — Не думаю, что это хорошая идея. Мисс Фаулер — фрейлина ее величества. Она добилась в жизни куда больше, чем я, и не думаю, что компания служанки придется ей в радость.
— Не служанки, а компаньонки. И… ну глупости все это, Эв! Не вижу причин, по которым кто-то может считать ниже своего достоинства общение с тобой. Ты самая честная и порядочная девушка из всех, кого я знаю. А происхождение… да кого это вообще волнует?
— Много кого. К тому же, не очень-то вежливо приводить на чай непрошенных гостей, а потом еще гулять по чужим покоям, словно ты какая-нибудь воровка. Давай оставим Селию на потом, а пока попробуем поискать другие зацепки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Лорри поскучнела, но, к моему величайшему облегчению, согласилась, что рыться в комнате Селии в присутствии хозяйки однозначно не стоит.
В поисках способа незаметно пробраться в бывшую спальню Мэрион мы не забывали и о других вариантах. Юная графиня втайне от меня решилась завести разговор с некоторыми из старших фрейлин, но лишь убедилась, что те действительно не нашли ни одного доброго слова в адрес девицы Вестерс. Я, в свою очередь, попыталась поговорить со слугами, но наткнулась на глухую стену отрицания и страха. В этом явственно чувствовалась рука лорда Коула, так что пришлось прекратить расспросы, пока на нас с Лорри не донесли, кому следует.
