случилось что-то не то. Открыв глаза, он пошёл на меня, но будто стал тяжелее, чем раньше. Каждый его шаг отчётливо слышался на деревянном полу. Да я сам ощущал, как доски подо мной дрожали. А его морда? Будто кто-то пригласил каменотёса! И тот сделал из глыбы пародию на морду этого здорового латиноса! Это точно не кожа, а, мать его камень! Его голова, торс, руки и ноги! Всё покрылось каменной коркой! Он словно стал ходячей статуей!
Я охерел.
Реально! Долбанная каменная статуя шла ко мне, чтобы выбить всё дерьмо. Даже пузо, выглядывавшее из-под тесной формы, стало каменным!
Это реально? И как, вообще, его бить?
Несколько человек, обедающих неподалёку, похватав тарелки, отошли, чтобы их не задели. Я схватил стул, на котором сидел один из них. Перехватил поудобнее.
— Ну давай, годзилла! — хмыкнул я.
Решая проверить его каменную броню, резко подшагнул навстречу и ударил стулом. Вщепки. Отдача прошлась по рукам. Но я тут же ударил кулаком ему в лоб. Ой, зря! Только отбил костяшки! А он схватил меня за шею своими твердющими пальцами и приподнял от пола. Вот это силища! Даже не знаю чему удивляться? Как он оторвал меня от пола? Или что меня душила долбанная статуя бандита-латиноса в тесной форме курсанта! Это ещё более нелепо, чем когда меня сожгли на электрическом стуле собственные друзья!
Я ткнул этого быка в глаза пальцами, пнул по яйцам, всё бесполезно! Он покрыт твёрдым слоем камня.
— Ыхых! — оскалился толстяк каменными зубами. — Вот и всё, козёл.
А ведь дышать, и правда, становилось сложнее.
— Давай, Карло! Прикончи его!
— Красава, Карло! Так ему!
— Сдавайся, Каттани! Ты проиграл!
— Сержант Саттана, нужно остановить бой!
Я ощущал: ещё немного и потеряю сознание. Стиснув из последних сил зубы, сжал запястья толстяка, намереваясь оттолкнуться от его пуза ногами. И вдруг почувствовал, как ладони словно ударило слабым разрядом тока. Неужели опять подыхаю? Нет. Это явно не предсмертное ощущение. Теперь что-то с моими руками! Мои неумелые пальцы покрывались каменной крошкой. А толстяк латинос будто становился мягче. Я прям чувствовал, как сжимаю его мясные руки.
Он закряхтел, пытаясь меня задушить, но не смог. Секундой после его глаза округлились от удивления. А каменный доспех осыпался. Терять момент я не стал и врезал ему правым хуком от души.
— Карло!!! — выкрикнули латиносы, когда тот кубарём полетел по полу, сбив стол.
Чё за? Я и сам удивился. Откуда силушка такая? Взглянул на свой кулак… И офигел.
Тот покрыт камнем!
Тут же взглянул на вторую руку. И она тоже! Приподнял рубашку и обнаружил камень! Я стал камнем! Охренеть!
Стало очень тихо.
Все на меня вылупились, будто видели впервые. И это при том, что никто и не почесался, когда каменным стал этот толстый чувак! Они что, видели ходячие статуи каждый день? Но почему-то именно я их удивил. Хотя ладно. Сержанту Саттане пофиг, он стоял в сторонке, наблюдая за нами.
Я снова посмотрел на руки. Эта чешуя, камни, или что это было, медленно осыпалась вниз, но где-то по пути исчезала. И так по всему телу, будто отшелушивалась сухая кожа, но старые частички превращались в пыль.
— Ого! — сержант пару раз с издёвкой хлопнул в ладоши. — Да у нас тут абсорбер! Давненько не было!
Абсорбер? И что это значит? Но спрашивать Саттану не хотелось. Он тем временем склонился над корчащимся от боли здоровяком:
— Не помогла тебе твоя каменная кожа, сынок, — Саттана широко улыбнулся и поглядел на его притихших товарищей. — В лазарет его! Живо! А как оклемается, будет драить все сортиры, какие тут только есть!
А я, поняв, что ко мне никаких претензий не последует, вернулся за стол. Стейк валялся на полу. Чай я выплеснул в рожу латиносу. А суп сожрал. Вот и поужинал называется. Взяв поднос, принялся складывать на него свою посуду.
— Ты как? — спросил меня Йонас Саттана.
— Переживу. — ответил я.
— Круто ты их. Теперь понял, почему сказал не вмешиваться, — улыбнулся он. — Решил девчонок закадрить? — и указал на сидящих за столом курсанток, что явно смотрели в мою сторону.
— Пф. Больно надо, — буркнул я в ответ. Встречаться с малолеткой? Больше проблем на голову.
— Лина не говорила, что её брат — абсорбер, — сказала Марианна Альбанелла, поправив прядь волос за ухо.
— Что за "абсорбер"? — спросил я и ещё раз посмотрел на руки. При этом уложив тарелки на поднос.
— Не знаешь? — удивился Йонас. — Ты же поглощаешь чужие способности. Забыл, что ли? Такой редкий сенс, а ты… понял, ты придуриваешься!
— Сенс? И много этих… сенсов?
— Ну вообще… хотя. А не ты ли нам только что сказал, что ты сам по себе, а мы сами по себе?
Оба сразу помрачнели. Реакция справедливая. Да и зачем мне их помощь? Сам теперь знаю об этом месте больше. Никого не удивляет, когда один из курсантов вдруг стал каменным. Но удивило, когда стал каменным я.
Какие тайны ты ещё хранишь, Брюс Каттани? Надо почитать его записную книжку.
* * *
Нас построили во дворе, между мощным зданием Академии с кучей пристроек и лесом, который начинался совсем рядом. Оба злодея, Де Вилье и Саттана, готовились продолжать пытки.
— Помимо обучения, зубрёжки, стрельбы, владения сенсом и физподготовки, — продолжал отдохнувший лейтенант Де Вилье. — Курсанты занимаются облагораживанием территории. Уборкой мусора…
Ветер прокатил мимо нас пустую алюминиевую банку. Сержант оттолкнул её ногой подальше.
— … и ремонтом забора, — добавил Де Вилье.
— Но ведь нет никакого забора, — низкорослый парнишка с редкими волосами бородки огляделся. Вокруг академии, и правда, не было никакого ограждения, лишь ворота, преграждающие проезд.
— А ты у нас самый умный? Фамилия! — окликнул его сержант.
— Сойер… — сглотнул мелкий.
— Курсант Сойер! Ты назначен в бригаду ремонта забора! — выпалил Саттана.
— Но какого ремонта? — продолжал тупить мелкий, хотя ему следовало помалкивать. — Ведь забора, вообще, нет!
— Да ты не просто умный! — воскликнул сержант. — Ты, мать твою, гений! Вот все гении пусть теперь бегут на склад, получают кирпичи, цемент и приступают к ремонту! Бегом!!!
— …
— Я сказал: бегом, курсант Сойер, на склад за строительным материалом!
— Есть! — догадался тот что нужно ответить и растерянный поспешил выполнять задачу.
Кто-то в строю засмеялся. Сержант, как змея на охоте, резким рывком устремился к нему.
— Фамилия?
Худой парень с огромным горбатым носом мгновенно побледнел.
— Марко Николич, — назвался он.
— Способность?
— Бэ-два-два.
— Отлично, — сержант проверил планшет и обратился ко всем: — Если вы не поняли, назначенные вам группы зависят от ваших способностей, сенсов. Вы или ваши родственники указывали
