Кроме этого, навряд ли китайская чайная церемония по своей сложности и утонченности когда-либо существенно приближалась к японской и в прошлом: китайцам никогда не было свойственно японское стремление к доведению вещей до степени высшей рафинированности. Вы можете убедиться в этом и на другом примере, проанализировав, скажем, разницу содержания и вида формальных упражнений в китайских и японских боевых искусствах.
Тем не менее некоторые жители Поднебесной вряд ли уступают в искусстве наливания чая японским мастерам чайной церемонии. Например, и поныне в чайных провинции Сычуань обжигающий кипяток наливает посетителям специальный служащий из большого металлического чайника с тонким и длинным, почти метровым носиком. Струя кипятка, вырываясь из такого носика, пролетает от нескольких десятков сантиметров до примерно полутора метров по воздуху и попадает точно в вашу чашку. Если наливающий кипяток мужичок действительно является специалистом своего дела, то ни капли воды не упадет мимо чашки и, тем более, ни один из сидящих за столом не будет обрызган. Говорят, что в стародавние времена такие чайники появились именно в царстве Шу (Шу — второе название Сычуани) в свое время потому, что в этой густонаселенной области столики в чайных всегда были облеплены народом: слуге приходилось наливать кипяток из-за плеча сидящего, что являлось крайне ответственным делом. Рассказывают также, что стать таким специалистом мог в старину далеко не каждый, ведь перед тем как получить в руки чайник с горячей водой, кандидат должен был сдать очень необычный экзамен — со значительного расстояния попасть струей кипятка из носика в отверстие мелкой монеты. Напоминаю, что в старом Китае медные монеты изготовлялись с отверстием в центре: из-за своей небольшой стоимости они часто нанизывались на нить и использовались в связках. Размер отверстия составлял всего несколько миллиметров, и попасть в него с расстояния кипятком из тяжелого чайника — задача не из легких.
Сейчас, насколько мне известно, никто таких экзаменов не сдает и не принимает, но обитатели провинции Сычуань в большинстве своем сохраняют должный уровень мастерства. Однако, если в «сычуаньском» ресторане в какой-нибудь другой провинции Китая (или, не дай бог, у нас в России) вы увидите парнишку с таким вот длинноносым чайником в руках, берегитесь: опасность рядом. Если он собрался налить вам чайку, лучше спрятаться на время под стол…
Если чай заваривается не в фарфоровом чайнике, а прямо в чашке, а кипяток доливается по ходу дела, как это делается в Сычуани и многих других частях Китая, то можно ожидать, что вам достанется чашка с полукруглым блюдцем и полукруглой же крышкой, не накрывающей края чашки. Таким образом, можно посасывать чай сквозь щель между крышкой и краем чашки, не позволяя листьям попадать в рот с каждым глотком.
Крышка в таких случаях очень полезна, ибо в чашке может болтаться не только некоторое количество разварившихся листьев, но и много других вещей. Например, заслуженно популярный в Китае «Чай восьми драгоценностей» («Бабаоча») представляет собой смесь чайного листа с сушеными цветками хризантемы, сушеным жужубом (китайским фиником), сахаром в больших прозрачных кристаллах и другими ингредиентами. Будучи залит кипятком, этот набор постепенно разбухает и заполняет собой добрую половину чашки. Разжевывать эту фигню довольно муторно (а лучше этого вообще не делать), но напиток получается замечательно вкусным.
Как уже говорилось выше, истинным национальным сосудом для питья чая в Китае является сейчас отнюдь не изысканная фарфоровая чашка, а банка с завинчивающейся крышкой. Но если в исходном варианте это была стеклянная емкость из-под некого консервированного продукта, то теперь китайская промышленность наладила выпуск целой кучи вариаций на данную тему: баночку можно приобрести большую или маленькую, стеклянную, пластиковую, металлическую… с рисунком, в чехле, на ремешке… варианты бесконечны. В течение дня запас жидкости в заветном сосуде многократно пополняется путем доливания кипятка (заварка обычно не досыпается), поскольку потребление (путем шумного всасывания) происходит ежеминутно. И разумеется, за поисками источника кипятка следует поиск ближайшего туалета… причем если на ро дном заводе или в офисе все уже давно обустроено как надо (то есть бак с кипятком, термометром и краником и туалет находятся на расстоянии непосредственного визуального контакта), то, к примеру, в турпоездке жизнь среднего китайца незавидна: очень тяжело с утра до вечера существовать от одного сортира до другого, крепиться, похныкивая и прыгая с ноги на ногу, и одновременно высматривать повсюду заветную горячую воду («а-ааа, ужас! ужас! у меня осталась только треть баночки!!!»)…
Усиленное потребление горячей воды (ну да, когда-то это был зеленый чай, но после десятого вливания кипятка, сами понимаете…) связано со стойкими китайскими представлениями о «ян шэн» («поддержании здоровья»); злые языки говорят, что нынешнее повышенное внимание к самооздоровлению связано с высокой стоимостью медицинских услуг в Китае и отсутствием нормальной системы социального страхования. Убедить же китайца в том, что три литра жидкости (и это только вода из любимой баночки) вдень полагаются разве что альпинисту на восхождении, но уж никак не семидесятилетней бабусе на заслуженном отдыхе, решительно невозможно…
Если зеленый китайский чай, хотя и не самого лучшего (но и не самого худшего) качества, можно иногда сейчас купить в наших магазинах, а уж про чай черный мы сами можем многое рассказать, то так называемые «промежуточные», или полуферментированные, сорта типа «Улун» («Черный дракон») или «Тегуаньинь» («Железная Гуаньинь») у нас редкие гости. Это действительно нечто среднее между зеленым и черным чаем, при заваривании дают светло-желтый, не насыщенный цвет. Вкус у них достаточно специфический, но многие мои знакомые нашли обе этих марки вполне приемлемыми для себя.
Развесистые дифирамбы, которые поют китайцы своему давнему изобретению (в основном не черным, а зеленым сортам; некоторые по простоте душевной почему-то вообще полагают черный чай заморским продуктом) в смысле его пользы для здоровья, преувеличены разве что самую малость — это довольно редкий случай, ибо обыкновенно китайское хвастовство никаких границ не знает. Кроме бодрящего эффекта, которым обладает черный чай, его зеленый собрат способствует очищению организма, снижению уровня холестерина в крови, нормализует давление и сердечный ритм, успокаивает психику, помогает переносить сильную жару и прекрасно утоляет жажду. Регулярное его употребление вполне способно принести здоровью заметное улучшение (если, конечно, не убивать одновременно это самое здоровье ежедневно с помощью рюмки, сигареты и стрессов).
Между прочим, большинство видов так называемого «оздоровительного чая» китайского производства, появившегося в нашей стране, сделано именно на основе обычного зеленого чая с добавлением различных трав, так что для человека эти снадобья, как правило, по крайней мере не вредны, а при разумном употреблении могут дать и некоторый положительный эффект типа нормализации сна и аппетита. Исключение составляет списанный по причине своей некондиционности сомнительный товар типа заполонившей некогда российские аптеки «Летящей ласточки» — к нам эту дрянь спихнули именно потому, что в Китае она была запрещена к продаже министерством здравоохранения.
Вопрос, который до сих пор волнует прекрасную половину российского населения: можно ли похудеть на халяву, вкушая торты и запивая их чудодейственным китайским чаем марки «Канкура», «Жуйхер» или… (вариаций много, поскольку торгашей, желающих заработать на этой вечно животрепещущей теме, с годами меньше не становится)? Конечно, можно, но только без тортов! Я даже могу поделиться универсальным тайным китайским рецептом использования этих снадобий (мне поведал его один шаолиньский монах): утром чашка чая для похудения (подходит любой бренд) + кросс три километра + не жрать жирное, сдобное и картофельное в течение дня, есть побольше фруктов и овощей + вечером полтора часа активной тренировки + на ночь еще одна чашка китайского чая той же марки, что и утром. Уже через пару месяцев результат сразит наповал всех окружающих, и будет вам счастье…
И наконец, о самом главном. Марки, сорта и виды чая в Китае настолько разнообразны, что их описанию можно было бы посвятить не меньше страниц, нежели китайской кухне, то есть многотомное сочинение. По понятным причинам я не могу сделать этого здесь и ограничусь лишь беглым описанием. Но несправедливо будет не сказать, что основной отличительной чертой и общей особенностью всех китайских чаев является их неповторимый, тонкий, изумительный аромат. Я согласен с тем, что черный чайный лист тоже иногда неплохо пахнет, но, будучи заваренным, он довольно редко отличается действительно изысканным запахом. Зеленый же чай приятен для обоняния почти всегда, и в сухом, и в заваренном виде, зимой и летом, в любую погоду и в любом месте, на изысканном банкете и на горном перевале… Кажется, что это одно из тех немногих изобретений, которыми китайцы могут гордиться с полным и несомненным основанием.
