Передразнивая московское «аканье», Гаврилина рассказывает мне, как в Калининграде дети играют «в войну» между русскими, немцами и москалями. Русские с немцами то мирятся, то ругаются, а с москалями сражаются и те и другие. «Москали — это что-то пришлое и очень противное. Но, понимаете, Калининграду проще, он от этой Москвы отделен несколькими границами. А Петербург напрямую под давлением этой Москвы. Вокруг себя Москва все соки уже выпила, маленькие области вокруг нее — это же выжженная земля, где, как уверены москвичи, живут одни пенсионеры. А у нас еще есть свои силы и свой разум. К черту этот федеральный центр».
23 июля 2012
Калининград
«Будет бедно, но чисто и красиво, как в Белоруссии»
В марте 2012 года правительство России запретило беспошлинно ввозить в страну кокосовый жир, из которого делают глазурь для мороженого, и пальмовое масло в коробах, бочках и канистрах. Предприниматели Калининградской области безуспешно противостояли этому решению с осени: вводимый пятипроцентный сбор на ввоз тропических масел противоречил условиям работы в свободной экономической зоне, которой до сих пор является самый западный регион России. Проведенная лоббистами из Центральной России поправка в перечень товаров, которые запрещены к помещению под таможенный режим в условиях свободной экономической зоны (СЭЗ), грозила тридцати высокотехнологичным предприятиям, которые производят мыловаренную и масложировую продукцию, лишиться 4,5 тыс. рабочих мест.
«Я вообще не понимаю, как можно вот так взять и вытащить из федерального закона о Калининградской области определенные льготы, — возмущался в беседе с корреспондентом калининградского городского портала RUGRAD. EU Вадимом Хлебниковым директор Фабрики шоколадных масс Никита Смелков. — Я думаю, что только Госдума имеет право такие вещи делать, ведь весь наш бизнес строится на том, что в области нет таможенной пошлины. Завод корпорации „Союз“ построен на этом, и инвестиции в Калининградскую область делались именно для этого. Сейчас же какие-то люди взяли и просто решили, что закон Калининградской области им до балды».
«Это очередной пример необходимости закрепления права области на возможности наложения вето на решения, существенно влияющие на инвестиционный климат региона и принятые без должной оценки последствий. Неприятность этой ситуации еще и в том, что номенклатура товаров подобрана так, что запрет касается большого количества предприятий, использующих в своем производстве растительные жиры и существенно укрепивших свои позиции на российском рынке в последние годы. Они как раз начали модернизацию и взяли под нее кредиты. Так что пока толстый сохнет, худой может и умереть», — прокомментировал министр промышленности, предпринимательства и торговли области Дмитрий Чемакин. Он заявил, что подобные мероприятия необходимо проводить только после согласования с региональным правительством.
Об этой бизнес-драме мне рассказал исполнительный директор Международного конгресса промышленников и предпринимателей Андрей Ермак.
«И вы представляете, до Нового года все было нормально, а потом оказывается... — горячился он в пятницу вечером в центре Калининграда, говоря о местных кондитерах. — Для них это катастрофа: все планы развития производства срываются. Никто не понимает, как это работает, просто приходит решение из Москвы, где говорится, что теперь будет так. А то, что уже есть параллельно правила особой экономической зоны, их не волнует — у нас же Россия единая и неделимая».
В такую же ситуацию в Калининграде попали производители коньячных спиртов: «Их так же подзаконным актом, принятым в Москве, выбили из колеи, и они ушли в Черноголовку заниматься производством коньячных спиртов там. В области все умерло».
В Калининградской области живет меньше 1% населения России — 950 тыс. человек. Из них малым и средним бизнесом здесь занимается 46% жителей. По официальным данным, средняя зарплата — 25 тыс. руб., местные жители называют цифру 18 тыс.: «Если готова Москва тупо содержать эти 950 тыс. человек на территории области, ну дайте тогда денег и забудьте эту тему. Все мы сделаем тут, будет бедно, но чисто и красиво, как в Белоруссии. Но если вы хотите, чтоб здесь что-то развивалось, это совсем другая история».
Развитию предпринимательства в регионе во многом способствовал режим СЭЗ. Сейчас он предусматривает нулевой налог на имущество и нулевой на прибыль, а также отсутствие входного НДС для предприятий, зарегистрированных на территории области. Но даже с этими льготами продукция из Калининградской области не выдерживает конкуренции на российском рынке из-за транспортных расходов.
«Пройти границу на Литву, потом границу на Россию, долететь 1300 км до Москвы — это сложно, тотальный геморрой. Производитель из Москвы, который торгует в Твери, заранее в более выгодных условиях, — объясняет Ермак. — Если бы у федерального центра была бы понятная политика, что, мол, мы не хотим в Калининграде никакого производства, то вопрос снимается. Но здесь, с одной стороны, хотят увидеть экономическую витрину России в Европе, второй Сингапур, новый Гонконг, то-се, а с другой — лютует таможня и такие нормативные акты принимаются в Москве, которые бизнес убивают. То режим особой зоны, то Медведев говорит, что область точно такая же Россия, как все остальное. Или говорят: надо развивать экспорт, но чуть какая заваруха с Польшей, мы их сразу „Искандерами“ пугаем. Пока мы используемся как разменная карта по любому вопросу с ЕС. Касается дело нашей области, не касается, не важно».
Действие федерального закона о СЭЗ в Калининградской области заканчивается в 2016 году. Продлевать его не будут, иначе возникнут противоречия с принципами ВТО, куда недавно вступила Россия. Поэтому после 2016 года мелкий бизнес планируется заменить несколькими крупными налогоплательщиками — энергокомпанией-монополистом на западе России «Янтарьэнерго» и производителем автомобилей KIA и BMW «Автотором». «А пока все мои знакомые из среднего класса выводят бизнес за границу или в Центральную Россию. Последствия этих процессов непредсказуемы, — говорит один из местных предпринимателей. — Владелец магазина не пойдет работать в слесарный цех, он этого не умеет и там не нужен со своими запросами по деньгам и взглядами на жизнь. Владельцам проще привезти сюда работников из того же Тольятти, которые с учетом климата и особенностей жизни с удовольствием сюда поедут. У меня такое впечатление, что никто сейчас в правительстве возможные последствия такого процесса не просчитывает».
Доцент кафедры политологии и социологии БФУ имени Канта Владимир Абрамов, убежденный противник сепаратизма, считает, что игнорирование федеральным центром региональной специфики неизбежно подталкивает население к «социальным действиям очевидной автономистской направленности». Он приводит цифры: у 25% населения Калининградской области есть на руках шенгенская мультивиза, загранпаспорта — у 60% жителей. Таких показателей нет ни в одном регионе России, где 80% населения вообще никогда не выезжало за границу. Одновременно все больше представителей среднего класса используют соседние районы других стран в качестве «варианта Б»: приобретают недвижимость, вместе с ней вид на жительство, наиболее продвинутые устраивают детей в польско-литовские школы, чтобы потом они шли в польско-литовские вузы и «получали международно признанный диплом, а не сомнительные бумажки».
Абрамов не ошибается в подсчетах: родители одной из лучших школ города, Первой гимназии, рассказали, что в сентябре 2012 года в классах пустовало много мест. Кого перевели в Германию, кого в Польшу, кого в Великобританию.
В прошлом году дочь одного из моих собеседников поступала в первый класс гимназии. Дети туда идут хорошо подготовленные, из благополучных семей. На встрече с учениками перед 1 сентября учитель спросил: какие города России, кроме Калининграда, вы знаете? В ответ он услышал: Вильнюс, Гданьск, Варшава, Берлин, Польша, Минск. Ни один из 30 первоклассников не назвал ни Москвы, ни Санкт-Петербурга. Что касается старшеклассников, то, по оценкам преподавателей, более половины учащихся не связывают свое будущее с «большой Россией».
«Пока это захватило тысячи людей. Когда это захватит сотни тысяч, то не совсем понятно, что будет делать Россия. Здесь будет абхазский вариант, — считает Абрамов. — В районе 2040 года в Кремле узнают, что больше половины населения Калининградской области являются гражданами ЕС. И что они тогда будут делать?»
Официальных данных о популярности «регионального сепаратизма» нет: опросы вообще не проводятся. До 2006 года специалисты БФУ раз в два года регулярно замеряли такие настроения.
