Я оглядел себя: запястья и рёбра были аккуратно затянуты в целебные повязки. Видимо, Белинда добавила в мазь что-то обезболивающее: все мерзкие ощущения уже почти сошли на нет.
- Спасибо, - искренне поблагодарил я, и колдунья устало улыбнулась.
- Спать будешь здесь. Других мест, к сожалению, не осталось. Подушек тоже, а вот плед я сейчас принесу.
- Давай схожу с тобой, - предложил я, чтобы не гонять её попусту. Белинда возражать не стала.
Мы поднялись наверх, и я остановился у порога, дожидаясь, пока хозяйка достанет мне покрывало. В приоткрытую дверь мне была видна стоявшая в углу кровать и вырисовывавшийся в свете лампы силуэт спавшей девушки. Заслышав шаги сквозь сон, Аманда пошевелилась, и приглушённый свет выхватил из мрака мягкие черты её лица.
"Она никогда не станет твоей", - предрекла мне Белинда.
"Ну, это мы ещё посмотрим", - подумал я.
При взгляде на Аманду отчего-то защемило сердце.
Глава 5
Главное препятствие познания истины есть не ложь, а подобие истины.
Лев Толстой
Говорят, утро вечера мудренее. Мол, встанешь спозаранку - и вот так, внезапно, поймёшь то, что вечером казалось туманным и неясным. Я никогда не верила в такое озарение, однако этим утром нечто подобное произошло и со мной.
Я поднялась с постели, когда небо за окном ещё было серым и сонным, и совершенно точно знала, что должна была делать теперь. Подумать только, и отчего эта идея раньше не пришла мне в голову?.. Очевидно, потому что все мысли были заняты тем, как вызволить Джера. Но теперь он был здесь, в безопасности, и я могла со спокойной совестью оставить его в покое, зная, что после осуществления моего нового плана Орден больше не станет тратить силы попусту на его поиски. Зачем им будет нужен Джер, если они получат меня?..
На стуле возле кровати я обнаружила своё платье - не алое, принадлежавшее Аннабель, но моё собственное, то, которое вчера вечером я оставила на маяке на попечение Белинде. Было приятно, что она захватила его с собой. Кроме того, рядом стоял таз с чистой водой - конечно, холодной, однако всё же подарившей мне долгожданную возможность освежиться. Одевшись и кое-как затянув корсет, я спустилась вниз в надежде найти там хозяйку, однако обнаружила лишь Джера, спавшего в гостиной на узкой, неудобной кушетке.
Запоздалое чувство вины охватило меня. Ну конечно, я должна была догадаться, что дом госпитальной сиделки - не гостиница, и здесь не найдёшь десятка комнат для неожиданно нагрянувших беглецов. А Джер был ранен; я должна была уступить ему право занять нормальную постель. Всё ещё раскаиваясь, я как можно тише выбралась из гостиной и прошла в крохотную кухню. Там на столе уже почти привычно обнаружила оставленный Белиндой завтрак: на этот раз горшок был горячим и аппетитно пах свежесваренным пшеном на молоке. Совесть принялась вгрызаться в меня с утроенным усердием. Я, что же, одна здесь спала этой ночью, как нормальный человек?..
На этот раз я не стала пренебрегать стараниями хозяйки и, достав с полки выщербленную тарелку, отложила себе порцию дымившейся каши.
- Доброе утро, Аманда, - раздался позади меня голос, мягкий и чуть хриплый ото сна.
Тарелка звякнула о стол.
- Доброе, - отозвалась я, оглядываясь на Джера, и быстро добавила: - Как вы?
- Намного лучше, благодарю.
Ему, в отличие от меня, не во что было переодеться, а потому на нём по-прежнему были лишь измятые и заляпанные грязью серые брюки да повязка, перетягивавшая всю его грудь. Только теперь, наутро, при дневном свете я осознала, что, вообще-то, созерцание мужчины в подобном виде должно было крайне смутить меня. Тем более мужчины, с которым в этой крохотной квартирке я, похоже, осталась наедине. Но от последней мысли кожа лишь покрылась неожиданными мурашками, а вот благопристойного конфуза я почему-то так и не испытала.
- Голодны? - спросила только, и когда Джер кивнул, потянулась за второй тарелкой.
Я не успела даже сообразить, как он оказался рядом - только почувствовала его присутствие и ощутила, как его рука накрывает мою. Пальцы замерли на полпути к полке, я ошеломлённо обернулась, встречая его взор.
- Высоко, - пояснил Джер и улыбнулся так невинно, что мне ничего не оставалось, как убрать руку и отступить на шаг. - Давайте я сам.
- Прошу, - машинально отозвалась я. Обернулась и, не глядя на него, опустилась за стол, упираясь взглядом в собственную тарелку. Щёки предательски заполыхали.
- Что будем делать дальше, Аманда? - спросил тем временем Джер, присаживаясь напротив. - У вас есть план?
Я заметила, что он произнёс "будем", но сделала вид, будто не придала этому значения.
- Вы, я думаю, сможете вернуться к себе домой уже сегодня вечером.
- Домой? - нахмурился он. - Боюсь, не получится. Орден так легко не оставит нас в покое.
И снова "нас".
- Обещаю, я позабочусь о том, чтобы он больше не доставлял вам хлопот. Вы можете вернуться к своей привычной жизни. Вы и так уже сделали слишком многое для меня.
- Но неужели вы не понимаете, Аманда? Без меня вам не удастся скрыться от них...
- А я и не собираюсь скрываться, - заявила тихо, но даже тихие, эти слова повергли Джера в ступор. Глаза его потемнели от тревоги.
- Что значит - не собираетесь? Что же, вы хотите сдаться им после всего, через что мы прошли ради этих проклятых бумажек?
- И да, и нет. У меня есть план, как обмануть их и выгадать время, чтобы расшифровать рукописи.
- Плохой план, - заявил Джер безапелляционно, и я усмехнулась:
- Вы ведь даже не выслушали.
- Неважно. В любом случае, он плох. Раскрывать себя? После стольких усилий?
- Я уже раскрыла себя вчера, - негромко заметила я. - И, к сожалению, не только перед сестрой, но и перед Кэллишем. А уж он, я знаю, не остановится ни перед чем, чтобы найти меня.
- И именно поэтому вам как никогда нужна моя помощь. Я помогу вам исчезнуть, Аманда. Я сделаю так, что никто и в самом деле не сумеет найти нас, будь то хоть сами дьяволы из преисподней.
Не знаю, почему в его словах мне отчётливо послышалось "на этот раз". Может быть, из-за тревожного выражения его лица или этого странного, непривычно молящего тона. Он ещё помнил, осознала я. Помнил, как предал меня. А я - могла ли я когда-нибудь по-настоящему забыть об этом?..
- Я не хочу больше прятаться, Джер, - сказала, стараясь отогнать неприятные мысли. - Вернее, до сегодняшнего дня именно это и было моим намерением, но я вдруг поняла, что не могу больше. Не могу всю жизнь бежать от них, я должна принять этот удар, должна вступить в бой с открытыми глазами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
