Читаем без скачивания Черная книга корпораций - Неизв.

«В каждом электронном приборе будут находиться танталовые конденсаторы, — грезит М. Бютефиш, представитель по связям с общественностью из «Starck». — Для первого “пентиума” потребовалось всего 50 таких конструктивных деталей, между тем их стало уже две или три сотни» (9). Вместе с впечатляющими показателями роста на рынке мобильных телефонов это привело к тому, что цена на танталовое сырье невероятно возросла.

О ПРОИСХОЖДЕНИИ КОНЦЕРН УМАЛЧИВАЕТ

О происхождении тантала руководитель концерна, конечно, не пожелал сказать.

— Это руды, разработка которых получает содействие на разных континентах как перспективная.

— На каких?

— Сожалею, но вы от меня информации не получите.

— Почему?

— Эти сведения конфиденциальны.

В ноябре 2000 года берлинская газета «Tageszeitung» впервые установила; связь между концерном и далекой африканской страной —- «Bayer» и Конго. Не рассказывая, что предприятие «Starck» извлекает свое сырье с территории военных действий, автор лишь констатировал, что тантал разрабатывается в области, занятой конголезскими повстанцами, и что дочернее предприятие фирмы «Bayer» — лидер мирового производства в его переработке (10).

Слово руководителю концерна М. Бютефишу:

— И то, и другое верно — взятое само по себе.

Несколько недель спустя еженедельник «Tageszeitung» приоткрыл, что колтан экспортируют организации, противостоящие друг другу в вооруженном конфликте, причем они финансируются через мафиозную торговую структуру (11).

Мне захотелось узнать у М. Бютефиша, участвует ли концерн в финансировании военных действий в Конго (12). Его ответ был таков:

— С такими упреками придется сталкиваться всякому, кто имеет дело с добычей сырья в развивающихся странах. Мы уже приучили себя к ним, и поэтому нам нечего прибавить к сказанному.

Почему бы ему попросту не ответить честно и откровенно, что концерн получает свои прибыли от тантала не из Конго?

— Если я пущусь в дискуссию на эту тему, то тогда я сам привлеку к себе внимание. А к этому мы не стремимся, это ведь нам не нужно.

— То есть сами вы исключаете, что металл прибывает из Конго?

— Я бы не сказал ни «да», ни «нет»(13).

ИТАК, НЕМЕЦКИЙ ТАНТАЛ НЕ ИЗ КОНГО?

Я искал доказательство — хотя бы одно! Больше всего меня сбивало с толку, что все эксперты по вопросам сырья утверждали, что из региона, расположенного между Конго и Руандой, экспорт сырья не осуществляется вовсе.

— Может статься, что пара килограммов или, по мне, хоть центнер, танталовой руды там и добывается, но на этом все и заканчивается, — сообщил мне М. Дальгеймер из Германского Федерального ведомства наук о Земле, ее недрах и сырьевых ресурсах (14). Ученый мирового значения, возможно, наиболее крупный эксперт по танталу, Ларри Каннингем из американского геологического научно-исследовательского бюро «Geological Survey» сожалеет:

— Из Конго данных нет.

И тут же добавляет:

— Но возможно всякое (15).

Конголезский журналист мне все-таки рассказал, что из месяца в месяц из Конго экспортируется по 200 тонн руды. Это почти пятая часть мировой продукции (16). Джуди Викенс из Международного исследовательского центра тантала и ниобия («Tantalum-Niobium International Study Center»), представляющего интересы промышленности, тоже знает кое-что об этих цифрах, правда, лишь понаслышке:

— Мы доверяем официальным данным о торговом обороте наших членов (к числу которых относится и «Starck» — прим. авт.). А другими мы не располагаем (17).

Кроме того, Викенс предупредила меня, что едва ли можно отследить торговые потоки задним числом. Ведь они идут обычно через посредников. А то, что существует у таможенников на бланке,— цитирую:

— Так ведь вы же сами не верите, что это протекает так вот гладко — честно и корректно! Или все-таки верите?

ТАЙНЫЕ РАССЛЕДОВАНИЯ

Итак, торговля с Конго должна процветать — при строжайшем соблюдении коммерческой тайны. Чтобы получить более точные данные, я решил лично войти в дело и стать торговым посредником. Конечно, на самом деле я вовсе не стремился торговать танталом, а лишь хотел провести журналистское расследование. В Интернете я наткнулся на некоторые ссылки: существуют виртуальные торговые биржи, на которых отдельные коммерсанты и фирмы завязывают международные деловые отношения (18). Речь идет о сделках — от кофе и декоративной золотой рыбки до природных богатств.

Тантал тоже пользуется спросом, и самым насущным! Многие торговцы сырьем имеют свои представительства в Германии. В торговом регистре появляются лишь немногие из них. Зачастую из названия фирмы не явствует, что она торгует ценными природными ресурсами. Так, например, фирма «Экваториальное сафари» из Танзании («Equatorial Safaris»), которая, по официальным сведениям, организует кэмпинговые туры в Серенгети (19), имеет по данным Интернет-биржи, «на складе» «140 тонн танталовой руды». Или гамбургское товарищество с ограниченной ответственностью «BTHS Handels und Seafood GmbH», которое закупает «15 — 20 тонн танталовой руды из Конго и Руанды» и постоянно ищет «дополнительное сырье из-за нестабильной политической ситуации в данном регионе» (20). Некто С. Банержи с адресом [email protected] разыскивает «танталовуго руду для Германии. Возможен длительный контакт» (21).

Это звучало заманчиво. Однако чтобы войти в дело, мне потребовалась новая идентификация. Проблем нет: действовать в Интернете можно и без документов, удостоверяющих личность, ибо в мире виртуальной реальности адрес электронной почты значим столь же, сколь и фамилия и место жительства. Например, без проблем можно отсылать и получать письма и документы как [email protected] или [email protected] — при условии, что прежде никому не приходило в голову именовать свой электронный почтовый ящик таким образом (22).

Через пять минут я был новым человеком.

Имя: Роберт Мбай Лиман.

Место жительства: Аруша, Танзания.

Профессия: торговец сырьем.

Приметы: хорошие связи с районом конголезских повстанцев.

Цель пребывания: вывоз в ФРГ 40 тонн чистейшего конголезского колтана.

Вечером 31 января 2001 года я разослал свое коммерческое предложение дюжине посредников. За тонну не переработанного сырья я хотел получить десять тысяч американских долларов. Моя цена была, таким образом, занижена по сравнению с мировой рыночной ценой, даже чересчур. Но именно это, как я считал, должно было привлечь внимание.

Примерно через четверть часа после щелчка мышью на кнопке отправки пришел первый ответ: некто Рашид Ремтула желал узнать, сколь высока доля тантала, ниоба, урана и тория в предлагаемой к продаже руде. Хороший вопрос! Честно говоря, я и понятия не имел, что следовало ответить, и решил после этого действовать по двум направлениям. Для начала я сам дал объявление о настоятельной потребности в тантале. Что-то вроде ускоренного курса лекций по минералогии. Если я не хотел засыпаться, то должен был быстро освоить терминологию, прижившуюся в рыночной среде. В течение нескольких часов я получил письмо от фирмы «Виталь-фарм», из которого извлек наиболее существенные для меня цифры. Теперь я был подкован. Через несколько часов после первого электронного сейла ко мне пришло письмо, которого я ждал. Отправлено оно было С. Банержи, который искал «танталосодержащую руду для Германии» в «долгосрочном контракте». Он (или она — мне ничего не было неизвестно об отправителе) затребовал детализированные данные о качественном составе сырья. Кроме того, С. Банержи оговорил условием комиссию в 2 процента на сделку. По его словам, сырье потом могло быть отгружено на суда с портом доставки Амстердам.

В течение двух дней меня — Роберта Мбай Лимана — виртуально посетили еще шесть торговцев, которые были заинтересованы в покупке колтановой руды. Среди них: танзанийский устроитель сафари, австрийская фирма «Трайбахер», которая сама перерабатывает тантал, и гамбургский рыботорговец из товарищества «BHTS Handels und Seafood GmbH». Через пару недель он признал в интервью газете «Tageszeitung», что закупает конголезский тантал через Уганду и сбывает его на внутригерманском рынке: «цены сумасшедшие» (23).

«BAYER» ХОЧЕТ КУПИТЬ КОЛТАН ИЗ КОНГО

Ободренный живой заинтересованностью, 1 февраля 2001 года я послал свое аморальное предложение в закупочные отделы предприятия «Starck» в Германии, Японии, США и Таиланде. По-английски я сделал запрос, не желает ли концерн «Bayer» осуществить заказ из области, занятой конголезскими повстанцами: «Я могу вам предложить большой груз (около 40 тонн) танталовой руды,: которая в настоящее время находится у меня на складе в Букаву (ДРК). Я могу продать ее по крайне выгодной для вас цене, если сделка осуществится в кратчайшие сроки. С наилучшими пожеланиями — Роберт Мбай Лиман, Аруша, Танзания».

Еще до утра пришел ответ. Юрген Бонье, осуществляющий закупки от лица концерна «Bayer» в Таиланде, писал: «Дорогой господин Лиман, мы в целом заинтересованы в приобретении сырья любого сорта, пригодного для получения тантала. Пожалуйста, предоставьте нам результаты анализов, репрезентативную пробу с 40 тонн и Вашу цену. Как только мы получим эту информацию, мы сразу же вышлем Вам наш ответ. С наилучшими пожеланиями, д-р Бонье».