Система безопасности уведомила меня о госте громким сигналом.
Кого там принесло? Агента Руда?
— Меня нет дома, — проворчала я, и перевернулась на другой бок. Какое мерзкое состояние: мучает постоянный голод, но стоит поесть, как начинает тошнить, а как тошнота уляжется, так снова хочется есть и все идет по новой.
Сигнал раздался снова — требовательный, громкий, раздражающий безмерно.
Жалея себя, я сползла с дивана и поползла в сторону двери.
Вечерело, меркло припыленно-голубое небо в желто-розовых кучках облаков. Вдохнув свежего воздуха, я подумала, что надо заставить себя прогуляться, вдруг, это поможет избавиться от дурноты, и ме-е-едленно пошла к воротам.
За ними меня ждал сосед; его высокая фигура была узнаваема даже издали.
— Блага! — бодро поприветствовал он меня, и даже улыбнулся. — Как жизнь?
Я одарила его взглядом, полным страдания, и спросила вяло:
— Чего вам?
— Мне бы тягач. У меня маленькая авария на ферме, техника нужна срочно, а вызывать машину из города накладно и долго, да и вечер, не работают они уже. А у вас тягач есть, он у гаражей стоял до того, как вы приехали. Одолжите, а? По-соседски.
Я человек мягкий, эмпатичный и участливый, и чувствую себя крайне неловко, когда приходится отказывать людям. Наверное, поэтому ноги и перестали меня держать, как только я сказала соседушке уверенное «Нет» — эта уверенность высосала из меня остатки сил.
Я не упала, а плавно осела на рыжую землю, и, осознавая, что потемнение в глазах предвещает обморок, прилегла, подложив под голову сложенные ладошки.
***
Почувствовав теплое дыхание на своем лице, я открыла глаза.
Надо мной склонился сосед, и склонился так низко, что я могла разглядеть рисунок радужной оболочки его глаз. Надо же, какой ровный серый цвет глаз, почти совсем без примесей, не светлый и не темный…
— Доброе утро, — тихо промолвил обладатель этих идеально серых глаз.
— Утро?! — ужаснулась я, и дернулась вперед так резко, что мы непременно бы столкнулись лбами или другими частями лица, не обладай сероглазый отличной реакцией. Успешно избежав столкновения, он успокоил меня: — До утра еще далеко, я пошутил.
— Ну и шуточки! Я чуть не родила! — выпалила я, и глаза мои широко раскрылись. Беременность, обморок… дела плохи? Угроза выкидыша?
— Нужен врач, — страшным шепотом выговорила я, и все остальное перестало меня интересовать. — Срочно нужен врач!
— Что с вами? — серьезно спросил Слагор. — Болеете? Принимаете препараты?
— Беременна я!
— А, — коротко произнес мужчина, и, приложив палец к ТПТ-устройству, начал задавать вопросы сугубо по делу: — Какой срок? Живот каменеет? Есть резкие боли?
Я начала сбивчиво рассказывать о том, как дурно себя чувствую последние дни, о своей слабости и тошноте. Сосед слушал-слушал, а потом убрал палец с ТПТ и очень внимательно посмотрел на меня.
— Чего медлите? — упрекнула я. — Вызывайте врача!
— Тошнит только после еды?
— Да!
— Какой кал? Моча нормального цвета?
— Нормально все, — ответила я, густо покраснев, и, приподнявшись, почувствовала, как шумит в голове и как поднимается к горлу горький комок.
— Редко в туалет ходите или как всегда?
— Вы что, врач?
— Немного, — усмехнулся Слагор, и вдруг опустил руку мне на живот. Я тут же вцепилась в нее мертвой хваткой и окаменела от напряжения. — Клянусь, я не причиню вам вреда, Камарис, — глядя мне в глаза, спокойно произнес сосед, и что-то в этом голосе заставило меня поверить ему. — Позвольте я пропальпирую ваш живот.
Я медленно разжала пальцы, отпустив руку мужчины; он начал медленно прощупывать мой живот через футболку, благо ткань тонкая. Действовал он аккуратно, не причинял боли, так что я даже немного поуспокоилась, понимая, что при выкидыше боли бы были.
— Расслабьтесь, не напрягайте мышцы, — проговорил Слагор.
— Так вы врач? — с надеждой спросила я, потому что любой другой ответ меня бы не удовлетворил.
Он оставил меня совсем без ответа и, нащупав что-то, прижал это что-то двумя пальцами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ай! — вскрикнула я, ощутив резкую боль.
Слагор убрал руку с моего живота и, поглядев на меня серьезно, сказал:
— У вас паразиты.
Мое лицо вытянулось. Несколько мгновений я смотрела на мужчину, после чего холодно осведомилась:
— Вы снова шутите?
— Я не шучу, у вас паразиты. Я уверен в этом, у вас на коже характерная сыпь. А плохо вам, потому что раздувается киста. Вам срочно надо к врачу, пока она не лопнула.
— Киста? — слабо переспросила я.
— Паразитарная киста.
Я представила внутри себя полость, заполненную мерзкими, копошащимися паразитами, и меня вырвало. Реакция и на этот раз не подвела Слагора, и его не запачкало. Зато запачкало диван, на котором он меня уложил, и, немного, пол.
— Принесу салфетки воду, — сказал сосед невозмутимо. — Не вставайте, вам нельзя совершать резких движений, а то киста лопнет.
Я снова согнулась в позыве, но на этот раз пачкать диван мне было нечем. Глубоко вдохнув, я уперлась рукой в чистый участок на диване.
Если Слагор прав, то, получается, я не беременна? Или я беременна и у меня паразиты? Эта мысль ввергла меня в такую панику, что когда сосед вернулся, меня уже трясло.
— Что за паразиты? Они опасны? — пролепетала я.
— Успокойтесь, Камарис, дядя-врач выгонит их из вашего живота.
Это меня не очень-то успокоило, и Слагор добавил:
— Или тетя-врач, если вы больше доверяете женщинам. Выпейте воды.
Я взяла стакан с водой, махом осушила половину и, поглядев на учиненное мной безобразие, вымолвила:
— Извините… я уберу…
— Да я сам. Хорошо, что вы не сняли идентификационный браслет. Я отвезу вас в город, вам нужна операция. Обхватите меня за шею.
Слагор говорил так уверенно и спокойно, что я без возражений сделала, как он просил. Без труда подняв меня, он понес меня через комнату к двери.
Я воспользовалась возможностью и огляделась. Комната была слабо освещена, повсюду валялся хлам: тут и там громоздились коробки, упаковки, веревки, особенно много всего было навалено на круглый солидный стол. Дощатый исцарапанный пол явно нуждался в починке, на стенах висели старые плетеные штуки, название и применение которых мне неизвестны, на старом продавленном диване с лопнувшей обшивкой мне «выпала честь» полежать и «разукрасить» содержимым своего желудка. Окна были занавешены старыми-старыми шторами мерзейшего цвета.
Тут явно многое осталось от старины Балка. Неужели он был таким неряхой? Тогда мой дед по сравнению с ним был образцом вкуса и чистюлей…
— Я еще не обжился, — проговорил Слагор, заметив мою реакцию. — И вещи не разобрал.
— Как вы живете здесь? Это же страх!
— Поэтому я сплю в сарае, там уютно и чисто.
— Раз там уютно и чисто, зачем вы принесли меня сюда?
— Место сна — сакральное место. Оно только для меня.
Я поняла вдруг, что паразиты это не самое страшное; изо рта моего вырвался испуганный вздох. Сосед остановился и посмотрел в мое лицо.
— Снова плохо? Кстати, мне понравилось, как вы легли в обморок — как поспать.
Сглатывая подкатывающую к горлу желчь, я полузадушенно спросила:
— Как вы прошли нашу охранную систему? Ее ведь невозможно пройти… это ведь новейшая система…
— Да ну бросьте. Обойти эти системы довольно просто, если знать, как.
— Просто? — повторила я, и вспомнила, как отреагировал мой странный сосед, когда увидел не менее странного агента Эттерика Руда. Он разозлился, запросто взял его на руки да унес. Они друг друга знают, и они оба ведут себя как… — Вы тоже агент? — спросила я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Руд проболтался? — вопросом на вопрос ответил Слагор. — Он то еще трепло, не умеет держать инкогнито. Особенно когда дело касается женщин… Нет, Камарис, я не агент, можете выдыхать.
— Тогда кто вы?
— Просто Слагор Тулл. Фермер.
— Это я — «просто»… а вы… вы точно не «просто»… О, Звезды… какие еще сюрпризы ждут меня? — простонала я, и опустила одну руку на живот, в котором то ли ребенок развивается, то ли паразиты, то ли и тот, и те.
