Петровна. «Да что я их по подвалам искать буду?» ̶ огрызнулась, вспылив, директор центра. От такой наглости Мария Петровна даже опешила, а потом не закричала, а по-змеиному прошипела: «Ты у меня с ложечки их кормить будешь и губки вытирать, поняла? Короче, если через полчаса не будет хоть одного БОМЖа, пиши заявление на расчет». Директор пулей вылетела из кабинета и помчалась к «палочке-выручалочке» центра – начальнику отдела Вере Надеждиной. «Вера, у тебя случайно знакомого БОМЖа нет?» ̶ ляпнула с порога директор, видимо, от нервного волнения. «Да Вы что, Ирина Ивановна?» ̶ брезгливо поморщилась Вера.
– Ну все, мне конец. Да и вам, впрочем, тоже», ̶ обреченно сказала директор.
– Подождите. Мне вчера участковый наш Разин жаловался, что из подвала нашего не может выжить двух БОМЖей», ̶ вспомнила вдруг Вера.
– Степан? – опять ляпнула директор.
– Какой Степан?
– Ну, Разин твой.
– Да нет, Федором кличут. И не мой, а соседки моей Лили, – подозрительно посмотрела на директора Вера. «Похоже, у директрисы «крыша» поехала», ̶ подумала она. «У меня телефон его сотовый есть, сейчас позвоню. Может, он где-то рядом». Она быстро набрала номер и через несколько секунд услышала знакомый бас Федора.
– Генерал Разин слушает.
– Да ладно тебе Федь, ты бы хоть до капитана дотянул, – тормознула Разина Вера. Опять, наверно, в рабочее время у Лильки пропадаешь?
– Да ты что, Вер? Я на задании.
– Что-то я смотрю, у вас с Лилей часто задания стали совпадать, – подковырнула Вера.
– Ладно, давай ближе к «телу», – поторопил ее Федор.
– Вот ты как раз оторвись от тела к делу и помоги, причем срочно.
– Давай говори уж, чем смогу помогу.
– Федор, ты БОМЖей с подвала выгнал?
– Каких «БОМЖей»? – не сразу понял Разин.
– Ну помнишь, ты мне вчера говорил?
– А этих-то. Да я их уже пятый раз выгоняю, а они все равно как тараканы заползают.
– А сейчас где они?
– Ты что, за БОМЖа замуж собралась? – ехидно спросил Разин.
– Слушай, Федь, я тебе все потом объясню. Мне сейчас в течение 20
минут нужен хоть один БОМЖ, а иначе нас всех уволят.
Разин сразу сообразил, что Вера говорит серьезно, и пообещал: «Ладно, тут до тебя пять минут ходьбы, что-нибудь придумаем».
БОМЖ по кличке «Люся» (фамилия его когда то была Люсин) уже засыпал после ночных похождений и утреннего обхода своей территории (попробуй не появиться хоть раз, конкуренты сразу освоят его «жирные» бачки), когда услышал скрип открываемой в подвал двери. «Участковый», – по шагам сразу определил он. «Сейчас опять гнать будет, гад. Хорошо, «Хромой» задержался, а то прощай «паленка», «на сухую» бы день прошел».
– Люся, выходи, выходи подлый трус.
– Нашел кота Леопольда, мент позорный, – про себя выругался Люся. -Ну че ты до меня докопался? Я же тихо сижу, никому не мешаю.
– Давай, давай бегом. Со мной пойдешь.
– Куда? – всерьез испугался Люся.
– Я тебе потом все объясню, а пока бегом, я сказал.
Люся знал, что с участковым лучше не спорить и, кряхтя, слез с лежанки. Ковыляя вслед за Разиным, Люся лихорадочно размышлял: «За что? Вот если вляпает 15 суток, считай, кормушка потеряна. Наверно, кто-то видел меня в то утро и пожаловался «менту», – решил он. А дело тогда было так. Полез как-то Люся рано утром в бачок, а там на самом дне полный пакет старой картошки. Он уже даже почувствовал ее жареный запах. У него и примус старый запрятан, и сковорода есть. Но пакет вдруг лопнул, когда он начал его доставать, и картошка высыпалась на дно бочка. Делать было нечего, пришлось Люсе лезть в бак. Он уже почти собрал в свой мешок все овощи, как вдруг услышал чьи-то знакомые, шаркающие шаги. «Похоже «Хромой» чешет. Сейчас я его «шугану» с моей поляны, чтоб неповадно было», – подумал он. Шаги приближались, и, когда вплотную приблизились к бачку, Люся резко приподнялся и заорал: «А ну брысь отсюда!». Увидев сползающую на землю с белым как мел лицом бабку, Люся понял – это статья. Выскочив из бачка, он не знал, что ему делать: убегать, пока никто не видит, или помочь бабуле. Вдруг она еще живая? На его счастье, в мусорном ведре, которое хотела высыпать бабка, оказалась бутылка с каким-то старым забродившим морсом. При падении она выкатилась из ведра и оказалась как раз кстати. Люся открыл бутылку, и из нее с шипеньем стал выходить газ с приятным запахом браги, полезла пена, как из шампанского. Недолго думая, Люся стал поливать этот «эликсир» на лицо и голову бабки. Через некоторое время бабка открыла глаза и пролепетала: «Где я»?
«В раю бабуля, в раю», – мрачно пошутил Люся и почти бегом отправился прочь, не забыв при этом прихватить бутылку с «лекарством». За углом, из будки-автомата он позвонил в скорую и на целый день «залег на дно» в подвале.
Прошла почти неделя после того случая, и он уже несколько раз видел бодро шагающую с костыльком бабку, но всегда обходил ее стороной. Вдруг узнает? «Давай, давай быстрее», – прервал его воспоминания участковый.
– Ты че, меня на расстрел торопишь? – закинул крючок Люся.
– Да мы уже пришли, сейчас все узнаем – расстрел или почет.
Увидев здание центра, Люся успокоился: «Слава Богу, не милиция». Войдя в здание, Разин увидел много знакомых лиц: корреспондентов радио и ТВ, городской газеты, городское начальство и т.д. И, конечно же, Веру Надеждину, которая почти бегом подбежала к ним. В зале отчетливо послышался всеобщий вздох облегчения. Как будто народ узнал благую весть, что конец света откладывается, а БОМЖ как раз и есть божий посланник. Вера и начальник центра, как важного гостя, повели Люсю к столу. Они не замечали ни едкого специфического запаха, исходившего от гостя, ни грязной оборванной одежды. На данный момент он был самым дорогим для них человеком, спасшим их от неминуемого наказания. Усадив его за стол, где уже дымилась тарелка с борщом, директриса спросила: «Вас как зовут»?
– Люся.
– Какая Люся? Вы что, женщина? – с ужасом спросила директор обросшего густой щетиной «гостя».
– Да нет, кличут меня так.
– Ну, а по имени-отчеству?
Ошалевший, от такого приема Люся не сразу вспомнил, как его звали там – в прежней жизни.
– Иван Петрович Люсин, – наконец вспомнил он.
К Ивану сразу, как застоявшийся конь в карьер, рванул корреспондент газеты: «Скажите, как вам нравится обед, вкусно?»
«Да дайте вы человеку поесть», – заступилась за Ивана Вера.
Хлебая под пристальным вниманием кинокамер горячий борщ, Иван никак не мог решить, снится ему это все или нет.
– Слышь, а выпить тут
