Ехали не спеша, останавливаясь на обеденные привалы. Из бесед с сержантом он узнал много нового о стране, о людях, ее населявших, и армии, которой Пако отдал все свои молодые годы. Посетив проездом две деревни, Пашка остался доволен увиденным. Люди стали жить в достатке, почувствовали забытую свободу и искренне радовались появлению своего барона. Отъехав от селения Луговое, через три лиги оказались на имперском тракте, уложенном в незапамятные времена и пересекающем баронство с севера на юг. Тракт, мощенный здоровенными и тщательно подогнанными плитами, оказался весьма оживленным. За день попалось несколько купеческих караванов с многочисленной охраной. За всю дорогу по тракту Пашка обнаружил лишь одну придорожную корчму. Непорядок, нужно исправить. Трактир у дороги – это лишний ручеек наличных в его казну.
Переночевав на постоялом дворе, а затем позавтракав, отряд двинулся дальше. Глядя на местность, проплывающую мимо, Чернота удивлялся – типичный земной пейзаж южных широт. Дубовые и буковые леса, трава, ягодники, птицы и мелкие зверушки – полная идентичность. Основное солнце поднималось в зеницу, красный «карлик» крался сбоку, становилось жарковато. Ушедшего в себя барона потревожил Пако:
– Ваша милость, на горизонте чужой отряд. Остановились на взгорке, присматриваясь.
Действительно, растянувшись небольшой змеей, навстречу им рысила колонна конницы.
– Не понял, это кто по моим землям шастает?
Минут через десять Пако обрадовал:
– Сам граф Карло д’Лоредан пожаловал – его штандарты. Добавил вполголоса: – Не иначе, по наши души.
Защелкали взводимые арбалеты.
– М-да, расклад пока не в нашу пользу. Навскидку у графа не менее трех сотен всадников. Пройдут по нашему отрядику, что каток по картонной коробке, не заметив.
– Но это только на первый взгляд. Не стрелять без моей команды. Пако, проследи. Орлы, ничему не удивляйтесь, я сам займусь графом.
Пако лишь в сомнении покрутил головой. По его мнению, лучший вариант – оказаться за много лиг отсюда.
Пашка, выехав вперед метра на три, небрежно уселся в седле, подвернув левую ногу под себя. Графская конница, сияя начищенными латами, остановилась перед ними в десяти метрах. Из первых рядов выехал высокий воин с аскетичным лицом в богатых доспехах.
– Я граф Карло д’Лоредан. С кем имею честь разговаривать?
– Барон Паша Черный д’Эсте к вашим услугам.
– Вот удача, мятежный барон и попиратель устоев общества сам попал в наши руки. У нас сегодня просто праздник, господа. – Граф ощерился на своих прихлебателей.
– Хо-хо-хо, га-га-га, – развеселились лизоблюды.
– Граф, а, собственно, по какому праву вы заявились с вооруженными солдатами в мое суверенное баронство? И вообще, я вам вассальную клятву не давал, так что попрошу покинуть территорию во избежание неприятностей.
После последней фразы первые ряды графской конницы полегли от хохота. Сам граф, вытирая перчаткой выступившие от смеха слезы, приказал:
– Арестовать наглеца.
Дальше произошли невероятные события. Пако не уловил мгновения, когда барон исчез из седла. В следующую секунду обнаружил – верхняя половина графского туловища, фантанируя кровью, рухнула на дорогу. Наружу вывались кишки, обдавая присутствующих неприятным смрадом. Затем по коннице словно ударил невидимый исполинский молот. Всадников и коней плющило в кровавые лепешки, дорога окрасилась в красный цвет. Волна энергетического удара затихла лишь в середине графского отряда. Пако ошалело икнул, многих солдат выворачивало наизнанку, настолько оказалась неприятной и кошмарной картина побоища. Вторая половина конницы пребывала в шоке. Визжали ошалевшие лошади. Объявился пропавший барон, он невозмутимо подошел к своей лошадке и запрыгнул в седло.
– Поехали, – бросил он Пако.
Приблизившись к ошалелым графским солдатам, заляпанным чужой кровью, объявил:
– Теперь я граф д’Лоредан. Желающие у меня служить, останьтесь. Если нет, не держу, уходите с миром.
Из ста тридцати четырех человек ушли лишь одиннадцать, остальные присягнули новоявленному графу тут же, на тракте.
– Отправляемся в графский замок, – бросил Пашка. – Сколько до него езды?
– За три дня управимся, ваша светлость.
Увеличившийся многократно отряд на рысях отправился к новому пункту назначения. Пако, как и многие другие, был потрясен фактом: их барон – маг. Значит, не всех вывел Кровавый. С таким могущественным хозяином они наворотят дел! Мелькнула мысль: «А ведь барон скинет с трона ненавистного Ричарда I запросто, да только ради этого ему можно бесплатно служить». У Пако родители погибли в инквизиции.
На четвертый день, ближе к вечеру, показались предместья графского замка. От баронского он мало чем отличался, разве что побольше размером. Беспрепятственно проехав через главные ворота, оказались на главной площади, с которой Пашка информировал местное население о смене власти. Многие не сдерживали чувств, радостно вопили и кричали «ура» – видимо, здешний правитель досаждал всем.
Наскоро поужинав и приказав Пако выставить у его покоев посменную охрану, Пашка, скинув сапоги, завалился спать. Встал поздно, в районе десяти утра, зато бодрый и отдохнувший. Предстоял трудный день – нужно просеять штатный расчет обслуги, да и местный гарнизон прошерстить. Из двухсот человек выгнал тридцать – умаялся проверять. Проще с гарнизоном – повесили пятерку отъявленных палачей, а затем Пашка принял клятву всех вооруженных сил, коих оказалось двести пятьдесят четыре солдата во главе с капитаном Чезаро.
Разбираться с весьма запущенным хозяйством пришлось неделю. Наследование прошло гладко. Единственный сын графа погиб год назад при штурме замка мятежного барона. Жена умерла при родах первенца, так что прямых претендентов на графство не наблюдалось. Из пяти баронов дать вассальную клятву приехали трое. Пашка лишь похмыкал, но карательную экспедицию затевать не стал – не ко времени. Графский замок стоял в живописной долине, на берегу большого озера, где Чернота по утрам купался после пробежки, Пако занимался тренировкой солдат, новый управляющий гонял обслугу. Словом, все при деле, один граф-барон дурака валяет.
«Нужно отправляться в Савону, юридически подтвердить свои новые титулы, – решил Пашка. – Растем, однако, по статусу».
Два дня сборов – и на третий стартовали. В этот раз он ехал в карете, его лошадь вели на поводу в заводных. Путь до Савоны одолели за двадцать дней почти без приключений. На двенадцатый день при переправе через быструю реку Алага на пароме встряли в стычку. На берегу переправившийся ранее торговый караван подвергся нападению разбойников. Десяток охранников, утыканных стрелами, валялись на земле, остальные, прижатые к фургонам, отмахивались мечами. Перевес в живой силе давал бандитам повод предвкушать близкую победу, но пока воины, сопровождавшие караван, держались. Пашка, не раздумывая, послал свою десятку на помощь – они и решили исход дела. Пять арбалетных болтов, свистнув, нашли свои жертвы. Удар с тыла был столь неожиданным, что, лишь потеряв половину людей, разбойники осознали – их убивают.
Не прошло и пяти минут, как десятка Пако мечами уложила большую часть нападавших – в плен попали семеро. Разбойников тут же повесили на ближайших деревьях. Чудом оставшиеся в живых купцы с поклонами благодарили графа, презентовав ему шкатулку с драгоценностями. Пашка не стал грабить торговых людей, взял из вежливости пару безделушек.
– Вы лучше моих бойцов наградите достойно, – посоветовал он.
Наемники получили по золотому, а также личные трофеи – захваченное оружие и небогатые доспехи сложили в один из фургонов. Торговцы умолили графа продолжить путь до столицы вместе, ведь большая часть охраны погибла при налете. Пашка не стал кочевряжиться, да и на купцов у него появились свои планы. Купцы много знают, изъездили империю вдоль и поперек, не исключено, что побывали в других странах. К себе в карету не стал приглашать – не по чину, а вот вечером на привале ужинали вместе. Поначалу купцы чувствовали себя не в своей тарелке. Как же! Такая честь – общаться с самим графом! Но постепенно они пришли в себя, пара кувшинов вина поспособствовала раскрепощению. Много интересного и занимательного услышал в тот вечер Чернота.
