«Кто ты такой, черт подери?! - короткая связная мысль потребовала стольких усилий, что девушка снова на мгновение прикрыла глаза. – И почему ты бьешь меня, когда я уже проснулась?!»
- М-м… - протестующее замычала она и попыталась отвернуться. Не тут-то было! Похититель что-то неразборчиво ответил из-под плаща, и за подбородок удержал лицо рыжей на месте.
«Отпусти, хам!» - грозно подумала Мерси и дернула рукой. Вернее, пошевелила одним пальцем, потому что рука на поверку оказалась весом с тонну. По субъективному мнению Мерси, разумеется. Она нахмурилась и повторила маневр. На этот раз удалось сдвинуть на пару сантиметров всю кистью. Обрадованная успехом, девушка сжала ладонь в кулак и…
И вот тут похититель решил вернуться к своим варварским методам.
Хлоп!
- Сказала же, отцепись, придурок! – на всю хижину рявкнула девушка, проводя свой коронный хук правой.
Это было неожиданно. Особенно для мужчины, который, хоть и увернулся, но на сирену вытаращился как на воскресшее умертвие. Даже капюшон приподнял, блеснув уже знакомыми голубыми глазами в неярком свете лучины. Впрочем, вопреки его опасениям, ударить его второй раз Мерси не пыталась. Она сама удивилась внезапному приливу сил, который тут же сменился опустошением и слабостью. Часто задышав, девушка уронила руку на колени и откинулась на подушки:
- Ты чем меня накачал? – тихо спросила она. Рейвар резким движением опустил ворот плаща:
- Ничего смертельного. Вставай. Мы уходим.
Мерси подняла на девата мрачный взгляд: надо же! Раскомандовался тут!
- Уходи, если тебе так надо, - скорее из вредности, чем действительно имея это в виду, буркнула сирена. – А я хочу спать.
- Ну, а мне плевать, чего ты хочешь, - безразличным тоном парировал мужчина. – Мы и так слишком задержались на одном месте.
Девушка скривилась: а благодаря кому, позвольте уточнить, они здесь задержались?!
- Это потому, что ты меня усыпил!
- Это потому, что ты вопила как испорченная сигнализация!
«Что? – не поняла Мерси. – Какая еще сигнализация? Откуда деват знает такие слова?»
И только сейчас она сочла нужным приглядеться к стоящему перед ней мужчине.
То, что Рихард и Рейвар были братьями – сомнению не подлежало: оба высокие, широкоплечие, с аристократичными чертами лица, ярко-выраженными скулами и хорошо очерченным подбородком. Но что еще важнее – у них был одинаковый взгляд. Пристальный, хищный, из-под насупленных черных бровей. Казалось, деваты постоянно готовы оскалиться и броситься в атаку. Бронзовая, загорелая на солнце кожа, плотно сжатые губы, тонкий нос – все это только добавляло внешности братьев агрессии и жесткости. Но если в Рихарде еще можно было разглядеть черты подростка, то у Рейвара они давно растворились и приобрели совершенно другой оттенок. Морщинка между бровями не исчезала, даже когда он прекращал хмуриться, руки были мозолистыми и грубыми, привыкшими держать оружие. Его возраст и весь этот облик воина не могли умалить ни пронзительно голубые глаза, ни волосы, черные с красными прядями, спускавшиеся почти до пояса и сейчас заплетенные в тугую косу. Он был суров и опасен, но все же не было в нем того, что Мерси разглядела и возненавидела в Асмаре: непредсказуемой жестокости и внезапных вспышек ярости. В этом девате чувствовались благородство и честь. Ты смотрел ему в глаза и понимал, что он может тебя убить, но сделает это, только имея веские причины. И Мерси не могла не признать, что это заслуживало уважения.
- Послушай, - девушка аккуратно, стараясь не делать резких движений, от которых начинала кружиться голова, спустила ноги с кровати, - я, правда, благодарна тебе за спасение, но зачем было вытаскивать меня из дворца?
- Это было необходимо, - «емко» ответил Рейвар. Мерси скривилась:
- Спасибо за «доступное» объяснение! Может, хотя бы скажешь: куда мы намерены идти дальше?
- Слуги Асмара обыскивают Касдагар. Они не пропускают ни один дом и рано или поздно, доберутся сюда. Нам нужно уйти до того, как они обнаружат наше убежище.
«Ну, надо же! – ехидно сощурилась девушка. – И язык не отсох сказать такую длинную фразу! Но, тем не менее…»
- Я думала, мы прячемся от наемников?
Рейвар скрестил руки на груди:
- Если тебе так удобнее: то и от них тоже. А теперь хватит думать. Поднимайся!
- Знаешь, что?! – скрежетнула зубами сирена. – Отдай меня страже, а сам иди, куда вздумается!
- Тебе так сильно хочется вернуться во дворец?
- Дай-ка подумать! – рыжая ехидно всплеснула руками и тут же поморщилась от боли в висках. – Там меня кормили, оберегали и хотели сделать королевой. А ты меня усыпил, притащил в какую-то хижину и даже не хочешь толком объяснить – зачем. Да, я хочу вернуться!
- Тогда мне жаль тебя огорчать, - очень мрачным тоном сказал Рейвар, - но я лучше своими руками придушу тебя прямо здесь, чем верну Асмару.
Девушка почувствовала, как на лбу выступила испарина. Губы мгновенно пересохли, пальцы побелели, а ноги, еще мгновение назад казавшиеся деревянными, едва ли не сами предложили пуститься в бега. Причем прямо сейчас и хорошим таким, скаковым галопом.
- Зачем же ты тогда меня спас? – хрипло прошептала она. – Если сейчас хочешь убить?
Рейвар стиснул зубы, поиграл желваками и ответил:
- Я задаю себе тот же вопрос. И в твоих интересах сделать так, чтобы ответ я нашел как можно скорее!
Рыжая вздрогнула и опустила ступни на пол. С трудом, придерживаясь за стену, встала, выпрямилась. Постояла несколько секунд, привыкая к новому положению. Потом сжала кулаки, подошла к Рейвару почти вплотную и, сильно задрав голову, посмотрела ему в глаза:
- Когда Рихард рассказывал о тебе, мне казалось, что ты другой. Но я ошиблась. Ты – точная копия своего отца.
- Замечательно! – криво ухмыльнулся мужчина. – Значит, мне, как минимум, не нужно представляться!
И сунул ей в руки куль с одеждой:
- Надень это.
Мерси молча развернула сверток: в нем оказался черный плащ с капюшоном, широкие штаны и сапоги на шнуровке. Одежда, куда более подходящая для путешествия, чем ее белоснежный спальный наряд. То есть, ранее бывший белоснежным. Девушка оглядела порванный подол сорочки, пыльные шаровары с дырой на колене и поняла, что эту одежду сбросит без сожаления.
- Пожалуйста, отвернись, - злобно покосилась на Рейвара. Тот ответил не менее грозным взглядом:
- Надеюсь, ты не собираешься делать глупостей?
- Можешь не переживать, - хмуро буркнула девушка. – Я не в том состоянии, чтобы делать глупости, цена которым – моя жизнь.
Мужчина нахмурился, но вступать в дискуссию не захотел. В конце концов, она делала именно то, что от нее требовалось. И пока это будет так – она могла говорить все, что пожелает.
