в категорию доказанных практикой фактов — становиться ведьмой достаточно затратное занятие.
Вернувшись домой, я занялась расчерчиванием нужного знака. Но для начала пришлось рисовать образец на бумаге, чтобы точно знать, какой именно знак нужен, а то ее «круги да линии» не было даже относительно похожим на макет. И когда я раза с третьего закончила полный рисунок на листе, ведьма выдала унылое:
«Если ты на дереве нарисуешь так же и попробуешь колдовать, мы все умрем».
Она, конечно, утрировала, но… А может и нет.
— Знаешь, я немного боюсь, — глядя на доску, призналась я. — Это кажется очень сложным и важным, и это колдовство, а я…
«Просто начерти ровно знак. Я сделаю остальное».
— Варить зелье было как-то проще, — я вдохнула, выдохнула, и взялась за мел. — Чтож, приступим.
Честно говоря, это даже было бы интересно, если бы не было так нервно. Перспектива ошибиться в линии и совершить тем самым самый необычный и неосознанный суицид как-то не прельщала, так что выверяла я все до доли миллиметра, и потратила на все это больше пяти часов. А в результате получила линейный меловой рисунок сантиметров двадцать в диаметре. На то, чтобы заклясть ножницы, найти призрака и обновить ему гардероб оставалась часть вечера и ночь. Ночь, желательно, не полная, потому что мне вообще-то нужно и поспать перед работой.
— Я надеюсь, ножницы заколдовываются не так долго, как я это рисовала? — чувствуя, как «благодарят» меня моя спина за столь длительный срок в склоненном состоянии и глаза за кропотливость работы, уточнила я.
«Я справлюсь гораздо быстрее, — хмыкнула ведьма. — Положи ножницы на знак, коснись линий кончиками пальцев и позволь мне творить колдовство. Только ради всего, что для тебя свято, не нарушь целостность знака, когда будешь прикасаться».
О да, я очень постаралась. Даже без ее уточнения портить работу, на которую ушла львиная доля дня, не хотелось от слова совсем.
Ведьма подсказала мне нужные слова, вложила в меня нужную магию, и прорисованный мелом знак засветился, передавая свой свет уложенным в центр ножницам. Это было так похоже на то, что случилось со мной на парковке по сиянию, но… более красиво, структурировано, подконтрольно. Магия, направленная больше на созидание, чем разрушение.
«Теперь этими ножницами можно срезать призраку саван, — удовлетворенно сообщила ведьма, когда сияние погасло. — Или убить призрака, если он будет слишком наглеть».
Созидание, ага. Как же.
— Что имела в виду та колдунья, когда говорила, что в твоем ожерелье нехорошая сила? — глядя прямо перед собой, спросила я.
Ведьма помолчала. Я уже и не надеялась, что она соизволит ответить, в своей манере решит, что это та область знаний, которой я недостойна, но она будто бы вздохнула и все-таки заговорила:
«Она уточнила, что сила в ожерелье темная. Милена, мы все совершаем ошибки, и эти ошибки нередко формируют нашу славу. В тот день за мной пришли. Всего лишь люди, но за их спинами был также тот, у кого была сила. Он заколдовал меня, и его магией теперь пропитано все. Моя одежда, мои украшения. Я».
— Оу, — я виновато прикрыла глаза. — Это было… это было больно?
«Что именно?»
Я прикусила губу. И качнула головой:
— Ничего, прости. Давай найдем призрака и добудем второй ингредиент. А как, ты говоришь, мы будем его искать?
«Ну, ты можешь снова попытаться спросить у своей чудо-штуки, — хмыкнула она. — А можно спросить пепел».
— Спросить что, прости?
«Тебе понадобится карта, бумага и чернила».
— Я сейчас очень сильно надеюсь, что паста в ручке прокатит за чернила, — вздохнула я.
Право слово, я скоро смогу вести рубрику «заменяем все подручными средствами» в каком-нибудь ведовском журнале. Неплохая перспектива, если КириллКирилыч решит меня уволить, чтобы избежать проблем.
Карту пришлось распечатывать на нескольких листах, чтобы получить нормальный охват и понимание места. После этого, по инструкциям ведьмы а-ля «веди линию вниз, теперь влево под углом… да не таким углом» я смогла записать нужные слова на чистом листе и поджечь его.
Колдуем в домашних условиях и не сжигаем квартиру. Чем не красивый заголовок для одной из моих будущих статей?
Бумага горела, пепел оседал на расчерченные картой листы, и собирался в кучку, пока последний кусочек, догорая на лету, не упал к остальным. Вот в этот момент началась магия — пепел пополз в разные стороны, на ходу разделяясь на более мелкие змейки, пока не рассредоточился по карте едва заметными точками.
«Да у вас здесь можно собрать маленькую армию!» — выдохнула ведьма, когда все «змейки» собрались по нужным местам.
— Невероятно, — откликнулась я, пытаясь осознать, насколько мой город населен всякими мистическими существами.
Ведь здесь были отмечены только призраки. А еще ведь есть вампиры, оборотни, колдуны — и это как минимум.
Я нервно зажала рот ладонью, пытаясь на корню заглушить ощущение, что я, возможно, вообще единственный человек в городе. Очень мнительно, Милена, очень мнительно. Как минимум часть сотрудников фирмы, в которой ты работаешь, люди. По крайней мере, другой информации о них не поступало. Хотя, было бы забавно, окажись тот же Шушер каким-нибудь великим колдуном или еще чем. Это бы даже пояснило его поведение, мда.
«Закат отгорел, ты знаешь свой город лучше, чем я. Посмотри, к какому призраку мы сможем добраться с меньшим количеством проблем, бери ножницы и идем».
Я вдохнула, выдохнула, и пригляделась к карте.
— Вот это, — я указала на заброшенное здание неподалеку. — Оно даже не огорожено, и туда мы сможем добраться пешком.
«Отлично, вперед».
Я кивнула, подхватила ножницы и на ходу накинула легкую куртку, ощущая даже какое-то воодушевление.
Возможно, сегодня я стану на шаг ближе к
