Глава 8. Не жена. Пока
Глава 8. Не жена. Пока
Яна прислонилась спиной к двери, прислушиваясь к разговору между поверенным и почти-мужем. Моррис грозно, настойчиво и красноречиво заверял, что Яне в лавке грозит опасность, а следовательно её нужно оттуда эвакуировать, Гастон же не менее красноречиво парировал, что опасности нет, зато имеет место нарушение границ частной собственности со стороны Морриса, о чём поверенный непременно доложит градоначальнику и в другие вышестоящие инстанции.
Стало очевидно, что содержательная беседа между двумя мужчинами быстро не закончится, а следовательно, вероломная попытка почти-мужа настоять на завершении брачной процедуры, провалилась. До полуночи-то осталось всего ничего.
Яна отделилась от двери и направилась в спальную — закрыть окно, через которое почти-муж влез в лавку. Хоть брачную процедуру и удалось благополучно сорвать, но у Яны не было никакой уверенности, что Моррис оставит её в покое. А значит, надо перекрыть все возможные несанкционированные пути доступа во владения Яны. Завтра она попробует придумать, как спилить ветки, подступающие к окну, чтобы не только Моррис, а и кто бы то ни было другой не смог непрошенным пробраться в лавку.
Яна не ограничилась спальной. Прошлась со свечой по всем комнатам, чтобы проверить, нет ли где-либо ещё открытых окон. К счастью, все они были надёжно заперты.
Она вернулась к двери — узнать, как протекает беседа поверенного и почти-мужа, но голосов не услышала. Хотелось верить, что Гастон убедил Морриса убираться восвояси.
Яна окончательно удостоверилась, что опасность миновала, только когда прошло несколько минут, а ни единого звука с улицы так и не раздалось. Вместе с радостью одержанной победы накатилась усталость. Борьба с почти-мужем вымотала вконец. Руки и ноги гудели, спину сковало. Нужно было таки укладываться спать.
Яна поднялась в спальную и занялась устройством ночлега. Кровать, на которой ещё недавно спал Моррис, выглядела сносно. Покрывало показалось достаточно чистым. Яна постелила на него сверху свой плащ и легла, не раздеваясь. Лишь туфли скинула.
Тело приятно расслабилось. Наверное, сон пришёл бы быстро, стоило только сомкнуть глаза. Но прежде чем их смыкать, она достала из сумки записную книжку и автоперо. Это неисправимая привычка — для душевного равновесия ей просто необходимо было писать каждый день. Хотя бы пару мыслей и наблюдений, хотя бы несколько строк — самые яркие впечатления.
Слова сами собой ложились на бумагу. Она набрасывала портрет Морриса. Интересный экземпляр — смело можно делать главным героем романа. Положительным или отрицательным, Яна пока не решила. Противоречивый. Мужественная внешность, габариты викинга и резкие черты лица смягчены неожиданным романтическим голубым цветом глаз. Разве можно человеку с тёмным даром иметь такие глаза? А уж характер! Скверный и тяжёлый — описала Вивьен. Но Яна бы добавила ещё пару черт — наглый и бесцеремонный. Он, что, рассчитывал, что своим напором сможет убедить Яну ехать с ним в храм и сказать "да"? Ха! Хотя, может, если на месте Яны оказалась Вивьен, на неё бы подействовала решительность и безапелляционность Морриса. А вообще, хороший здесь брачный ритуал — запрещает видеться жениху и невесте. А значит, такие напористые, как, к примеру, Моррис, не могут давить на невесту, и у девушки есть больше двадцати дней, чтобы понять, действительно ли ей нужен этот мужчина.
Яна отложила автоперо и блокнот, задула свечу и закрыла глаза. Её фантазия оставила в покое Морриса и сконцентрировалась на лавке. Завтра Яна начнёт наводить здесь порядок, разгребать завалы и искать артефакт из обсидиана, который, возможно, поможет вернуться домой.
Уже задрёмывая, она ощутила, как что-то тёплое и мягкое пристроилось в ногах.
— Кузя?
— Мрыр…
— Вот тебе и "мрыр", а где ты был, когда на твою хозяйку покушались?
— Мырр…
— Ладно. Спокойной ночи. Завтра будем с тобой отрабатывать команду: "Кузя, фас".
.
.
Моррис остановился в крохотной таверне Фавр-де-Поль на окраине Трэ-Скавеля. Здесь сдаются уютные тихие номера с видом на горы. Он хорошо знал это место, как и весь город, где прошло его детство и юность.
Моррис уехал отсюда в семнадцать, когда решил поступать в столичную академию. Со временем родители тоже перебрались в столицу, а дом в провинции продали. Покидая этот уютный городок тринадцать лет назад, мог ли он подумать, что когда-то вернётся сюда за сбежавшей женой.
Впрочем, женой она пока не стала. Из-за прихоти упрямой девчонки брачная процедура нарушена. Моррис, конечно, придумает, как её возобновить, но на это потребуется время. Что на Вивьен нашло? Все шесть ритуалов она прошла, не выражая ни малейшего желания прервать брачный процесс. У него и в мыслях не было, что что-то может помешать завершению процедуры, поэтому письмо, которое он прочёл вчера вечером, стало для него неприятным сюрпризом.
Морриса взбесил поступок Вивьен. Но пока он ехал к ней домой, немного остыл. Юным девам свойственно страшиться брака — наслушаются жутких историй от сплетниц и начинают им верить. И потом, может, он и сам немного виноват. Был с ней сухим и отстранённым. Пусть брак договорной, но надо было показать девчонке, что ей нечего бояться.
Когда он входил в её дом, полагал, что проблема решится в два счёта. Поговорит с её тётушкой, даст наставления, как успокоить племянницу — и всё встанет на свои места. Но тут его ждал ещё один неприятный сюрприз — девчонка удрала.
Селестина не долго сопротивлялась настойчивым расспросам Морриса — выложила всё, полагая, что делает племяннице благо. Когда он узнал в чём дело, тут же бросился в погоню. Скакал верхом, меняя лошадей, поэтому выиграл время. Уже в дороге он придумал, как обойти правило не видеться с невестой нигде, помимо храма — маска и заклятие иллюзии. Вот только с заклятием перестарался. Принял чуть больше зелья, чем требовалось, и оно дало побочный эффект — непреодолимую сонливость.
