Но доктора я не дождалась, раньше него пришла Ирэн. Так же безупречно выглядевшая, лишь её светлые волосы на этот раз были собраны в аккуратный пучок, а вместо длинной юбки на длинных стройных ногах красовались свободные брюки на широком ремне.
Я так изумилась, увидев женщину в брюках, что забыла поздороваться, лишь хлопала глазами. Ирэн поняла, снисходительно улыбнулась.
– Привыкай, малышка. Здесь у нас нет дурацких запретов относительно одежды.
– И мне тоже… можно будет надеть джинсы? – озвучила я давнее своё желание, которым мучилась со времён своего появления в приюте.
– Разумеется, – легко согласилась Ирэн, взяла за спинку один из стульев и, пододвинув ближе к моей кровати, весело спросила:
– Ну что, Дайника, поговорим?
Я осторожно кивнула, глядя, как она изящно устраивается на стуле, закинув ногу на ногу. На её ступнях красовались диковинного вида не то туфли, не то сандалии. С открытым носком, ремешками, оплетающими лодыжки, и таким тонким высоким каблуком, что я снова вытаращила глаза.
– И это ты тоже сможешь носить, – поспешила сообщить мне Ирэн своим колокольчиковым голосом, но я испуганно затрясла головой. Нет уж, спасибо, совершенно не представляю, как можно удерживать равновесие, а тем более ходить в такой обуви.
– Ну, ты уже лучше себя чувствуешь? – Ирэн тепло посмотрела на меня, – Ватсон сказал, что у тебя на редкость сильный организм.
– Да, спасибо, – я помнила слова Яринки и решила быть крайне вежливой. – Спасибо, что лечите меня.
Тонкие брови насмешливо взметнулись вверх.
– Всегда пожалуйста. Но это ведь не единственное, о чём ты хотела поговорить, правда? Ярина рассказала тебе о том, где вы оказались?
– Да, рассказала.
– И это не привело тебя в восторг?
– Не привело.
– И ты не хочешь потребовать немедленно вас отпустить, иначе вы позвоните в полицию или убежите?
На этот раз я помолчала, придумывая ответ. На самом деле подобные мысли у меня возникали, хоть я и понимала всю глупость такого поступка. Но Ирэн смотрела с ожиданием, и я не нашла ничего лучше, как сказать правду.
– Хочу, конечно. Но вы ведь нас не отпустите?
Хозяйка позволила себе тихонько рассмеяться, колокольчик в её голосе зазвенел отчётливей.
– Конечно, не отпущу, но вовсе не потому, что мечтаю мучить вас здесь ради собственного обогащения. Видишь ли, Дайника, мы с тобой обе заложницы обстоятельств. И я не злодейка, которая всё это придумала.
Я слегка пожала плечами. Да, на злодейку Ирэн совсем не походила. Более того, я вдруг почувствовала, что симпатизирую этой моложавой красивой женщине с её мягкой улыбкой и ласкающим слух голосом. Она располагала к себе моментально, хотелось улыбаться в ответ и незамедлительно отвечать на все её вопросы. А ещё я, хоть и смутно, но помнила разговор, подслушанный сквозь багровое марево, и понимала, что сейчас жива и относительно здорова только благодаря ей.
– Поэтому, – Ирэн обхватила колено руками, и я увидела, что у неё удивительно длинные, заострённые ногти, украшенные блестящими камешками. – Прежде, чем ты заявишь мне, что скорее умрёшь, чем… хм… подчинишься местным порядкам, я поспешу сообщить, что никто не собирается чинить насилие по отношению к тебе или к твоей подруге. Здесь у всех есть право выбора.
Я недоверчиво молчала, и Ирэн, не дождавшись ответа, продолжила:
– У нас солидное заведение, мы дорожим своей репутацией, и никогда не опустимся до того, что ты, наверное, уже успела себе вообразить. Скажу проще – никто здесь не будет тебя насиловать.
– А если, – я покашляла, прочищая горло, вот уж не думала, что придётся обсуждать такую тему, – А если я не захочу… делать… что здесь делают?
Ирэн закатила глаза.
– Дайника, ты уже не в своём приюте, здесь не станут наказывать за то, что ты назовёшь вещи своими именами, поэтому не надо ходить вокруг да около, договорились? На вопрос отвечу. Если ты твёрдо отказываешься работать с нашими гостями, то есть спать с теми мужчинами, которые заплатят за это деньги, то мы не станем заставлять тебя. Нам просто придётся расстаться.
– Вы меня отпустите? – это я спросила с изрядной долей сарказма, понимая, что такому не бывать.
– Разумеется, нет, – невозмутимо ответила Ирэн. – Не забывай, что твоё приобретение обошлось нам в порядочную сумму. Прибавь сюда затраты на лечение, кормление, одежду – и поймёшь, что они немалые. И мы будем вынуждены перепродать тебя в другое заведение, чтобы хоть частично возместить себе убытки. Поэтому для всех будет лучше, если ответ ты дашь сейчас, зачем я, собственно, и пришла. Или мы сотрудничаем для взаимного блага, или я ищу покупателя, хоть и сомневаюсь, что в твоём нынешнем состоянии ты кого-то заинтересуешь.
Я подавленно молчала. Да, разумеется, до меня уже давно дошло, что этот мир то ещё местечко, и здесь далеко не всем бывает хорошо, но продажа и покупка людей – такого я всё-таки не ожидала. А эта красивая и располагающая к себе женщина говорит об этом, словно о самом обычном деле.
Ирэн смотрела на меня и постепенно взгляд её смягчался.
– Девочка, – наконец сказала она. – Я понимаю, что тебе нелегко принять всё, как есть, но ты постарайся. Так получилось, и уже ничего не изменить.
Я и сама понимала, что распускать сейчас нюни – не лучший вариант, но вдруг сделалось очень обидно за себя. Совсем как той ночью, на платформе мчащегося сквозь темноту товарняка, когда я, замерзая, смотрела на пролетающие мимо уютные окна и думала: почему кому-то всё, а кому-то ничего?
– Мне можно подумать? – только и спросила я наконец.
– Нет, – по-прежнему мягко, но твёрдо ответила Ирэн. – Давай-ка решать всё прямо здесь и сейчас.
– А если, – мне всё-таки хотелось потянуть время, – если мы откажемся, куда нас продадут?
– Мы? – удивилась Ирэн. – Я думала, речь идёт только о тебе. Яринка согласилась остаться почти сразу, ещё по дороге в Оазис.
Я слегка ощетинилась.
– Она согласилась только потому, что боялась за меня!
– Конечно, – Ирэн не выглядела смущённой. – И это было очень благоразумно. Да и какая разница, по какой причине было принято решение? Ярина согласилась, и она остаётся здесь.
– Если я откажусь, она откажется тоже, – против воли в моём голосе зазвучало превосходство – осталось у меня ещё что-то, над чем другие не властны. – Мы везде только вместе.
Но Ирэн и на этот раз осталась невозмутима, в её глазах даже мелькнуло мимолётное торжество.
– В таком случае, – почти промурлыкала она, – тебе тоже стоит остаться в Оазисе, ведь, если вы обе откажетесь сотрудничать с нами, то отправитесь отсюда в разные места.
Я сжала зубы. Ах, вот как? И это у них называется правом выбора?
Ирэн подняла перед собой ладонь.
– Нет, нет, я не стану вам мстить и разлучать специально, не настолько я мелочна. Просто ты и Ярина… вы сейчас находитесь в разных ценовых категориях. Она очень красива, а станет ещё красивее, это трудно не увидеть. А ты, к сожалению, поправишься ещё не скоро, и даже когда поправишься, – взгляд Ирэн упал на перебинтованную сторону моего лица, – в общем, приобретут вас, скорее всего, в заведения разного уровня.
Ну ладно. С волками жить – по-волчьи выть. Я спрятала руки под одеяло, сложила пальцы замочком и сказала, глядя Ирэн в переносицу:
– Хорошо. Я остаюсь здесь, с Яринкой.
Хозяйка улыбнулась.
– Отлично. Я, конечно, прекрасно понимаю, что ты сказала это не искренне. Но пока достаточно и такой формальной договорённости между нами. Вопросы есть?
Вопросов у меня был миллион, но задать я их собиралась не Ирэн. Кроме одного.
– Я уже могу ходить. Можно Яринка поможет мне выйти на улицу? Я поправлюсь быстрее, если не стану сидеть взаперти.
– О, это сколько угодно, – Ирэн загадочно улыбнулась. – Думаю, чем раньше ты ознакомишься с окружающим, тем будет лучше.
Она поднялась, небрежным движением оправила брюки.
– Когда осмотришься и обвыкнешься, мы с тобой ещё вернёмся к сегодняшнему разговору. А пока отдыхай, гуляй, поправляйся. Я распоряжусь, чтобы тебе принесли что-нибудь из одежды.
