камней, так что проблем с заполнением магических полей не было. Единственное, чего они не смогли сделать — сделать достойный «билд» для меня. Ни в одном из вариантов не существовало «
Золотистого купола защиты». Отказываться же от этого камня я не мог — он неоднократно показывал свою эффективность. Так что собственный «билд» мне пришлось разрабатывать самостоятельно, опираясь на наработки Цитадели. Хотя, лукавлю — самостоятельно я ничего не разрабатывал. Был мозговой штурм. Я, Алия, Элеонора, Буравчик — все, кто каким-либо образом был связан с магией, или просто обладал здравым мышлением, помогали мне становиться сильнее. В итоге получилось достаточно гармонично, но возникла проблема с камнями — некоторых у меня просто не было. Следовало двигать к Кималю Саренто, но выезжать из Кострища я не хотел. Здесь у меня впервые за долгое время возникло чувство безопасности.
Наплечник, который я получил в Цитадели и который якобы принадлежал первому императору, оказался простой железкой. Не мифрилом. Во всяком случае мне так и не удалось добраться до его свойств, сколько я не надевал и не пытался адаптировать предмет под себя. Так что спустя неделю мне пришлось караваном отправлять предмет обратно в Цитадель. Но вот чем я действительно гордился — двумя комплектами «Громовержца», что сделал для Алии и Элеоноры. На большее пока не хватало ресурсов — все добытые из разлома кристаллы ушли на повышение камней до двадцатого уровня всем моим пяти новым магам. Моя первая армия, резко превратившая Кострищ в достаточно серьёзную силу. В записной книге, на которую было настроено слишком много народа, появилось описание свойств полного набора, так что не удивительно, что через пару дней от Кималя Саренто пришёл запрос на создание ему такого набора. Те, чья основная способность была связана с молниями, увеличивали свою силу в несколько раз, не говоря о защите. Не мифрил, конечно, но тоже нечто из разряда невозможное. Третий комплект я делать не стал, но ответил ректору, что жду его предложения. Что он готов мне отдать за такую ценность. Ответа не последовало, но и вновь я никого не спешил. Всё равно ресурсов не было.
— Господин, мы не смогли его остановить! — двери распахнулись и на пороге появился один неприятный старик. Следом за ним виднелись служанки и даже несколько стражников, но они действительно ничего не могли поделать с незваным гостем. Тот, кто внезапно явился в Кострищ, обладал «синдром бога», как назвала его Алия. Он считал, что вправе вести себя так, как пожелает, невзирая на любые условности.
— Мастер Мерам, добро пожаловать в Кострищ, — я жестом указал на стул и дал отбой охране. Виконт Курпатский уже собирался стрелять в рунописца из арбалетов.
— Валевский, давай без всех этих расшаркиваний, — старик смёл со стола все мои бумаги и разложил там карту. — Всё, я всё достал. У тебя полчаса, чтобы собраться в поход.
Я уселся в своё кресло и посмотрел на карту, что разложил передо мной рунописец. Места были мне незнакомы. Местность, судя по карте, была неприятным болотом, а отмеченный на карте путь позволял миновать самые топкие места. Судя по тому, как петлял этот самый путь, топких мест было навалом. Заканчивался маршрут в самом центре карты — в каком-то дворце, если верить изображениям. Убедившись, что карта сохранилась в моей записной книге, я перевёл взгляд на старика. Тот выглядел так, словно выиграл главный забег своей жизни и жаждал поделиться своей радостью с остальными.
— Что это?
— Какая разница? Наша задача попасть в эту точку и понять, что в ней находится.
— Хотелось бы чуть больше подробностей.
— Валевский, не вынуждай меня сердиться. Или ты решил, что позорный побег из Аль-Хорезма избавит тебя от учёбы? Так я тебя расстрою, юноша — на ближайшие два года ты становишься моим учеником. Со всеми вытекающими из этого обязанностями. Такими, как сопровождение своего учителя в походы.
— Когда это я стал учеником? Мне казалось, этот вопрос был решён не в мою пользу. Особенно после того, как я не явился к положенному сроку. Через пять лет, как и было сказано…
Я резко умолк, так как у меня перед глазами появилось два символа. Один отвечал за наложение проклятья, второй — за ускорение. Эти два символа полетели в стену, где врезались в невидимку. Одна из главных проблем моего дворца — сующие повсюду свой длинный нос обладатели «Призрака». Мне даже пришлось проинформировать Храм Скрона, что я хотел бы получить ещё один браслет по определению этих невидимых гадов. Что неприятно — у меня даже кубиков с усли не было! Поход в заражённый разлом слишком сильно сказался на моих предметах. Да, на поясе отныне висело три куба из вирмы — местные кузнецы сделали, вот только тёмных тварей в них не было. Для этого следовало отправляться в разлом, а рядом с Кострищем ничего подходящего не было.
Символ врезался в невидимку и за считанные мгновения лишил того плоти. На пол упала одежда, в которой громыхали кости, камни и амулеты. Даже пузырьки с зелёной отравой выкатились — нетронутые и готовые к последующей установке. Но что мне нравилось больше всего — на пол рухнули уже сухие останки. Никаких кровавых разводов, плоти или прочих неприятных последствий, с которым должны справляться слуги. Даже запаха внутренностей не было — два символа справились со всех органикой за считанные мгновения без каких-либо последствий. Символы я запомнил, осталось научиться их формировать. Один я могу, два — нет. Правда, попыток у меня было не так много.
— Терпеть их не могу, — недовольно пробурчал мастер Мерам, с неприязнью глядя на останки.
— Я тоже. Как их находить? — я попробовал воспользоваться поводом, чтобы заполучить себе дополнительное знание, но безрезультатно. Мастер Мерам лишь отмахнулся:
— Пройдёшь обучение, сам узнаешь. Так, о чём это я? Да — путешествие. Мы с тобой, ученик, отправляемся в земли иномирцев!
Неприятно осознавать, но сердце начало биться активней — с того момента, как я узнал о существовании ещё одной силы, с которой возятся тёмные, мне хотелось туда попасть. Выяснить, что это такое и как на этом можно обогатиться. Вот только эмоции и желание — одно, а поддаваться и следовать им — другое.
— Нет, мастер, мы никуда не отправляемся. В ближайшие несколько лет из Кострища я выезжать не собираюсь.
— Так я же тебя не спрашиваю, — на лице мастера Мерама даже искреннее удивление нарисовалось. — Я тебя, Валевский, просто в известность ставлю. Мы отправляемся в путешествие. Ты, я, ещё один мой ученик и трое обращённых,
