Так уж складывался этот разговор, но К’ирсан вновь прервал Беора, вставив замечание.
— Назовём вещи своими именами: вам потребовался офицер, не чурающийся магии и готовый кое-где преступить установленные запреты. Или, иначе говоря, во главе своей маленькой армии вы захотели поставить не просто воина, но чародея!
На столь прямолинейное, не скрытое замысловатыми экивоками, заявление барон досадливо поморщился, но пояснил:
— Прямо-таки армии! Чуть больше роты латников, половина из которых — это молодые лоботрясы, не прослужившие и года. Да и насчёт чародея уважаемый К’ирсан Кайфат погорячился. Просто нужен человек, разбирающийся в некоторых забытых областях Искусства и готовый не только помочь мне в изысканиях, но и применить кое-что на практике.
Тёрн, замерший молчаливым призраком, покосился на друга и раздражённо сплюнул. Как же он не любил всю эту колдовскую кухню! Аккурат, со времён боя около Сестёр, когда их полк схлестнулся в том числе и с чародеями из Братства Отрёкшихся.
— Я вас понял, барон, но к сути разговора мы пока так и не приблизились! — Сторонний человек, несомненно, страшно удивился бы тону, с которым бывший капитан, дезертир, совсем даже не дворянин, разговаривает с аристократом.
— Согласен, капитан… Надеюсь, вы не возражаете, если я буду вас так называть? — Барон Орианг теперь был предельно серьёзен, полностью сосредоточившись на разговоре, важном разговоре! — Знающие люди сообщили, что все подходящие кандидатуры либо уже имеют контракт, либо отсутствуют в городе… Моему разочарованию не было предела, когда вдруг назвали вас. Скрывающийся от зелодского правосудия капитан Львов, карающая длань Гелида I Ранса, герой войны, обвиняемый в убийстве эльфов и применении Запретной магии… Ну как пройти мимо такого искушения?!
Последняя фраза даже гоблина заставила фыркнуть, чем тот привлёк внимание Беора. Окинув маленького урга задумчивым взглядом, барон вновь повернулся к К’ирсану.
— И кого же я обнаружил? Не измождённого беглеца, а загадочного странника, приобретшего корда в чёрном ошейнике… Это ведь ученик шамана, правильно?… Капитан оказался достойным претендентом! Осталось лишь проверить его на излом…
— И как проверка? — наконец, не выдержал поигрывающий желваками Согнар. Ему всё это очень не нравилось, заставляя выискивать в чужих словах подвох.
— Впечатляет, — не отрывая взгляда от отрешённого лица К’ирсана, уронил барон и тут же, без паузы, выдал: — Я предлагаю вам место начальника гарнизона, двойной капитанский оклад с возможностью пользования моей лабораторией и библиотекой в любое время. Должность для вашего товарища подберёте сами, а гоблин будет поставлен на довольствие…
Грасс Беор с каким-то нетерпением облизал губы и, не выдержав молчания Кайфата, потребовал:
— Ну?! Ваш ответ, капитан?!
К’ирсан подмигнул раздражённому Согнару и с ироничной усмешкой ответил уже Беору:
— Думаю, мы примем ваше предложение, барон.
Глава 4
Появление в жизни женщины маленького ребёнка всегда чревато как большой радостью, так и большими проблемами. Ответственность, которая ранее обходила даму стороной, вдруг наваливается на плечи тяжким грузом. Ты уже не свободна и не можешь идти вперёд без оглядки, преодолевая трудности и радуясь жизни. Долг перед крохой опутывает незримыми цепями, заставляя каждый шаг воспринимать как бой со всем миром. Кого-то эти цепи душат, и нерадивая мать бросает малыша на произвол судьбы, а кто-то продолжает трепыхаться, черпая силы в теплом огоньке любви новорождённой души. Но как не ошибиться, как выбрать правильное будущее на развилке судьбы?
Лакриста Регнар, оставившая после развода имя рода мужа, иногда с ужасом оглядывала свою сегодняшнюю жизнь. Кто она, зачем так безоглядно сунулась в это безумие интриг и круговорот придворных страстей? Надо ли было идти на такие жертвы? Правда, стоило взять на руки её малыша, её кроху Селерея, просто услышать его смех или жизнеутверждающее агуканье, как все сомнения отступали прочь. Надо было, ещё как надо! У её мальчика есть будущее, и, когда он вырастет и окрепнет, никто не сможет сделать его разменной картой в своих грязных играх за власть. Никто!
— Дарена, сколько можно ждать?! — раздражённо вскричала Лакриста, качая в руках хнычущего малыша. — Селерею опять надо пелёнки менять!
В комнату вбежала запыхавшаяся женщина необъятных форм и с порога заголосила:
— Госпожа! Лин Лакриста! Я во флигеле была, а эта бестолочь Вирва мне и словечка не передала… У-уу, гадина! — Погрозив кулаком себе за спину и посылая проклятия служанке-сопернице, Дарена тут же зачастила: — Давайте мальчика сюда, госпожа. Сейчас мы его искупаем, покормим и спать уложим. Правда, маленький?
Малыш, уже привыкший к тёплым, пахнущим молоком рукам кормилицы, прекратил плакать и теперь тянулся к цветным лентам на лифе женщины.
— Сразу видно, что мальчик растёт! — добродушно пояснила Насте Дарена, но, увидев недовольную гримаску на лице госпожи, торопливо развернулась и исчезла в коридоре.
— Дура, — шепнула под нос Лакриста и рухнула в кресло.
Бывшая супруга нолдского посла не пожелала сама кормить ребёнка, боясь испортить фигуру, а потому наняла кормилицу. Вот только что-то щемило у неё сердце каждый раз, когда она видела, как Селерей играл с Дареной. Ну да ничего, иного пути у неё всё равно нет. Пусть сегодня сын получит меньше материнского внимания и ласки, зато ни в чём не будет нуждаться завтра.
Жила Лакриста Регнар в богатом пригороде Равеста, в получасе езды от дворца короля. Новый дом ей пожаловал Гелид Ранс, решившись открыто возвысить женщину, с которой делил постель и редкие свободные от забот часы отдыха. Теперь Насте принадлежало и небольшое поместье где-то на севере Зелода, доходы от которого позволяли забыть о многих суетных проблемах мира. Наконец-то женщина смогла почувствовать вкус свободы и дурманящий аромат власти. Любовница короля, уже полгода не выпускающая Его Величество из сетей своих чар, могла многое. Тонко чувствуя настроение государя, она знала, какими словами можно пробудить его интерес к чьей-то челобитной или, наоборот, заставить взбеситься при одном только виде просителя. Она могла многое, и день за днём приучала придворных к мысли о её всесилии. Пристроить сына в гвардию, устроить дочку в королевскую свиту… Вот и шли на поклон к ней аристократы, засылали гонцов, заискивали и просили. Примерно так же относятся к секретарю директора там, на Земле: в глаза лебезят, а за спиной именуют шлюхой. Мерзко и неприятно, но она знала, на что шла! Вот только для сына оставалось мало времени, но ведь это скоро закончится, верно?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
