- Они направят следом патруль, - сказал желтокожий.
- Пусть найдут сначала, - рыкнул негр. Космопрт скрылся за каменистой грядой.
- Вычислят со спутника, - сказал я.
- Молчи, пес, - сказал негр.
И я обиделся, поскольку не давал ни малейшего повода для столь неучтивых слов. Но, похоже, черный брат имел натуру грубую и невежественную.
Преследователей не было видно ни визуально, ни на экранах радаров. Связь молчала - когда "Форд-крокодил" рвался из шлюза, то срезало будто бритвой все антенны на крыше, теперь мы были без связи. Запас времени у нас был, похоже, невелик. На что рассчитывают безумцы? Максимум через полчаса по информации со спутников нас прижмут мобильные полицейские силы и безжалостно расстреляют. Нигде во Вселенной копы не любят, когда убивают их коллег.
Быстро сгущалась тьма. Над красной пустыней светлело пятнышко Фобоса, с алым отливом чернело звездное небо, к которому я так привык за время перелета.
- Перехватчики с базы "Веселый Джим", наверное, уже в пути, - сказал китаец, а потом еще немножко расширил мои познания о сленге Марса.
- Успеем, - отмахнулся негр.
Вездеход сбавлял скорость по мере того, как местность становилась все более каменистой и дикой. Под конец он просто полз, переваливаясь между булыжниками. Бортовой компьютер, наверное, перегреется, лавируя в такой базальтовой мешанине.
- Успели, - наконец сказал негр, когда "Форд-крокодил" замер перед развалинами каких-то убогих строений.
Марсоход чуть не протаранил носом полуразрушенный каменный куб. Мы выбрались из кабины. Скаф был немножко велик, и чувствовал я себя в нем не слишком удобно.
- Пусть побегают за ним, - сказал негр, нажимая кнопку на пульте, выбираясь из кабины и захлопывая дверцу.
Марсоход неторопливо, вразвалочку пополз прочь, выбрался на ровную площадку и начал набирать скорость. Когда полицейские машины разнесут его залпами ракетных установок, то не обнаружат там жареного консервированного мяса беглецов. Конечно, меня это не могло не радовать. Но это была единственная радость. Я влип. И мне не нравились мои спутники.
Я семенил за ними, таща свой чемодан, и ни один не то что не помог, но далее не протянул руку, когда я упал, споткнувшись в темноте купола о какую-то изъеденную коррозией железяку, похожую на колесо старинного марсохода.
Вы говорите, что это заброшенный поселок металлургов?
Значит, так оно и есть. Люди ушли оттуда не меньше двадцати лет назад. Но, к моему удивлению, в туннелях сохранились рельсы, на них устроилась дрезина. ЭМ-движок работал как часы, из чего я сделал вывод, что место вовсе не такое необитаемое. Если здесь есть рельсы, и если работает ЭМ-движок, значит, кому-то это нужно. Например, моим сопровождавшим.
Не буду описывать катакомбы - вы и так все знаете.
Через несколько минут мы очутились в просторном помещении - что-то среднее между крысиным подвалом и сырой пещерой. Впрочем, там было нормальное давление и можно было разговаривать, откинув шлем скафандра Там было немного мебели и СТ-система. В общем мы очутились в эдакой пещере Али-бабы... Что? Нет, что вы, Али-баба это не заправила из Кланов, а герой из арабских сказок "Тысячи и одной ночи". Не читали? Что же, я не удивлен...
- Давай посылку, - грубо произнес негр.
- Как по-вашему, - осведомился я, - Фобос не может упасть на планету?
- Только если очень захочет.
Пароль-отзыв. Придумал я его сам. Для смеха. А почему пароль должен быть угрюмо-серьезным2 Вы не поняли до сих пор, что я жизнерадостный человек? Поняли. Прекрасно.
Пароль убедил меня, что передо мной получатели, и я выудил из тайника посылку.
Негр взвесил ее в руке и издал утробный рык, который при желании можно было расценить как свидетельство удовлетворения.
- Отлично. А что с этим? - он кивнул на меня
- К теням предков, - подал дурной совет один из желтых братьев. - Он уже на крючке у полиции.
Да падут проклятия и на вас, и на ваших родных до десятого колена. Кто же так поступает? Мне стало нехорошо.
- Человеческий мусор, - рыкнул негр. - В отвал.
Мне хотелось сказать многое. Например, напомнить слова Конфуция, рекомендовавшего не делать ничего такого, за что потом будет стыдно.
Напомнить о том, что черные и желтые на моей Родине - лучшие друзья, и негоже дырявить друга из ЭМ-оружия. Напомнить о кодексе Кланов, запрещающего лить без особой нужды человеческую кровь, притом кровь таких полезных членов общества, как я. Напомнить о крепчайших в мире узах заключенного на словах договора. О неприкосновенности личности свободного контрабандиста, взявшегося за выполнение заказа. Если бы с каждым курьером расправлялись после задания, дабы спрятать концы в воду, ни один серьезный человек не занимался бы подобным промыслом, и тогда огромные ценности пришлось бы доверять "крысам", которые тут же бы попадались, не успев еще и выйти из дома... Но я видел, что эти люди безумны и ничто не способно отвратить их от принятого решения.
- Надо еще посмотреть, то ли он нам отдал, - встрял китаец. - Может, он привез не "голубику", а кусок дерьма моего дедушки.
Я не знал его дедушку, поэтому вряд ли мог привести его дерьмо. Но, судя по всему, самым дерьмовым дерьмом в жизни его дедушки был внучек. Но опять-таки я промолчал, хотя и очень хотелось сказать эти слова.
Негру пришлось попотеть с виброножом. Я глядел, как он корячится над сверхпрочным материалом. У меня не было никакого желания помогать ему. Я продумывал план действий и незаметно выбирал наилучшую позицию. Меня учили достаточно хорошие мастера у-шу, и я мог рассчитывать вывести из строя моих сопровождающих. Вот только нужно просчитать бросок. У меня была всего одна попытка. Малейшая ошибка, и я буду продырявлен очередями ЭМ-пистолетов, и моя жизнь бесславно завершится. А я хотел бы подождать с визитом к моим предкам, хотя я их люблю и уважаю.
- Готово, - сказал негр...
О, тени моих предков, что же это было! Во вскрытом пакете лежали матово-голубые шарики. Сперва показалось, что они из камня. Потом - что из металла. Но это было нечто другое. Легко, тополиным пухом, они вспорхнули вверх и закружились, стремясь к каждому из нас. Они собирались в ожерелья вокруг шеи, сдавливая ее, перекрывая дыхание. Потом я провалился в "инобытие".
Что за слово? Именно мне оно пришло в голову Мятущаяся душа должна отведать плодов и с древа порока, поэтому за свою жизнь я перепробовал множество одурманивающих средств, начиная от вульгарных опиума и героина и кончая самыми тяжелыми компьютнарками, впрочем, никогда не перешагивая грань, за которой нет возврата. Никогда я не испытывал ничего похожего. Полное ощущение иной реальности. И в этой реальности я сам становился иным. Не хуже и не лучше - просто иным. Я стал пленником покрытого голубым настом ледяного мира. Что было в этом мире? А разве есть слова для описания этого? Это был экстаз. Это была нирвана. Да, да - именно нирвана, но не как край вечного спокойствия, а как край мятущегося, агрессивного духа. Этот мир звал не к покорности, но к переиначиванию всего на свой лад. Я становился его рабом...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
