Картер кивнул, изображая понимание. С популярной схемой тайного внедрения репродуктов его познакомили ещё во время подготовительных курсов после получения Лицензии. Коллапсарам полагалось изучать всё, к чему открывал двери БК.
— Этим и промышляет клуб? — спросил Картер. — Продаёт репродуктов как оружие?
Киреев налил ещё выпивки, пригубил и тяжело вздохнул.
— Даю тебе последний шанс, — сказал он. — Потом я тебя обезврежу и передам Солу.
— Обезьяне за дверью?
— Нет, — улыбнулся тонкошей. — Обезьяне в подвале. Сол — куратор гладиаторских поединков. Он подберёт тебе достойного соперника-экзота.
Настало время действовать.
— Ну ладно. — Картер провёл ладонью по щетине. — Началось всё с фермы.
Он начал размеренно и обстоятельно рассказывать о событиях на ферме 121. Киреев слушал с интересом, задавал уточняющие вопросы и вставлял шутливые ремарки. Он не переставал целиться, но тело заметно расслабилось и вальяжно утонуло в удобном кресле. Допрос напоминал беседу приятелей. Улучив момент очередного язвительного смешка менеджера, Картер на полуслове кинулся вниз, под стол. Над ним прошёл заряд, вздыбив волосы, но не причинив никакого вреда. Картер вцепился в напоминающие ходули ноги и, что было сил, рванул на себя. Послышался глухой удар — челюсть Киреева смачно приложилась к столешнице. Тело обмякло, парализатор упал на пол. Картер схватил оружие, выбрался из-под стола и тут же метнулся к двери. Как можно аккуратнее повернул защёлку замка. Тонкошей застонал, неуклюже шевеля ногами.
— Не рыпайся, белый воротничок, — сказал Картер и подтащил тело к центру кабинета. — Иначе испорчу тебе укладку.
Он ловко вытащил ремень из брюк менеджера, развернул Киреева на живот и туго связал кисти за спиной. Галстук тоже пошёл в ход — им он обездвижил худосочные щиколотки ног. Все действия сопровождались невнятным мычанием приходившего в себя пленника. Картер покачал головой.
— Похоже, объяснений я от тебя не дождусь.
Раздался настойчивый стук в дверь. Нервно задёргалась ручка.
— Киреев, всё в порядке? — послышался приглушённый бас охранника. — Откройте!
— Амагите! — сумел произнести менеджер.
Картер выглянул в окно. Оно выходило на задний дворик, окружённый высоким забором. Оставался единственный вариант — найти коммуникатор и вызвать полицию. Он кинулся к столу и принялся рыться в ящиках.
— Ну же, у тебя должен быть чёртов коммуникатор!
Чёрное прямоугольное устройство нашлось под развёрнутым буклетом с изображениями уродливых мутантов. Новая смена гладиаторов?
— Открывай дверь, Картер! — Охранник не переставал колотить и пытался вышибить дверь. — Ты не знаешь, с кем связался!
— За этим я и пришёл, — вполголоса проговорил Картер и настроился на общедоступную частоту чрезвычайных происшествий.
— Координатор слушает, — раздалось в динамике.
— Нападение под БК в клубе «Грехопадение»! Срочно пришлите полицию и команду коллапсаров.
— Принял, — сообщил координатор. — Передаю сигнал тревоги. Сообщите имя и действующую Лицензию.
— Коллапсар Картер-один-девять. Не при исполнении.
Будь при нём личный коммуникатор и стэн, Картер сам бы приступил к работе незамедлительно. Но без личного набора он оставался всего лишь посетителем клуба и не мог позволить себе лишних действий, кроме самообороны. Противник обезврежен, оставалось ждать.
— Я вызвал службы, — крикнул он притихшему охраннику. — И у меня парализатор. Не советую обострять.
В ответ тишина. Неужели гориллоподобный смылся, поджав хвост? Нет, скорее побежал предупреждать остальных подельников. Лежавший на полу Киреев вдруг начал извиваться, неестественно выкручивая тело и конечности.
— Эй, полегче. — Картер машинально отступил на шаг и через секунду понял, в чём дело. — Ах ты, сукин сын!
Менеджер затих в позе выкрученной простыни. Из уголков губ проступила белая пена. Раскусил капсулу с ядом, помещённую вместо одного из зубов. О столь дьявольски хитром приёме Картеру рассказывали на курсах коллапсаров. Нужны веские аргументы решиться на такое. Менеджер не мог допустить плена и допроса, а значит, интересы покровителей он ставил выше собственной жизни. Картер обогнул стол и тяжело опустился в мягкое кресло.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он не покидал кабинет до появления полиции. Терпеливо ожидал, пока осмотр здания не приведёт их к дальней комнате на третьем этаже. Прибыло сразу три группы, чуть позже к ним присоединились коллапсары. Картер открыл дверь краснощёкому полицейскому с глазами-бусинками и обстоятельно поведал о происшествии. Он не имел никакого желания портить табель грехов ненужной ложью лицензированному служителю порядка, поэтому выдал всё, как есть — о записке, ферме и последних словах Енота. О том, как приехал в «Грехопадение» разведать обстановку, не намереваясь форсировать события. Полицейский кивал, уточнял и обходился без записей. Изменённый.
— Готов подтвердить правомочность мер самообороны, — заключил он. — Остальные сведения будут проверены и занесены в протокол.
Когда в кабинет поднялись коллеги Картера, он узнал одного из них. Высокий широкоплечий шатен с вьющимися волосами средней длины. В эксклюзивном клетчатом пиджаке и туфлях цвета слоновой кости.
— Привет, Тайлер.
— Скверного вечера, Картер, — ответил коллапсар, осматривая комнату. — Во что ты тут вляпался?
— Во что-то большое и пахучее, разве не видишь.
Тайлер улыбнулся и с приготовленным стэном в руке склонился над лежащим телом. Его низкорослый и серьёзный напарник с торчащим ёжиком на голове принялся осматривать полки и шкафы в поисках заначки БК. Раздался характерный писк стэна.
— Парень был под трэшем, — сообщил Тайлер и встал. — Удивительно чистым, если верить показаниям прибора.
— Он способен определять качество БК? — удивился Картер.
— И даже остаточные примеси, — хмыкнул коллега. — Тестовая модель пятого поколения. Таких всего три.
Их появление ожидалось, но никак не раньше нового квартала.
— Вы задержали охранника у центрального входа? — спросил Картер у намеревавшегося уйти полицейского.
Тот лаконично и в стиле криптоматона выдал ужасающую картину:
— Он исчез. Многие из персонала клуба пропали. На пастбищах — настоящее поле боя. Десятки тел ещё не успевших расщепиться репродуктов. Способы убийств ещё не определены, но видимых повреждений не обнаружено.
Тайлер присвистнул.
— Ну и дела. Похоже, ты разрушил улей, Картер.
— Да, — задумчиво кивнул тот. — И главный вопрос — куда улетели осы?
Глава 5
Сектанты
Из найденной заметки пропавшего лицензированного журналиста Бруста-15:
«Сектами добровольного Очищения уже никого не удивишь. Там всегда всё происходит по одной схеме: вновь прибывшие члены спроваживают „старичков“ в Обитель, после чего занимаются вербовкой новых душ. Эта карусель крутится уже не одно поколение, что ещё там можно выкопать?
Потому я рискну совершить погружение на опасную глубину. А именно — в набирающую популярность секту „Приют“. Мне доподлинно известно, что многие успешные горожане состоят в ней. Собрания проходят на Свалке по ночам, в нерабочие часы, после чего жители Граббиса возвращаются во власть своих Лицензий. Я знаю, насколько опасное путешествие мне предстоит, но я скопил немало доз криптоматерии и рассчитываю продержаться не одно собрание. Прежде всего, мне интересны мотивы участников секты. Известно, что помощь просроченным репродуктам и безнадёжным на территории Свалки не отображается в табеле грехов, как благородное деяние, и при этом люди жертвуют своими активами: кредитами, криптоматерией, временем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Если вы читаете эту записку, значит, статьи не будет, а я, вероятнее всего, утратил самосознание и рыскаю по Свалке вместе с другими безнадёжными».
25 дней до конца кварталаПолночи Картер проворочался, не в силах погрузиться в спокойный глубокий сон. Едва комнату озарили первые лучи проникающего сквозь Покров солнца, Картер подскочил. Головную боль он унял холодным душем и в одну минуту седьмого вышел на крыльцо. Пробуждение Картер дополнил чашкой репродуцированного, но крепкого кофе в «Репо-Фреше». Первым делом — воспользоваться ранними часами перед работой и узнать про Сандру. Купленный прошлым вечером скутер пришёлся кстати. В нём ещё оставался заряд, а срок годности истекал лишь к полудню.
